слишком тревожит. Он все же сильно побил ее и пытался дальше продолжить избиение, поэтому защитная реакция с использованием маны от избитой женщины сама напрашивалась в тот опасный для нее момент. Случайно Клея применила магию или вполне осознанно — вообще ее личный выбор, имела полное право защищать себя. Иначе еще неизвестно, кто упал бы тогда на камни двора.

«Зато теперь нам с ней становится гораздо проще общаться. И еще она сможет использовать огромнейшее богатство семьи своего мужа, лежащее пока без всякого толку по сундукам дома и в Кассе, на много разных благих дел. Раз у нее так болит душа за свой прежний народ, то выступать в Сатум необходимо с приличной финансовой поддержкой», — правильно осознаю я то, что нам с ней принесла смерть Крома.

Еще я хорошо осознаю — через какое-то время молодые недоКапитаны найдут подходы к тому же Генсу, они же вместе росли когда-то. Через родителей, братьев и сестер, они все же одного времени и общества ягоды, вместе росли, учились и взрослели. Правда, они сразу пошли в Совет по стопам своих отцов, по идее мгновенно став настоящими небожителями, а наш Генс просто остался служить с самых низов, хоть и с солидной протекцией от семьи.

«Но теперь их судьбы в его руках, а мне обязательно нужно подкинуть дровишек в огонь. Потому что Генс, наверняка, сильно уверен в том, что он в Совете оказался по праву, а они просто по блату пролезли. Наказать недоКапитанов он все же хочет, вот поэтому нужно дать ему подобную возможность», — для подобного усекновения голов у меня все уже давно готово.

Ведь сейчас их можно выгнать ко всем чертям собачьим, пока мы все понемногу осознаем, что мой план сработал на все сто процентов. Подобного определения местные жители даже не знают, зато в таком результате уверен я сам. Выгонять их лучше прямо сейчас, более подходящего времени уже точно никогда не будет.

Когда они попытались сами забрать всю власть, но оказались полностью разгромлены нашим быстрым голосованием. Которое, так сложилось, правильно прошло по всем законам, еще оказалось поддержано стройными рядами активно выступающих воинов, крайне довольных новым Главой Совета. НедоКапитаны не успели ничего толкового сообразить и поэтому должны массово расстаться с высокими знаниями.

«Именно сейчас подобное провернуть проще всего!» — уверен я и поэтому продолжаю:

— Капитан Джугас имел большие заслуги перед Астором, но это был отец нашего пока Капитана! У него заслуг вообще нет никаких! Хочу напомнить уважаемому Совету, что по прежним уложениям в Совет могут пройти самые авторитетные жители города, имеющие особые, неоспоримые заслуги перед горожанами. Участвовавшие лично в их спасении. Чего, к большому сожалению, про нашего товарища, Капитана Джугаса, никак нельзя сказать! — громко произношу я с притворным сожалением.

Тут уже заметно вздрогнули оба молодых парня из имеющейся здесь оппозиции, понимая хорошо, что мои обличительные слова направлены сейчас именно против них всех.

Старые Капитаны попали в Совет двадцать лет назад, в любом случае заслуженным образом. Генс, Тинтум и Драгер вместе со мной командовали отрядами Астора и участвовали в схватках, где проливали свою и чужую кровь. То есть у всей нашей группировки имеются явные и неоспоримые заслуги перед Черноземьем.

«Чего, конечно, никак не скажешь про них», — смотрю я на сильно затосковавших молодых недоКапитанов.

И специально начинаю заход с самого такого Капитана, который вволю оттоптался на нынешнем владении нашего Генса, его горячо любимой Гвардии. Ибо денег из казны воровалось все больше и больше, цена поставляемого товара все время росла для городской казны, а его качество катастрофически падало. Который явно слишком перегнул высасывание золота из города в свою личную пользу выше всяких разумных пределов.

Товаром данным являются подковы для всех городских лошадей, прочая кожаная упряжь и сбруя крайне низкого качества. Поэтому выставить подобного поставщика-сопляка из Совета для того же Генса будет делом принципа.

«Он явно не попросит меня не выносить сор из избы, а сразу же предложит самое правильное решение. После чего, размочив для начала счет уволенных Капитанов, окажется гораздо проще выгнать из теперь нашего Совета всех оборзевших сопляков разом!» — все правильно понимаю я.

«Не мытьем, так катаньем чертовы сопляки вылетят отсюда. Некоторые потом даже могут попасть в заключение, если не выдадут огромные кучи украденных у города средств, — надеюсь я. — Сам Джугас так точно может пойти рубить камень на побережье. Выбор у него будет очень небольшой, учитывая, сколько времени от него страдала та же Гвардия».

— Он поставляет уже много лет городским складам подковы для лошадей и прочую сбрую, причем, все такое очень низкого качества по крайне высоким ценам! — я выкладываю из своего мешка на стол в Малом зале несколько тощеньких и кривых подков из весьма мягкого железа.

Легко сгибаю их и бросаю с грохотом на стол, наглядно демонстрирую, что это не подковы, а откровенное дерьмо.

— Хорошие качественные подковы в городе стоят от трех данов, а капитан Джугас подобное недоразумение для всех городских лошадей поставляет по четыре дана. Последняя поставка была уже по четыре с половиной дана!

Да, он самый глупый и жадный ублюдок из всех приблатненных недоКапитанов, такое можно откровенно признать. Каким-то образом плотно присел на золотую жилу и поставляет откровенное дерьмо, которому цена максимум полтора дана, уже по четыре с половиной серебрушки.

«Не знаю, делился он с Кромом или все же с кем-то другим. Но его продукция, от которой Генс не мог пока никак отказаться, выбешивала уже много лет всех гвардейцев, многих стражников и всех городских работников при конной тяге», — абсолютно точно знаю я.

Им, совсем небогатым работникам и служивым людям, сейчас приходится покупать подковы на служебных лошадей за свой личный счет, но другого выбора у них просто нет. Сам Генс до сих пор побаивался выступать против поставщика отвратительной продукции, разумно предполагаю, что половина прибыли уходит самому Крому в карман.

Как здесь вообще положено, но я в подобном все же не уверен. Скорее всего, бывший Глава Совета просто не совсем был в курсе слишком уж наглого грабежа городской казны одним из своих закадычных приятелей детства.

«Может все оно