* * *

Огинский шел по узкому коридору, ведя за собой Щегла и Сизого. Освещение тускнело, а вскоре и вовсе наступила темнота. Издали виднелась комната, из которой исходил свет, и потому она казалась своеобразным маяком. Щегол передернул плечами, представляя, будто они сейчас идут к тому самому свету в конце туннеля, прямиком к чему-то неизвестному и опасному.

– Суд над Матросовым должен быть на следующей неделе. – Огинский подошел к одной из дверей. – Дело вели слишком долго из-за отсутствия улик, относящихся непосредственно к нему. Да, он принимал, но за это полагается всего лишь штраф, а на распространение у нас только косвенные.

– Плохо. – Сизый нахмурился. – Хотя, может, и не так плохо. – Он неоднозначно взглянул на Щегла.

– Он вообще не сильно разговорчивый, так что если у вас получится что-то у него выяснить, то это будет победой.

Огинский распахнул дверь комнаты для свидания, и оттуда донесся зловонный запах сырости и затхлости. Примерно таким запахом подвалы и заброшенные здания встречают своих посетителей. Издалека было видно Матросова, что сидел за столом, прикованный наручниками к ножке стола. Он выглядел примерно так же, как и в их последнюю встречу. Только если в тот раз причиной были наркотики, то сейчас сказывалось длительное пребывание в следственном изоляторе. Сизый и Щегол вошли в комнату, и дверь снаружи захлопнулась.

– О! – Матросов оживился. – Я вас помню. Как там у вас чик-чирик, кудах-кудах?

Сизый тяжело вздохнул и опустился на стул перед ним, оставляя Щегла позади себя наблюдать за всей беседой. По Матросову было видно, что настроен он не серьезно и большую часть разговора будут составлять подобные низкосортные шуточки.

– Расскажешь, на кого работаешь?

– Работаю? – Он наигранно удивился. – Я сейчас не совсем способен работать, если ты не заметил. – Он попытался вскинуть руку, но лязг наручников о металл ножки стола остановил его.

– Кто тебе наркотики поставлял?

– Какие наркотики? Я понятия не имею. – Матросов посмотрел на Щегла. – Опасно, мальчик, этот комбайн зажует так, что косточки воедино не соберешь. Меня вон зажевывает все сильней, а он ненасытен. Ему мало моих костей, он и ваши к себе приберет. Только я ему живым нужен. Полезный ресурс, так сказать. А ваша песенка скоро будет спета. В августе, быть может.

– Что ты сказал?! – Сизый потерял все самообладание и подскочил с места. – Кто он? Кто он?! – Он потянул Матросова за воротник к себе. – Кто прячется за твоей спиной? Почему не покажется, раз такой смелый?

– Прячется? – Матросов рассмеялся. – Он не прячется. Мой хромой покровитель повсюду, и ты знаешь его имя.

– Если ты скажешь, что это Герман Жуков, я тебя убью. – Сизый отпустил Матросова и сделал шаг назад.

– Ты сам все сказал. – Он улыбнулся во все свои имеющиеся зубы. – Я и так говорю больше, чем мне позволено, просто слушать надо уметь.

Сизый схватил Щегла за рукав и потащил волоком к железной двери. Постучав дважды, они дождались, пока дверь перед ними распахнется, а после оставили позади эту жуткую картинку, где Матросов выглядел как типичный злодей. Как будто персонаж из мультфильма, он сидел в темной комнате и скалил зубы на пришедших героев, чтобы поиграть с ними в смертельную игру. Только это не мультик, а Матросов – обычный наркоман. Сизый все еще сжимал челюсти так, что его желваки ходили ходуном, а взгляд из доброжелательного и веселого превращался в отчаянный и озлобленный. Сделав несколько глубоких вдохов, он посмотрел на Щегла.

– Я не могу с ним разговаривать. – Он прикрыл глаза. – Это невыносимо. Гоняемся за тенью, будто псы, пытающиеся поймать собственный хвост.

– Что тень, что хвост. – Щегол поджал губы. – Все это за нашими спинами.

Сизый распахнул глаза, будто ему в голову пришла гениальная идея. Зрачки забегали с такой скоростью по сторонам, что Щегол испугался перемены в его настроении. Он непонимающе нахмурился, ожидая, что же выдаст Сизый.

– Есть одна идея, но Сокол не должен об этом узнать. – Он посмотрел исподлобья на Щегла. – Ты веришь мне?

– Верю.

– Мы попросим Огинского нарыть информацию на Германа Жукова. У него наверняка больше ресурсов, чем у нашего Чижа. – Сизый говорил шепотом. – А Соколу скажем, что нашел все Чиж. Я бы и сам ему предложил это, но он не хочет втягивать посторонних людей в наши дела. Но у нас нет другого выхода, ты же понимаешь?

– Ты прав. – Щегол кивнул. – Так мы сможем быть на шаг впереди, чего и хочет сам Сокол.

– Отлично!

Сизый чуть ли не бегом помчался к кабинету Огинского, уже не волоча за собой Щегла. Минуя коридоры и небольшие комнаты все с тем же затхлым запахом, они оказались у знакомого кабинета, где за столом сидел Огинский и с кем-то переговаривался по телефону. Заметив Сизого и Щегла, он кивнул им, показывая, что скоро закончит разговор. Еще несколько раз он буркнул что-то собеседнику, а после стукнул трубкой об аппарат.

– Что-то выяснили? – Он сложил руки в ромб Меркель.

– Ничего нового. – Сизый отмахнулся. – Но кое-что все-таки есть.

Огинский поднялся с места и прикрыл дверь, чтобы эти дела остались сугубо между ними. Он окинул взглядом Щегла и Сизого, а потом кивнул, дожидаясь продолжения.

– Герман Жуков. – Сизый вскинул брови. – Он назвал это имя. Сказал, что этот человек стоит за ним и всем заправляет. Можете оказать нам услугу и выяснить, кто это?

– Оу, – Огинский удивленно распахнул глаза. – Я помню, что сообщал вашему Главному, что этот же человек совершил звонок по поводу теракта в Центральном парке. – Он потер переносицу. – Конечно, я узнаю все, что смогу, и сообщу вам.

– Момент. – Сизый щелкнул пальцами в воздухе. – Сообщить об этом надо мне, а не Главному. У нас в этом свои нюансы.

Огинский нахмурился, еще раз прошелся оценивающим взглядом по Сизому, а после прокашлялся.

– Я надеюсь, у меня не будет проблем от того, что я сообщу об этом вам, а не непосредственно ему? – Он на секунду замолчал. – Я хочу вам помочь, но только чтобы это не нанесло ущерба.

– Я вам гарантирую, – Сизый расплылся в улыбке. – Вы останетесь чисты. – Он взял со стола лист бумаги и нацарапал ручкой десять цифр. – Вот мой номер. Буду ждать звонка.

* * *

В гостиной сидели Сорока и Чиж, слушали музыку и о чем-то болтали, весело смеясь. Заметив Сизого и Щегла, они слегка утихли, а после громко рассмеялись. Сорока оперлась на руку и, широко улыбнувшись, посмотрела в сторону двери.

– Как там, в цивилизации? – Она лениво потянулась на диване. – Все так же скучно?