Пришла в королевское крыло поговорить с Рафаэлем с деловой точки зрения — хотела попросить перевести попаданок в более комфортные условия, подальше от сырых стен Лекарского крыла. Дверь в его кабинет была приоткрыта, и я уже собиралась постучать, как вдруг услышала голоса.

Я замерла, заглянула в щель и увидела их.

Свекровь — исхудавшая, бледная, с красными глазами, будто она не спала несколько ночей подряд — стояла у окна. Себастьян сидел в кресле с высокой спинкой — что-то вроде инвалидного, с колёсиками, — и выглядел резко постаревшим. Морщины стали глубже, плечи ссутулились, руки дрожали. Рядом, на подлокотнике, примостился Анджело — хмурый, напряжённый, но уже не такой заносчивый, как раньше.

К счастью, моего прихода никто не заметил. Я постояла ещё несколько мгновений, рассматривая эту картину, а потом тихо, на цыпочках, вышла из коридора.

Нет. Это не моя семья. Я не буду показываться им на глаза. У них своя жизнь, свои драконьи заботы, а у меня — свои. И вряд ли они обрадуются, увидев ту самую «глупую попаданку», которую когда-то презирали.

***

Вечером, когда я уже собиралась лечь спать, в дверь постучали.

Я нахмурилась. Кому я понадобилось в такой час? Королевские покои — не проходной двор, слуги знают, что тревожить госпожу без крайней надобности не стоит.

— Войдите, — произнесла я негромко.

Дверь отворилась, и на пороге появилась… Марта.

Я замерла, в шоке уставившись на неё. Та самая Марта — служанка, ментальная манипуляторша, которая плела интриги и пыталась меня уничтожить. Что она здесь делает? Как вообще посмела прийти?

Я нахмурилась, поджала губы.

— Зачем ты пришла? Что тебе нужно?

Марта выглядела странно. На её лице не было привычного высокомерия и неприязни. Вместо этого она излучала откровенное отчаяние — осунувшееся лицо, красные глаза, дрожащие губы. Она едва держалась на ногах.

— Ваше Величество! — взмолилась она, и в голосе её послышалась мольба. — Прошу вас… сжальтесь над господином Рафаэлем!

У меня вытянулось лицо.

— О чём ты?

Марта переступила порог.

— Я всё расскажу! — затараторила она сбивчиво, захлёбываясь словами. — Вы должны знать, как он на самом деле мучается из-за размолвки с вами! Вы должны знать, что произошло на самом деле!!!

Я слушала, и с каждой секундой шок становился всё сильнее.

Она рассказала, как Рафаэль после покушения на отца был тяжело ранен и совершенно ослабленным ринулся в битву с самозванцем. Услышав это, я почувствовала дрожь в коленях и плюхнулась в кресло. Значит… он едва выжил? Значит, Рафаэль чудом его победил???

Марта также рассказала, как он запретил ей говорить плохо обо мне, как отчитывал её всякий раз, когда она пыталась сказать что-то нелестное. «Соня моя жена, — говорил он. — Запомни это, Марта! И никогда не смей становиться между нами».

Я почувствовала, что на глаза наворачиваются слезы. Значит Рафаэль не ненавидит меня? Но почему тогда он так холоден???

В конце концов Марта добавила, что Рафаэль до сих пор мечтает помириться со мной, и уж в это я не поверила.

— Господин считает, что не нужен вам! — выпалила Марта, пытаясь разрушить мои сомнения, которые я высказала вслух. — Он уверен, что вы никогда не простите его за то, как он вёл себя вначале. Он боится подойти первым, боится, что вы оттолкнёте его. Гордость и недоверие мешают ему признать это в лицо. Но я… я прошу вас, пойдите господину навстречу!

Я смотрела на эту женщину и не могла узнать её. Где та надменная, властная Марта, которая пыталась подчинить меня своей воле? Где та, кто хотел уничтожить попаданку, считая её недостойной своего господина?

— А ты почему… — голос мой дрогнул, — так просишь об этом? Кто ты Рафаэлю? И кто послал тебя ментально манипулировать им и его семьёй? Я не верю тебе! Ты всегда была мутной личностью, и я уверена, что и сейчас ты строишь козни!

Марта упала на колени и воздела руки в умоляющем жесте.

— Я всё расскажу! — закричала она, не в силах сдерживать рыдания. — Всю правду!

И она рассказала.

О том, что её мать — некая няня, которая спасла принца Алонсо (нынешнего Себастьяна) от проклятия. О том, что она с детства готовилась служить истинному наследнику и его потомкам. О том, что всю жизнь мечтала увидеть Рафаэля на престоле — не из злобы, а из преданности его роду.

— Да, я обладаю способностями к внушению! — призналась она. — Но я использовала их только во благо! Я постоянно гасила конфликты между братьями, потому что боялась, что вспыльчивый господин Анджело может навредить господину Рафаэлю! Я никогда не желала зла этой семье, клянусь!

По щекам Марты текли слезы.

— Когда появились вы… я испугалась. Испугалась, что попаданка — недостойная партия для будущего короля. Что вы разрушите всё, что я и моя мать строили. Поэтому я пыталась… пыталась избавиться от вас. Но теперь понимаю, как была неправа! Вы нужны своему супругу. Вы нужны этому королевству. И я… я прошу у вас прощения!

Она склонилась в поклоне.

— Вы нужны господину Рафаэлю, — прошептала она. — Он любит вас. По-настоящему. Так, как никогда никого не любил. Прошу вас… не дайте гордости разрушить то, что может стать счастьем для вас обоих.

Я не могла вымолвить и слова. В голове гудело, сердце колотилось где-то в горле. Неужели всё это время он просто боялся? Неужели его холодность — всего лишь маска, за которой скрывается раненое, любящее сердце?

— Встань, — произнесла я наконец. Голос мой звучал глухо. — Я подумаю над твоими словами. А теперь уходи.

Марта поднялась, пошатываясь, поклонилась и вышла, оставив меня наедине с бурей мыслей, которые разрывали душу на части…

Глава 71. Я люблю тебя...

Я была в шоке. Честно говоря, даже не представляла, что такое возможно — чтобы слова Марты, этой лицемерной интриганки, так перевернули всё внутри. Но я поверила ей. Поверила, потому что слишком отчаянно хотела, чтобы это оказалось правдой. Потому что каждая её фраза находила отклик в моём измученном сердце.

Не выдержав, уже через час я снова пошла к Рафаэлю.

В кабинете его не было. Пустое кресло, погасшие свечи, недописанное письмо на столе навевали тоску. Я вышла в коридор, огляделась. Мимо пробегал слуга.

— Где Его Величество? — спросила я, стараясь, чтобы голос