с одним-единственным работником внутри: сухонький старичок склонился над столом и что-то помешивал в глиняной чаше.

— Это мистер Георг, он сейчас весьма увлечён процессом, не будем его отвлекать, лучше пройдите в тот угол, а я сейчас принесу ингредиенты.

И вот передо мной стоят три сосуда. Потерев руки в предвкушении, пододвинула к себе неплохие для этого времени весы и начала химичить.

Первое несколько минут чувствовала взгляды Константина на своём лице, он немного смущал меня и заставлял непривычно трепетать нутро, но стоило мне заняться делом и начать читать лекцию по созданию пороха, про то, насколько он может быть опасен, если секрет изготовления попадёт в руки злодеев, что порох — это огромная, разрушительная сила, способная унести сотни, тысячи жизней, так всё остальное, и странные чувства, отошло на второй план.

— Мирного применения этому порошку практически нет, разве что фейерверки, — затем я вкратце рассказала, что это такое. — Берём селитру, угль и серу, обычно в соотношении 5:3:2, вот так, и можно поджигать, лучше это сделать с помощью фитиля… Ваше Высочество, у вас найдётся шнурок из хлопковой тонкой верёвки? Шёлк тоже подойдёт. Нужно эту нить выварить в щёлоке. Сможете организовать? — подняла я взор на Михаила, он стоял и с приоткрытым ртом смотрел на меня, глаза его были расширены, и сам он выглядел несколько пристукнутым. — Я что-то не то попросила или сказала? — стараясь скрыть улыбку, вполне серьёзно уточнила я.

Глава 43

— А как и где добыть селитру? — спросил Константин, после того как мы разместились в кабинете Михаила.

Испытания, сделанного мной пороха, прошли успешно.

— Вы ведь знаете, где достать этот ингредиент? — подхватил Михаил, присаживаясь с другой стороны. Обложили, ничего не скажешь.

Я показала им лишь самую малую часть мощи порохового взрыва, просто у меня его получилось совсем чуть-чуть. Но и этого хватило для красочной демонстрации. Впечатлились все.

— Знаю. Но не скажу. Я не уверена, что такая мощь должна прийти в наш мир. Мне кажется, что время порохового оружия ещё не пришло.

— Ошибаетесь, — голос Константина наполнился суровыми нотками. — Как докладывают мои шпионы, Её Высочество Элоиза использовала доселе неведомое никому дальнобойное орудие против клириков и их магов-пустышек.

Это известие отчего-то сильно мне не понравилось: что же ты творишь, принцесса Элоиза-попаданка? Ну кто так делает? Зачем приносить в мир то, что может кардинально изменить расстановки сил. Я недовольно нахмурилась.

— Вы её осуждаете, значит, понимаете, о каком именно оружии идёт речь, — сделал правильные выводы проницательный Его Высочество Константин.

— Предполагаю, потому что… в общем, так, — совсем не по-королевски стукнув ладошками по мягким подлокотникам кресла, резко встала. — Рассказывать о селитре что-либо я не намерена. Не сейчас. Возможно, если мне придётся защищать Родину от грозного и опасного врага, я использую порох и все те возможности, что он даёт. Но не сейчас. И меня мало волнует, что происходит на другом конце света у Её Высочества Элоизы. Но, зная клириков, могу сказать, что, скорее всего, она придумала новое оружие только чтобы их победить.

Молодые люди внимательно смотрели на меня и явно о чём-то сосредоточенно размышляли. Если они начнут на меня давить, убеждать или попытаются каким-то образом припугнуть, я мигом смоюсь из прекрасной Византии, а потом пусть попробуют заявиться на порог моего дома. Я всех за шкирку выкину. Такую же ошибку, как с Омальским, совершать не собираюсь: дважды на одни и те же грабли — не мой принцип. Я учусь на своих ошибках.

— А сейчас, прошу меня простить, появились срочные, очень важные дела, — скороговоркой заявила я и, присев в коротком, совсем непочтительный книксен, сорвалась с места, только ткань зашуршала. Генриетта едва за мной поспевала. А я всё же немного злилась на Элоизу, кем бы она ни была. Если её душа прибыла из другого мира, если в её руках оказалось настолько много власти, то, как, мне кажется, стоило дважды подумать: а надо ли выпускать джинна из бутылки? Многие знания, как говорится.

Немало времени посвятила разбору корреспонденции: приглашения на званые балы и торжественные вечера и письма, в которых навязчиво просили поделиться секретом создания шоколадных трюфелей, также ознакомилась с короткими, но по существу, записками, которые принесли с корабля. Большой Бо докладывал, что они вовсю прочёсывают самый крупный рынок по эту сторону мира. Закупаются диковинками, продают то, что мы привезли с собой за баснословные деньги. В общем, всё шло по плану и у меня не было повода волноваться и о чём-либо переживать.

Затем мы отправились в обеденную залу, где в тесном "семейном" кругу, он и правда оказался весьма небольшой: только императорская семья и мой биологический отец, даже фрейлине вход был заказан.

Сначала темы касались сугубо погоды, природы и как прекрасны птицы в саду. Затем потихоньку перешли к недавней войне между наследницей престола Англосакции и клириками, которые, ах, какие плохие! посмели напасть на королевскую кровь. Вильгельм Первый подобного тоже не стерпел и прибыл на помощь дочери, подтянув внушительные королевские силы. Но, как оказалось, мощь противника была чудовищной, святая инквизиция готовила своих воинов много лет, тренировала их, наставляла, влияла на умы через магов-менталистов… король их разгромил, но жертвы среди солдат были просто огромны.

После обеда предполагалось время отдыха, по типу сиесты в нашем мире в жарких странах, но Костик пригласил меня к искусственному пруду, находившемся прямо внутри дворца на первом этаже в самом конце правого крыла. Помещение было с футбольное поле, тут было прохладно и очень, просто невероятно зелено. И красиво. Пруд оказался сердцем этого чудесного места, где тут и там стояли деревянные лавочки, украшенные затейливыми узорами.

— А как вы, Константин, — негромко обратилась я к принцу. Сама же посмотрела на его гордый, чёткий профиль, чтобы не пропустить ни малейшей эмоции. Мы шли с ним рядом, я держала его под локоток, и со стороны наша парочка казалось влюблённой и о чём-то мило воркующей, — относитесь к магии и к магам в частности?

Молодой человек смотрел прямо перед собой, в то время как я, через ткань его камзола почувствовала, как немного напряглись мышцы его руки.

— Нейтрально, — через несколько секунд ответил он, и даже вроде не соврал. — Понимаете, пока одарённые не приносят вреда простым людям, то они не представляют опасности для общества. Если же их объединит сильный умный человек, поведёт в атаку, то беды не миновать.

В его словах было много правды. И я согласно кивнула.

— А вы, Кейт? — в свою очередь полюбопытствовал он, и повернул голову ко мне, чтобы