– Как они меня понесут? Я ж тяжелая.

– Не твоя забота! Утащат! – подмигнула мне менеджер.

– А тут написано, что в случае выключения света необходимо держаться правой стороны коридора…

Но менеджер уже умчалась, не услышав меня – сегодня она нарасхват: аниматоры в костюмах вампиров пожаловались, что у них закончилась искусственная кровь и теперь нечего разливать во время квеста. А билеты все проданы – будет аншлаг.

Я глубоко вздохнула. Макияж сделан. До начала квеста оставалось всего пять минут.

– Для первого раза идеально! – расхваливала меня менеджер. – Оплата придет на карту в течение завтрашнего дня. В бухгалтерии оформилась? Ты так реалистично испугалась, когда вампир тебя в шею поцеловал, молодец! Только бледненькая ты какая-то. Давай домой, отдыхай. Послезавтра – три квеста.

Она опять умчалась, я даже не успела рта открыть.

Завтра пятница, и у меня по расписанию консультация психолога. У Антонина все дни расписаны по минутам, встречи со мной он ставил на 18:00. Я очень благодарна ему за это, ведь никто в университете, кроме него, не знал о моей фобии. Вечером в пятницу не было занятий, и я спокойно приходила к нему в кабинет, не боясь столкнуться с кем-то из одногруппников. Зачем мне лишние вопросы?

– Почему ты испугалась, когда аниматор в костюме вампира по сценарию поцеловал тебя в шею? – Антонин смотрел в окно, сегодня он был задумчивый и какой-то отстраненный.

– Да нет, я не этого испугалась. Я видела, как в это время другую «фрейлину» похищал разбойник, перебросив через плечо. Ну и… – замялась я.

– Что? Объясни мне, я пойму, – деликатно спросил Антонин. – Ива, ты же знаешь, что все, что ты говоришь здесь, останется в стенах этого кабинета.

– Понимаете, когда фрейлину похищают, ну… там корсеты такие… Я подумала, что вдруг у меня грудь вывалится. – Я опустила глаза.

– Ну да, понимаю. Это был твой первый квест. Ты можешь попросить костюмера выдать тебе другой наряд.

– Да, я уже думала об этом. Еще можно попросить накидку. У них есть такие, знаете, в стиле XVIII века.

– Ива, я думаю, тебя еще что-то беспокоит. У тебя сегодня показатели не очень хорошие. Приближаются к тому уровню, что был, когда ты пришла ко мне сразу после испуга в библиотеке.

Во время сеанса к моим голове, руке и груди прикреплялись специальные датчики, они фиксировали состояние организма, данные выводились на монитор. Антонин еще раз пристально посмотрел на показания датчиков. Свет монитора отражался в его глазах.

– Я ведь прав? Есть еще что-то?

Мне показалось, что глаза Антонина стали влажными, блестящими, а голос – стальным и хриплым. Он подошел ко мне очень близко, поправил датчики, рука на несколько секунд задержалась на моем запястье, пальцы слегка нажали на точку пульса. Его взгляд вдруг стал серьезным. Я как загипнотизированная смотрела в серые глаза, не моргая. И, кажется, даже не дыша.

– Расскажи мне правду, – неожиданно жестко сказал он.

– Дайте мне, пожалуйста, мою сумочку, – попросила я, облизнув сухие губы.

Антонин протянул мне сумку.

– Вот, смотрите, – прошептала я и протянула телефон со своей дурацкой фотографией. Было нестерпимо стыдно, я отвела глаза. – Кто-то следил за мной, когда я гуляла с подругами на Староместской. Я не знаю, кто прислал мне эту фотографию.

Антонин подал мне стакан воды и уставился на экран:

– У тебя есть предположения, кто бы это мог быть?

– Не знаю точно… Может, Джастин?

– Твой парень?

– Нет, он с другого факультета. Мы познакомились на студенческой вечеринке. Я ему сразу сказала, что не стану с ним спать. Наверное, он нас увидел. Вы же знаете, как много народа гуляет в центре перед Рождеством.

Я замолчала. Мне показалось, что взгляд Антонина смягчился. Видимо, мои показатели начали приходить в норму.

– Я спрошу у Джастина напрямую и потребую объяснений! Вот только закончатся каникулы… Или напишу ему в соцсети, – твердо решила я.

– Ты ему собралась переслать эту фотографию? – Брови Антонина приподнялись.

– Ой, я не подумала. А если это вовсе не он меня сфотографировал? Он же точно всем расскажет, еще и разошлет в чаты. И тогда…

– Да, думаю не стоит этого делать. Если ты сама к нему подойдешь, только раззадоришь его, независимо от того, сделал фото он или кто-то другой. Ива, а ты еще кого-то подозреваешь? – Антонин пристально посмотрел мне в глаза.

– Нет, даже не могу предположить, кто бы это еще мог быть, – искренне ответила я. – Я хотела поговорить с подругами, может, они что-то знают. Но сейчас все разъехались на каникулы, – задумчиво произнесла я и поняла абсурдность своего решения. – Вы правы. Не следует никому показывать фотографию, даже подругам. Джиджи точно начнет расследование и раструбит всему университету.

Антонин улыбнулся одним уголком губ и принялся подключать мне датчики мышечного напряжения – они считывали естественные импульсы мышц. С помощью программы, они визуализировали мышечную активность. Когда мышцы напряжены – волны становились острыми и красными, при расслаблении – плавными и синими. Антонин всегда был очень сосредоточен во время наших сеансов, он анализировал мое состояние и учил меня правильно дышать, чтобы снизить напряжение. Я делала глубокий вдох, а на выдохе представляла, как теплая волна растекается по телу.

– Как вы думаете, мне продолжить работу аниматором? Я могу отказаться, только нужно предупредить о решении за два дня.

Антонин знал обо мне практически все. Откровенность пациента – важное условие психоанализа. Сначала я испытывала смущение. Особенно, когда при первой же диагностике датчиками обнаружилось, что у меня есть несколько точек – эрогенных зон в нестандартных местах. Но Антонин был предельно деликатен и добр, и мое доверие к нему стало абсолютным. После сеансов я чувствовала себя гораздо лучше и увереннее.

– Тем более что там есть такие квесты, в которых выключают свет на некоторое время… Я бы не… – замялась я.

– Ива, если убегать от своих страхов, они еще быстрее побегут за тобой, – Антонин сказал это мягко, но очень настойчиво. Его глаза вновь блеснули.

– Можно уточнить некоторые детали сценария? – спросила я у менеджера.

Сегодня она не так занята – набор аниматоров прошел успешно, вакансии заполнены. И от клиентов отбоя нет. Популярность квеста под Новый Год выросла настолько, что тинэйджеры из других стран ехали целыми компаниями, чтобы пощекотать себе нервы.

– Да, конечно.

– Я не совсем поняла про выключенный свет и полную темноту, – нервно затараторила я.

– А… ты в этой части сценария не участвуешь. Когда клиентов пугают наши зомби, ты должна находиться в зале Б – там, где кабинка с машиной времени, знаешь? Примерно десять – двенадцать минут. Просто посиди