Может, я и не Лукас, но я твой друг. И если Карисса сделает хоть один неверный шаг, я буду... буду свирепо на нее смотреть и шипеть.

— Шипеть?

— Это очень эффективная защитная реакция в мире животных. В общем, я на твоей стороне. Терпеть не могу буллинг и тех, кто запугивает других. Я всегда была аутсайдером в любой команде. А ты с самого начала дала мне почувствовать, что мне здесь рады. Я доверяю тебе, и ты можешь доверять мне.

Слёзы снова текут по её щекам.

— Ты уверена?

Я киваю как раз в тот момент, когда на экране телефона вспыхивает имя Лукаса. Быстро принимаю видеовызов.

— Скарлетт?

Должно быть, он перезвонил в ту же секунду, как выбрался из бассейна, потому что с него всё еще течет вода. Он выглядит одновременно удивленным, довольным и встревоженным.

— Ты в порядке?

Я вспоминаю, что он говорил о матери. «Раздался звонок».

— Да, всё хорошо. — Я поворачиваю камеру, чтобы в кадр попала Пен. — Просто тут Карисса...

— Ничего, — перебивает Пен.

Её щеки всё еще блестят от слез, но она улыбается мне. Я улыбаюсь в ответ.

— Возникла... проблема. Хотела поговорить с тобой. Но, как оказалось, Ванди мне помогла, потому что она потрясающий друг. Я её не заслуживаю.

Сердце наполняется теплом. Я чувствую себя... избранной. Достойной.

— Мило с твоей стороны, потому что я живу в вечном страхе, что ты раскусишь мой ежедневный маскарад и поймешь: я настолько невыносимо скучная, что стоматологи вкалывают меня в десны перед лечением каналов.

— Что? Ты совсем не скучная, — говорит она.

И тут же раздается эхо — Лукас произносит то же самое одновременно с ней. Он выглядит сбитым с толку. Возможно, еще не отдышался после заплыва.

— Ты выиграл? — спрашиваю я.

Он пожимая плечами — ну конечно, выиграл. И даже не выглядит самодовольным.

— Всё точно нормально? Я нужен тебе?

Мне кажется, вопрос адресован мне, но Пен качает головой и торжественно произносит:

— Похоже, твое присутствие всё-таки не потребуется.

Он озадаченно, но не без удовольствия вскидывает бровь.

— Окей?

— В общем, я — твоя новая и улучшенная версия, — заявляю я с самой самодовольной улыбкой, отчего его губы тоже трогает усмешка.

— А я-то думал, ты тролль.

Пен выглядит растерянной, поэтому я снова сжимаю её руку, и мы меняем тему.

ГЛАВА 47

Зимний национальный чемпионат длится еще пять дней, и каждый наполнен своими взлетами и падениями.

Во время финала на трамплине ни я, ни Пен не проходим отбор на чемпионат мира. Впрочем, как и Карисса: она шла на золото, пока не запорола вход в воду так сильно, что брызги, должно быть, долетели до канадской границы. У меня бывали прыжки и похуже, и мне ли злорадствовать по поводу чужих провалов, но разок я всё же позволяю себе это удовольствие.

— Надо отпраздновать, — шепчу я Пен во время церемонии награждения.

Тренер Сима оборачивается с обеспокоенным видом — должно быть, решил, что я забыла: отсутствие на подиуме вообще-то плохая новость. Но Пен лишь прижимается лбом к моему плечу и беззвучно хохочет минут пять.

«Все в порядке?» — пишет мне в тот день Лукас.

СКАРЛЕТТ: Да. Пен гораздо лучше! Сейчас начнем предварительные в синхроне.

ЛУКАС: И?

И?

СКАРЛЕТТ: Хочешь фото протокола прыжков?

ЛУКАС: Как ты сама, Скарлетт?

Нет никаких причин краснеть от такого простого вопроса. Наверное, дело в жаре у бассейна — я отвыкла от тренировок в помещении.

СКАРЛЕТТ: Нормально?

ЛУКАС: Это вопрос или ответ?

СКАРЛЕТТ: Не уверена.

ЛУКАС: Тогда подумай над этим.

На второй день я просыпаюсь от письма от моего любимого немецкого полуночника, Карла-Хайнца. «Шарлах, посмотри на себя!» Это «А». Пятерка за экзамен.

— Выкусите! — кричу я — абсолютно некому. — У меня получилось! Получилось!

Я отправляю скриншот Барб. Потом Марьям. А потом — почему бы и нет? — Лукасу. Он отвечает: «На очереди шведский». Не знаю почему, но от его слов я начинаю дрыгать ногами от восторга.

На третий день после долгого приглушенного разговора с сестрой Белла решает сняться с соревнований. — Спина просто... — Она качает головой.

Тренер Сима вздыхает, похлопывая её по плечу. — Ты не виновата, детка. Зайди к физиотерапевту, ладно?

Видеть, как близнецы уходят из бассейна, невыносимо. И из-за травмы Беллы, и из-за тоски в глазах Бри, когда та оглядывается на нас. Мы с Пен финишируем пятыми в синхронных прыжках с вышки — это максимум, на что мы могли рассчитывать при такой конкуренции. Но праздновать трудно: Карисса и Натали берут золото, а значит, едут в Амстердам.

Мы не остаемся на награждение, пусть это и дурной тон. Вместо этого идем в раздевалку и быстро принимаем душ. Мы выходим до того, как подтягиваются остальные дайверы, но вселенная наказывает атлетов за неспортивное поведение, и мы сталкиваемся именно с теми, кого хотели избежать.

— Эй, Ванди, — говорит Карисса. — Увидимся завтра в финале синхрона на вышке. И... — её взгляд переметнулся на Пен. — Прими мои слова близко к сердцу.

— Тебе пора завязывать, — говорю я, расправляя плечи.

— С чем это?

— С грубостями в адрес Пен.

Её лицо каменеет. — Ты ведь понимаешь, что я оказываю тебе услугу?

— Вообще-то, ты просто нас донимаешь.

— Да неужели? — Она делает шаг ближе. — Если ты так меня благодаришь, то надеюсь, ты в полной мере вкусишь последствия своей тупости.

Я сладко улыбаюсь. — А я надеюсь, что посреди прыжка с переворотом у тебя случится взрывная диарея.

Я прохожу мимо, Пен следует за мной по пятам. Наверное, это самый несвойственный мне поступок в жизни. Но Пен идет рядом и крепко сжимает мою руку.

— Кажется, это было самое сексуальное, что я видела в своей жизни.

Оу? — Ну, я не герой, но... — я притворно отряхиваю пыль с плеча, и она смеется.

— Даже круче, чем когда она впервые увидела, как мы с Лукасом держимся за руки. Клянусь, её лицо тогда разлетелось на миллион осколков размером с планктон. Определенно, вы с Лукасом — мои рыцари в сияющих доспехах.

Мы заходим в лифт, и она пристально смотрит на меня. — Вы всё-таки очень похожи.

— Я и Карисса?

— Боже, нет. Ты и Лукас.

Я смеюсь. — Поверь, это не так.

— Вы оба сдержанные. Вы становитесь одержимыми, когда дело касается дорогих вам людей. Вы целеустремленные, у вас обоих есть стержень и уверенность в себе. Вы скрываете чувство юмора от большинства, но на самом деле вы чертовски забавные. И, конечно, вы оба любите...

— Кинки-БДСМ штучки?

— Я собиралась сказать «научную хрень».