Интересно, а это кто такой⁈ Мужчина, с виду лет сорок пять, что в случае достаточно сильного мага может означать возраст до ста пятидесяти запросто. И, что более важно, он являлся аристократом, хоть ранг отсюда рассмотреть не получается, и центром одной не самой маленькой кучки участников приёма. И, судя по выражению «какой-то барон» сам он как минимум граф.

— Не «какого-то барона», граф Выдрин, а того, кто создал это подразделение в буквальном смысле с нуля! — счёл нужным уточнить Пётр Алексеевич.

— Но создавалось оно на бюджетные средства?

— Да, расходы барону Рысюхину возмещались по установленным нормативам. Но я не понимаю, к чему вы клоните.

— Очень просто, Ваше Императорское Величество. Поскольку финансировалось создание батареи производилось из казны, то никаких прав собственности на воинскую часть этот барон иметь не может.

— Для уточнения: не из казны, а из моих средств, выделяемых на содержание Свиты. И стоимость создания военного городка барону Рысюхину тоже никто не компенсировал.

— Это мелочи, Ваше Императорское Величество. Уверен, компенсировать возведение пары-тройки сараев будет не так уж и сложно.

Сараев⁈ Я чуть было не взвился от возмущения, но устраивать скандал на приёме у Императора?

— И всё же, граф, можно вас попросить перейти, наконец, к сути ваших… эээ… даже не знаю — претензий или вопросов, поскольку вы так и не сказали, чего именно хотите.

— Простите, Ваше Императорское Величество! Всё очень просто: я, и не только, но и многие другие аристократы Вашей Империи считаем, что воинская часть такого размера и такой мощи явно и многократно избыточна для баронской родовой дружины.

— Для обычного барона — может быть.

— Если вести речь о бароне на границе с чиньцами — может быть, и то многовато.

— И что же вы предлагаете?

— Вверить контроль над этой частью настоящему аристократу, верному слуге Государя и Империи, чей титул позволяет содержать родовую гвардию такого размера и мощи без нарушения сложившихся норм и правил приличия.

— Вы имеете в виду княжескую гвардию?

— Нет, что вы! Для князя всего лишь батарея будет, пожалуй, маловато. А вот для графа — в самый раз.

Я стоял и ушам своим не мог поверить: мою батарею нагло и открыто пытаются отобрать у меня⁈ Следующее, что я услышал, и вовсе ввергло меня в прострацию:

— Знаете, граф, я в кои-то веки пусть не полностью, но в главном согласен[1].

Я в этот момент смотрел как раз на графа, и не успел повернуться к Императору, но увидел, как буквально расцвёл Выдрин и его свита. Как так⁈ За что⁈ Почему⁈ В охвативших меня чувствах я чуть было не пропустил слова Императора, обращённые ко мне.

— Господин Рысюхин! Юрий Викентьевич, подойдите ко мне, пожалуйста.

На деревянных ногах подошёл к столу, и несколько удивился тому, что Государь встал и вышел мне навстречу.

— Я хотел сделать это сам, в качестве награды или части её, но теперь вынужден буду совершить этот шаг по требованию других аристократов. Итак, я должен в третий раз спросить вас, барон, согласны ли вы возложить на себя знаки достоинства, права и обязанности графа Империи, служить Империи и Императору в новом качестве верно и неподкупно?

Я настолько не ожидал услышанного, что чуть было не переспросил «Что, простите?», но спохватился. И слова про третий раз послужили напоминанием уроков графа Сосновича, что в третий раз отказываться нельзя. Тем временем Государь, явно давая мне время и возможность опомниться, продолжил вполголоса, но так, чтобы явно услышали окружающие:

— Насколько помню, главным вашим аргументом против было нежелание показаться выскочкой. Но сейчас, можно сказать, имеет место выдвижение по инициативе подданных.

Ох, сомневаюсь я, что те самые подданные хотели именно этого! Точнее, не сомневаюсь, что граф Выдрин хотел совершенно иного. Но зато я собрался с духом и с мыслями.

— Согласен, Ваше Величество.

— В таком случае, преклоните колено, барон!

Адъютант Императора взял с журнального столика, неприметно стоявшего у дальней стены, заранее подготовленные графские регалии на подносе. Пётр Алексеевич со всеми положенными словами возложил на меня графскую корону и новый перстень. Странно, что мне не сказали привезти с собой баронские регалии, я имею в виду цепь, для возврата Государю взамен на графские. Закончилась церемония ритуальной фразой:

— Встаньте, граф, и служите Мне верно.

— Служу Вашему Императорскому Величеству!

Документы на новый титул мне передали в бордовой сафьяновой папке, с тиснёным на обложке императорским Кречетом[2]. Разумеется, прямо сейчас я их смотреть не стал, это было бы в наивысшей степени неуместно. Я собирался уже вернуться на своё место у стеночки, но Государь придержал меня за локоть.

— Граф Выдрин, вы довольны? Теперь все ваши требования выполнены, а в верности Мне и Престолу графа Рысюхина я уверен абсолютно.

— Спасибо, Ваше Императорское Величество! Могу ли я удалиться? Дела рода требуют моего присутствия в другом месте.

— Что ж, если вы столь сильно обременены делами, то, разумеется, не смею вас задерживать. А равно и отвлекать от дел разного рода придворной суетой.

Опаньки! А вот это уже — добивание! Это явная и неприкрытая опала, в форме отлучения от Двора, поскольку формула фактически запрещает являться на все придворные мероп… тьфу ты! Являться ко Двору, в общем. И, самое главное, не озвучены ни срок отлучения, ни условия возвращения! Граф Выдрин выждал несколько секунд, ожидая уточнений, но не дождался и вышел из зала, движением головы позвав за собой свою свиту. Но, неожиданно, за ним последовали не все: трое из «выдринской кучки» остались в комнате, потупив глаза в пол. Или решили переметнуться, или это оставленные опальным графом глаза и уши при Дворе.

­– Раз уж мы, в нарушение регламента, раньше времени занялись вопросами, связанными с личностью теперь уже графа Рысюхина, то я закончу с этим вопросом. Итак, у меня есть ещё несколько документов, касающихся господина Рысюхина. Во-первых, представители военно-инженерного Управления при Главном штабе за разработку, изготовление и практическое испытание ряда систем вооружения, кратно превосходящих любые имеющиеся в мире подобия по всем основным характеристикам, выдвинули господина тогда ещё барона соискателем учёной степени магистра технических наук, и на днях утвердили его без очной защиты на основании предоставленных документов о разработках. Поздравляю!

Адъютант Императора вручил мне документы, которые я просто вложил в папку с бумагами на титул, и коробочку с нагрудным знаком.

— Это ещё не всё. На днях ко