и бумагу, рисуй. И не думай учудить что-то то такое, необдуманное. Я с хокаге спарринговала и он мой удар похвалил. Кабинетную крысу вроде тебя я размажу влегкую.

— Да кто ты такая, девочка?

— Королева Узушио. И тут удерживают моих подданных. Когда в прошлый раз Узумаки и ее будущего ребенка удерживали, потом говорили о том, что я целый город разнесла. В поисках Каноно-сан я столицу Страны Водопадов подчистую спалила. Думаешь, вас, лошар, я не похороню в вашем же бункере? Рисуй!

Пока мужик, которому я развязала руки, занимался творчеством, призвала волка.

— Кагемару-сан. Постарайся на следующий вызов от моего товарища явиться лично. Если не выйдет, вот записка, в ней то же самое, что я тебе сейчас скажу. Тут бункер генокрадов, особый мудацкий отряд, — на то, что Осама пискнул «научный» внимания я не обратила. — Они тащат женщин с редкими геномами по приказу еще самого нидайме Тобирамы. Тут они их как-то оплодотворяют, скорее всего научным способом, а не насилуют, и заставляют рожать детей, которых затем отправляют в приют. Я сейчас постараюсь тут шороха навести и Умино Каноно с близняшками забрать. Да, она тут двойню родила, знаешь ли.

— Все. Хана вашей типа секретности. Ну, что ты тут намалевал?

На грубой схеме голый ученый отметил боксы с роженицами, комнаты других подопытных, которых набирался целый десяток, жилые помещения для около десяти его коллег. Еще что-то, обозначенное как «оранжерея». В принципе, не так и сложно мне будет до пятого бокса дойти.

— Так. А выход-то где? Я по твоему с недавно родившей теткой и двумя младенцами обратно через вентиляцию ползти должна? Так братишкина мамка не пролезет. Я и то впритык поместилась.

— Вот здесь. Тут подъемник, защищенный печатями Тобирамы-самы. С поверхности его не увидеть никакими средствами.

Получалось приемлемо.

— Одевайся, — развязала мужику руки. — Пошли в твою комнату, усыплю тебя там. И не вздумай дергаться. Мне тебя, ублюдка ни разу ни жалко.

— Да что я такого сделал? Я просто выполнял свой долг. Все женщины Конохи тут добровольно.

— А женщины других деревень враги и их жалеть нечего. Да?

— С ними ничего плохого не происходит. Рожают иногда детей. Женщины для того и нужны, чтобы рожать.

— А когда репродуктивный возраст заканчивается, их утилизируют? Так ведь? Или, хочешь сказать, отпускают домой? В глаза мне смотри, поганец! Я ложь насквозь вижу, — на самом деле, умелый лжец мне три короба наплетет и я уши развешу. Но не рассказывать же об этом перепуганному клиенту. Пусть думает, что меня обмануть невозможно.

— Я не знаю, что с ними происходит, — тут и особыми навыками распознавания лжи владеть необязательно, чтобы понять, что все он знает. Вмазала ему по почкам и бросила в рожу штаны, чтобы одевался. Сама в это время при помощи пары полотенец вытерла голову и привела себя в чуть более чистый вид. Мда, походу, волосы проще снова обрить, чем расчесать. Наспех стянула их на затылке резинкой.

Осама, к счастью, так и не рискнул напасть. Я мониторила его эхолокацией и любое угрожающее движение бы не проморгала. Но нет, ссыкло он. Я бы на его месте напала при первой же удобной возможности.

— Кто у вас тут главный? Кто знает больше? — спросила я, когда мужчина уже оделся. Выглядит помятым, но сойдет, если не придираться.

— Командир отряда. Юхи Тиба-сама. Он принял командование лично от Тобирамы-самы. Вот, я отметил на карте, где его личная лаборатория и личные апартаменты. Юхи-сама очень сильный шиноби, тебе не справиться с ним, Умино-тян. Лучше сразу сдайся, позволь стереть память тебе и твоему призыву и никто больше не пострадает.

— А память стирает лично Тиба-кун?

— Да. Наш командир очень хорош в гендзюцу. Работа с воспоминаниями одна из его сильнейший сторон. У тебя нет ни малейших шансов. Ты всего-лишь недавно сдавший экзамен чунин, а Юхи-сама очень опытный джонин. Сколько тебе лет. Десять?

— Не угадал, лошара, мне двенадцать. Просто я низкая. В книге бинго я оценена как S-ранг, почти четыре миллиона за голову. Че, ублюдок, хочешь попробовать подзаработать? Забыл уже, что я про столицу ублюдочных Водопадов рассказывала? Или не поверил? Че, память тебе простимулировать?

Не захотел. Про семью Юхи что-то такое в памяти крутилось. Вроде как была какая-то девчонка из числа молодых не то генинов, не то уже чунинов с такой фамилией. Нет, не запомнила. Да и неважно. Клала я на всяких гипнотизеров то, чего у меня нет, а у Осамы-тян такое мелкое, что едва удержалась от того, чтобы его на эту тему подколоть. Нечего ему знать, что я вообще туда глаза скосила.

Короткий поход до комнаты, где проживает ниндзя-ученый и там я его вырубила хлороформом, после чего снова связала. Надежно так, с учетом как опыта из генетических воспоминаний, так и уроков из академии Ивы.

Комната у ирьенина более чем скромная. Спальное место и небольшой шкаф, где развешаны несколько однотипных комплектов одежды. Брюки, рубашки, белые халаты. Один такой халатик я приватизировала. Если подвернуть подол, используя сенбоны вместо булавок, и закатать рукава, получается почти по размеру. Ну ладно, совсем не по размеру, но особо в глаза при случайном взгляде бросаться не будет, как я надеюсь. Все лучше, чем грязной одеждой и босыми пятками сверкать. Ботинки свои я протерла, следов оставлять не будут.

Теперь аккуратно, постоянно проверяя окружающее пространство, дойти до бокса свежих рожениц, забрать Умино-сан с ее детишками, моими подданными, пробраться к подъемнику наверх и свалить. Ну, вот ничего так план. Они тут мух не ловят, положились на секретность и ничего не патрулируют. Если ублюдок Осама меня не налюбил. Не так и сложно это будет, наверное.

Глава 28

Как-то вкрай дерьмово у них тут с охраной. Пустые, если не сказать пустынные, коридоры, в которых хоть насвистывай — никто не попадается. Ну да. Десяток человек персонала на подземную базу, вполне рассчитанную и на сотню ученых. Не лучшие времена ОНО переживает. Смотреть по пути особо нечего. Сплошь каменные стены и не всегда приличное освещение. Там, где светильники есть, они часто мерзко мерцают, вызывая тем самым неуютное ощущение. Уж знаю, проверила эхолокацией, что нет никого в очередном темном углу, а воображение придумывает истекающих слизью монстров, которые сейчас из тени на меня напрыгнут. Дурь полнейшая, но некомфортно от всей этой дряни, которая в башку сама собой лезет.

Прокралась по-тихому к детскому боксу, отмеченному цифрой пять. Заглянула звуковым зрением внутрь. Никого! Это что, ублюдок меня налюбил? Да