class="p1">Меня хотели использовать. Меня уже использовали. И если я сейчас просто лягу, укроюсь одеялом и буду страдать, делегация очень быстро сделает из меня удобную куклу. Я вообще не из того теста, чтобы так сдаваться. Все только начиналось и времени раскисать не было. Хотелось подумать и желательно, чтобы сидело еще несколько человек и подкидывали мне идеи гениальнее, чем у меня.

Не дождутся.

Придется действовать грязно, и я даже прикинула, как именно. Данте и Эдгар не подозревали, с кем связались. А уж про всех остальных из делегации я и вовсе молчала.

Для начала проведаю нормальное звено в моей жизни, которое не планирует никого взорвать, сдать или оплодотворить по приказу сверху. Люсия. Освальд, конечно, тоже входил в ряды адекватных, но я еще недостаточно ему доверяла, учитывая, что он мог бы мне сам рассказать, что его собирался спасти Эдгар. А то лапши мне на уши навешали, выдавали дозированным порциями и водили за нос.

Моя очередь играть в интересную партию, раз уж мне так повезло унюхать все секреты.

Итак, я направилась к Люсии, надев, естественно, приличный наряд. Делегация может наблюдать за моими перемещениями и пускай думает, что я буду все время общаться с Люсией. Дома же сменю наряд и направлюсь по грязным делам.

У нее было хорошо. Насколько это вообще возможно на Острове Обреченных.

Ребенок сопел, укрытый одеялом, щеки теплые, цвет лица здоровый и пах маминым молоком. Почему-то, когда смотришь на ребенка, но начинаешь улыбаться. Это у всех так, мне кажется. Дети потрясающие и самые милые создания. Люсия заметно отъела лицо и уже не выглядела, как тень, которая извиняется за то, что живет. Да и мужик ее не приходил. Вот понятия не имею, что там с ним произошло, но он, как сквозь землю провалился и все мы были этим довольны. В особенности я.

Она едва меня увидела — и посыпались благодарности.

— Если бы не вы… если бы вы тогда не пришли… — голос дрожал, глаза блестели. — Я… я даже не знаю…

— Не стоит, — махнула я рукой. — Это от чистого сердца.

Ну, отчасти. Отчасти, от профессиональной деформации. Увидела роды в таких условиях — организм сам перешел в режим «спаси и вытащи всех, кто шевелится». Да и не могла я ее оставить с тем уродом. Мы, девочки, должны держаться вместе и беречь друг друга.

— Ой, ну сердце у вас, доктор, огромное, — вздохнула Люсия.

Доктор… ну, наконец-то меня хоть кто-то называл доктором! Счастья не было предела. Вроде такая маленькая радость, которую я уже подмечала не раз, но все равно это радовало.

Потом Люсия прищурилась.

— А к нам случайно не захаживал кто-то среди ночи? Мне показалось, что я слышала какие-то голоса. Или это от недосыпа…

Перед глазами промелькнули картинки того, что происходило ночью, пока Люсия спала.

— Да что ты, никого и не было, — я выдала самым, что ни на есть спокойным тоном. — Дом старый, сквозняк, крыша живет своей жизнью, половицы тоже. А недосып такое любит.

— И то верно… — она задумчиво кивнула. — Все же спать долго не получалось.

Хоть и ребенок был у Люсии спокойным, но со сном была небольшая напряженка. Да и я помочь не могла, ведь закопалась в своих проблемах.

— А я вижу, вы в итоге скоро выйдете замуж, — шепотом сообщила она и подмигнула мне.

Да, господи, помилуй, спаси, сохрани и отведи. Внутренне я перекрестилась. Дважды. Для надежности. Тут бы выжить, а она про замужество. Сама чуть не погибла в своем браке, но нет, традиции свято соблюдает «жениться надо, доченька». Подождите, матенька, дайте сделаю хоть что-то, чтобы не отбросить от неожиданности коньки.

— Да, решила закрыть старую деву, — ровно ответила я вместо правды.

Если уж я начала использовать грязные методы, то можно хотя бы немного подыграть ожиданиям общества.

— Ой, это же славное дело! — Люсия всплеснула руками, глаза загорелись. — Тем более такие величественные мужчины. Ах, я так завидую!

И тут же начала оправдываться:

— Ну, я не завидую… то есть завидую, но хорошей, белой завистью! Я не со зла, честно-честно.

Я смотрела на нее и думала, что с удовольствием списала бы на нее хотя бы половину своих проблем. Пусть попробует походить в моей шкуре — между делегацией, двумя драконами, туманом, переворотом и внезапным папочкой-императором. А я посижу и тихонечко позавидую ей. Вот правильно говорят, что не нужно никому завидовать, ибо ты в его шкуре никогда не был.

— Я на тебя никогда не подумаю ничего плохого, — сказала я и обхватила ее ладонь.

Люсия заметно расслабилась, плечи опустились. Все же она такая простая и добрая девушка. Прямолинейные люди мне всегда больше нравились.

— Ты мне лучше вот что скажи, — продолжила я. — Тут есть поляна, которую местные обходят стороной? Или кто-то травы продает, да с поляны собирает?

Люсия тут же перешла в режим «соседка, знающая все про всех». Прищурилась, придвинулась ближе.

— Что, тоже хотите травы для удачной беременности? — подмигнула она.

Глава 81. Найдено оружие

Я вздрогнула. О, да… сейчас этот вопрос особенно актуален, поскольку вероятность беременности и правда была. Главное — не показать сейчас Люсии, что меня скорее пугают подобные травы для плодородия.

Да и что она еще могла подумать, завидев, что я теперь невеста сразу двух мужчин? Любой бы на ее месте, учитывая их стародавние обычаи, подумал ты, что я мечтаю осчастливить моих женихов рождением сыновей. Мне кажется, что для их мира это главная женская задача.

Потому логичнее будет согласиться.

— Да-да, — кивнула я. — Для нее.

Не уточняя, кого я имела в виду под «нее». Беременность? Свою голову? Нервы?

— Ах, желаю вам самого красивого ребеночка, — искренне выдохнула Люсия. — А у вас должно быть много-много детей! Поверьте, это очень важно. Особенно в вашем положении.

Понятия не имею, что она подразумевала под «моим положением»: то, что у меня два жениха или то, что я считалась старой девой.

А мозг тем временем хладнокровно поднял табличку: «Кстати, о детях».

Половой акт — был. Не так давно. Месячных — не было. Я, врач по образованию, до этого момента даже не удосужилась сложить два плюс два. Браво, Света. Сейчас бы преподавательница по гинекологии оторвала бы мне голову.

Но, будем действовать по ситуации. Впрочем, я всегда мечтала о детях… единственное, что страшило, так это информация о том, что я непризнанный ребенок самого императора. А учитывая еще и роль моих женихов в этой истории, то все это лишь