врезался старику в грудь, что обеспечило толчок в мою сторону. Я уже переставил Дары, вернул Власть, накинул точки фокусировки позади себя и создал дополнительное давление, проламывая защитную плоть. Которая стремительно наросла, огрубела и обхватила мою руку.

В бой вступил паразит, решив захватить меня.

«Хер тебе, нечисть!» — подумал я зло.

И ударил напрямую по чужому Дару. Я и Дар ощущал, и самого паразита, и все его попытки добраться до меня. Власть нанесла удар изнутри. Дар задрожал, задрожали и цепи, удерживающие его.

Цепи… Точно!

— Да как вы… смеете?! — взорвался старик.

В буквальном смысле. Его свечение вернулось, раскрылось в полную силу, легло тяжестью на наши плечи.

Я надавил Властью ещё сильнее, но понял, что этого мало. Убрать Битву, поставить… Клятву.

Дар, который я не воспринимал боевым, который так преступно мало тренировал…

Конкретно сейчас я поставил всё на свою раннюю догадку, что цепи, опутывающие Дар старика, — это есть суть клятвы.

И если её можно изменить…

Я вложил всего себя, всё своё озарение, Клятву и Власть.

Цепи задрожали, старик закричал, его собственная сила принялась гулять, нанося хаотичные удары по округе.

Умри! — вложился я в одну клятву-приказ.

С моей ладони вышла новая цепь, золотистая, обернулась вокруг Дара, обросла шипами и сдавила его.

Старик заметался, из его тела вырвался жгут плоти, отбросил Аврору. Развернувшись, монах отшвырнул мою руку, перехватил за горло и сдавил.

Откуда ни возьмись появился Глеб, набросился на монаха, но лишь повис на нём. Мою гортань продолжили сдавливать, грозясь сломать шею. Аврора появилась раньше. Первым ударом она попыталась отрубить руку, но лезвие отскочило. Женщина не растерялась и перенаправила удар в чужой глаз. Лезвие вошло в голову, пробило черепушку, но монах продолжал жить.

Опомнившись, я провалился в Тень, вырвался из чужого захвата, но не без последствий. Сила монаха пожгла часть меня не хуже самого яркого света. Вывалившись в стороне, переставил на первое место Битву. Иначе бы просто не смог двигаться.

И как быть?

Аврора успела разворотить чужую голову, но та уже начала восстанавливаться. Глеба отшвырнули в сторону, и Охотник вскочил на ноги. Жар из кратера никуда не делся. Одежда принца уже горела, но он выпустил шерсть, потерял человеческий облик и был готов сражаться. Аврора попыталась добраться до паразита, но не преуспела.

Старик окутался призрачным светом, сгустил его настолько, что было не пробиться.

Но зато я кое-что видел. Моя клятва легла на его Дар. Шипастая цепь продолжала сжиматься, разрушая и Дар, и паразита.

— В сторону! — крикнула Сорка.

Когда она что-то кричит, не надо думать. Надо бежать.

И, кажется, мы все это понимали, мигом разорвав дистанцию.

Земля вздрогнула, я обернулся и увидел знакомого змея, который полностью проявился здесь, извернулся и обрушился на монаха. Попытался его укусить, но старик перенаправил свою силу и перехватил чужую челюсть.

Зря.

Я понял, что произойдёт, ещё до того как это случилось. Из пасти существа вырвался концентрированный поток пламени. Прямо в упор по монаху.

Что его, к сожалению, не убило, но часть своей силы он растратил.

Нам этого хватило. Змей продавил мерзавца, схватил его зубами и отшвырнул в сторону. А вот это правильно. Не хватало ещё, чтобы паразит захватил зверушку.

Когда старик попытался подняться, Аврора оказалась рядом и вбила ему кинжал в спину, между лопаток. Я видел, что попала удачно, чётко в Дар.

— Отойди! — крикнул я.

А сам направился вперёд.

Иди сюда, упырь.

Аврора отскочила, я же, наоборот, оказался рядом. Старик перехватил меня за руку, но ладонь успела лечь ему на грудь. Мы оказались так близко друг к другу, что аж неловко стало. Я видел перекошенное, уже нечеловеческое лицо монаха.

Как тебе это?

Уже лучше понимая, что и как делать, я принялся терзать чужой, повреждённый Дар. Видимо, старику досталось достаточно сильно, потому что он уже не смог сопротивляться. Раскрыл рот и завизжал, как тварь какая-то.

Впрочем, тварью он и был.

Уши мне заложило, но я продолжал своё дело. Дар трещал, рвался. Паразит пытался атаковать, но я пресекал его попытки.

Так мы и стояли какое-то время. Пока Аврора не подошла, не схватилась за кинжал и не пропустила через него свою ауру, уничтожив всю центральную часть того, что было внутри тела.

С облегчением, ничего не слыша, я выдохнул. Паразит был уничтожен.

Стоило горячке боя закончиться, как я разом ощутил боль от всех ранений, тяжело закашлялся и понял, что последние минуты дышу исключительно гарью.

Надо валить отсюда…

Остальные были со мной полностью согласны.

Солейна стояла на границе кратера. Принц попытался что-то сказать, но я покачал головой, указав на уши. Наверное, зря. Пока топали по рыхлой, обожжённой земле, слух вернулся. Дар Битвы на первом месте делал своё дело.

Мы выбрались из кратера, отошли наружу.

— Все в порядке? — спросил я.

— Так ты слышишь? — вскинулся Глеб.

— Отпустило, — вяло кивнул я.

Слишком много сил потрачено было. Слишком сильно выложился. На ещё одну битву меня сегодня точно не хватит.

— Я по нулям, — сказала Сорка. — И это — проблема. Купол-то никуда не делся.

— Есть мысли, что с ним делать?

— Он пожирает энергию с магией, а Битва считается их антиподом. Вбей кинжал, пропусти ауру, молись кому-нибудь, чтобы получилось. Иначе мы там гору высушенных трупов найдем, — мрачно заметила Солейна.

— Этого нельзя допустить, — ответил Глеб. — Аврора, рассчитываю на тебя, — сказал он, старательно косясь в сторону.

Как и сказала Сорка ранее, от платья ничего не осталось. Почти. Какие-то обгоревшие ошмётки, которые прикрывали самое главное, но определённо недостаточно. Мне помочь тут было нечем. Я и сам стоял в ошмётках. Да и принц тоже.

Троица обгоревших голожопов — вот кто мы сейчас.

— Есть и другая проблема, — заметила Солейна.

Я проследил за её взглядом и увидел, как в нашу сторону идёт троица. Все с посохами, в защитных костюмах.

— Наши дорогие соседи решили показаться? — крикнула Сорка. — Что же сподвигло выйти сюда главу Зиморядовых?

Я пригляделся и отметил, что к нам три владетеля пожаловали. В полном боевом облачении.

— Солейна, — вышел вперёд мужчина, который, видимо, и был главой Зиморядовых. — Мы вышли узнать, что здесь происходит.

Только дурак бы не увидел, что эта троица приготовилась напасть.

Аврора вышла вперёд, отставив кинжал и приготовившись драться. Вышел вперёд и Глеб.

— Господа, —