верования я плохо знаю, но, по-моему, к чужим женщинам они не лезут. Но у нас должен быть сопровождающий…

— Такого нет. Из носителей пенисов тут только вас двое с Пэдди… Вряд ли он подойдет…

Я смущенно покашлял.

— Сопровождающий либо муж, либо евнух. Пэдди на это не согласится.

— А кто эту цисгендерную мужскую шовинистическую членомразь спрашивать будет? Я, по-моему, ему уже раз это пообещала, если он будет на меня мастурбировать в душе!

— Он тебя до чертиков боится, — сказал я. — Так что оставим пока его с яйцами. И он родственник Мэг.

— Ладно, — грустно сказала она. — А я так хотела слугу! И, кстати, по дворцовому этикету у меня их должно быть восемь! И это только основных!

— Времена изменились, Ваше Вашество! — осклабился я. — Пора бы привыкнуть!

— Как низко я пала! — горестно сказала она. — Ладно, я готова!

— Воспользуюсь этим редким моментом. Если женщина говорит, что она готова…

— Значит, она готова! Что тут непонятного?

— Все норм, — пожал плечами я. — Пошли?

Мы забрались в мою разъездную яхту и дали газу.

Полет был настолько непримечательным, что я и говорить про него не буду. Нечего просто, рутина. Отошли от базы, сделали пять полуторачасовых прыжков — в том числе через Великую Пустошь — и, в конце концов, вынырнули на орбите мультидоменной планеты.

И опять аншлаг! Нет, все-таки, Вселенная населена больше, чем мне казалось. Хотя в мои времена был вопрос другой — одни мы в ней или нет.

Оказалось, нет — глупо было думать, что Творец сотворил ее для каких-то непонятных бесхвостых обезьян, высокомерно и ошибочно считающих себя венцом творения! Ага, щаз! По одной планете в руки и не больше!

Тут же пространство было забито почти также, как на той станции. Опятьсуденышки вились, как рой мошкары вокруг гнилого арбуза. Только вот роскошных судов тут не наблюдалось — я же говорю, забегаловка классом ниже!

— Яхта «Натшма» Великого Айзана с двумя царствеными особами на борту требует схему захода на посадку! — голосом капризной принцессы заявила Дрилл.

— Сначала откройте видеоканал, — со смешком сказал диспетчер.

Дрилл пожала плечами и показалась во всей красе в парандже.

— Э, нет! — заявил диспетчер. — Снимите этот балахон!

Ну точно, идиот. Никогда не имел дело с такими культурами?

— Только если вас сейчас перед камерой сделают евнухом, — парировала Дрилл.

— Что??? — диспетчер аж подавился.

— В нашей культуре наши лица может вмдеть только муж… Или те, кто лишены мужских достоинств! Спросите у вашего старшего диспетчера!

Экран погас.

— Ты не перегнула? — спросил я.

— Не-а, — безапелляционно ответила она. — А еще авантюрист… Читать надо описание уклада того народа, которого изрбражаешь.

— Как-то такие подробности я пропустил…

Экран включился вновь.

— Ну, — капризно сказала Дрилл. — Вы привели лекаря? Я жду!

— Извините, ханум, вышло маленькое недоразумение, — запинаясь, сказал диспетчер

Видимо, главный ему пояснил про правила приличия и пообещал в следующий раз подготовить для работы с айзанками.

— У вас есть на борту малый корабль или бот?

— Да, есть, а что? — высокомерно сказала Дрилл.

— Яхту мы сейчас принять не можем, космодром переполнен! Только малый бот.

— Высылайте курс, — приказала Дрилл и отключила связь.

— У тебя получается, — похвалил я ее.

— Но я ведь в самом деле особа царственной крови, — усмехнулась она. — Так что и играть не пришлось.

— Ну-ну, — только и смог сказать я. — Бот ждет, Ваше Высочество!

Глава 26

Помните старую советскую загадку, каким сексом в какой машине можно заниматься? В «Запорожце», где уши торчат между коленками — только мастурбацией.

К чему это я? Да к тому, что двухместный бот недалеко от «горбатого» или «ушастого» ушел, как по размеру салона, так и по удобству. Для моей широкой натуры оно так и было. Будь Дрилл бодипозитивной — это те, которые жрут без меры и отращивают гигантские сиськи и жопы с большим извращённым удовольствием — мы бы не влезли в него. Но в человеческой морфе она была вполне себе ничего. Люблю стройных женщин! Это было так, лирическое отступление.

Впрочем, сейчас у нас были другие проблемы. Бот входил в атмосферу по самой что ни на есть баллистической траектории — прокладчики курса не признавали легких решений. Нет, гравикомпенсаторы работали как всегда уверенно, снижая перегрузку с режима «невозможно» до режима «почти норма», но пляшущее за стеклом иллюминатора пламя не располагало к романтическому настроению. Хоть я и уверен в надежности местной техники, но…

Впрочем, как всегда все обошлось. Дальше бот шел уже по аэродинамической траектории, повинуясь командам автопилота. А садились мы на летное поле уже очень нежно и легко, бот приземлился как пушинка. Видать, обещания Дрилл сработали.

— Ну что, пошли? — она вылезла из ложемента, поправляя подол паранджи. — И как ваши бабы в таком ходят?

Я лишь пожал плечами и вылез из бота вслед за ней, путаясь в подоле.

Летное поле было установлено аппаратами всех форм и расцветок — публика здесь, как мы и говорили, была разношерстная. Впрочем, все лайбы ниже среднего, а некоторые вообще, в музей просятся. Вчера свиней на забой возил, сегодня за развлечениями прилетел на эти деньги. Вот такая вот фермерская жизнь.

Мы, озираясь на диковинки, пошли по дорожке стоянки в сторону космовокзала, с которого начинался путь не в ту дверь, точнее, не на ту планету. А это еще круче.

— Я главная и говорю одна! — на всякий случай повторила Дрилл перед тем как влиться в шумную толпу желающих культурно и не очень отдохнуть.

Я лишь кивнул и пристроился к ней в кильватер. Вот да, сравнение прямо точное. Дрилл перла вперед, что твоя «Арктика», расталкивая льдины. Точнее, льдины сами расходились подальше от этого непонятного ледокола в парандже.

Таким образом, мы быстро дошли до типа таможни, Дрилл дала тщательно изготовленные унипассы — спасибо лаборатории и папенькиному запасу настоящих пустых имперских бланков — таможенник не глядя их отсканировал и мы вышли уже на территории Гийомсбурга. Точнее, еще не вышли, с этим была проблема… Не в ьу дверь могли затащить силком.

Развлечения, как и положено, начинались еще в самом космовокзале — а что клиента терять? Свет плазменных