на десятилетия, то может быть и оцифровка, — севшим голосом сказал силовик.

— Вот! — стукнул генерал ладонью по столу, — человек понимает, что ЛЮБОЕ из ваших предположений уже повышает вероятность МИРОВОГО конфликта на порядок! Предположений, понимаете? До оцифровки может быть как до Пекина раком, но если это в принципе реально, то уровень интриги повышается кратно! А у нас и без Игры было… слишком весело. То дружим и поддруживаем с подмахиваниями, то заклятые враги…

Дёрнув головой, он прервался, не желая обсуждать начальство, заигравшееся в высокую политику, но не имеющее для этого достаточно профессионализма. Впрочем, последнее генерал старался не обсуждать ни с коллегами, ни с супругой. Во избежание.

— Так что давайте, отнеситесь к проблеме не как к «Интересной научной задаче», а как… к вопросу жизни и смерти. Всем ясно⁉ — закончил генерал.

* * *

— Ничего, — ответил мне Наяд, возглавлявший экспедицию в Святилище.

— Совсем? — решил уточнить я.

— Почти, — нехотя отозвался шаман.

— Какие-то шевеления происходят, но… — орк пожал могучими плечами, — они всегда происходят. Был бы у нас полный доступ, что-то интересное могли бы нарыть, а так…

— Ясненько… — вздохнул я, — ну хоть ничего глобального в реальном мире не происходит, уже хорошо. Наверное…

Помолчали…

— Скоро отправляешься? — поинтересовался Наяд.

Морщусь…

— Хотел бы, но перестройка организма не закончилась ещё. Вчера вот нога отказала левая, подволакивал её. Теперь вот правую жду…

— А что будет-то? — с жадным любопытством спросил походный шаман, которого, с поправкой на привычные мне аналогии,можно было бы назвать скорее характерником".

— Ну… — пришёл мой черёд пожимать плечами, — новые возможности уже открылись. Зрение, слух, обоняние, осязание… много всего. Даже не могу перечислить — не потому, что жалко, а потому, что у меня до недавних пор и понятий таких не было. Разобраться бы теперь, как что работает.

Я скривился… орку это объяснить сложно, но у меня ощущения, что мой организм сейчас — это набор продвинутой электроники, которой любящий внук обставил квартиру деда. А этот самый дед выучил пока несколько кнопочек, и пользуется в лучшем случае десятком процентов возможностей техники, да и то, каждый раз потея и сверяясь с инструкциями.

— К примеру⁈ — заинтересовался шаман.

— К примеру… — я помедлил, собираясь с мыслями, — ты вот знаешь, что все пахнут по разному?

— Пфе… — презрительно фыркнул орк.

— Не пфе… — устало отозвался я, — ты вот для меня пахнешь окалиной…

— В кузне часто работаю, это не новость! — отмахнулся орк.

— Не перебивай, сам собьюсь… Окалиной. Дымком, травами, часто кровью… ну и едой, потом. Это в общем понятно. А ещё у тебя запах… острый… и сиреневый с оттенком горячего…

— Это как⁈ — удивлися тот.

Молча развожу руками — да если б знал… Орк, скорее всего, обладает ничуть не худшим обонянием, но уже свыкся и воспринимает как должное, не анализируя. А у меня пока — вот так.

Как бы мне не хотелось отправиться в путь, но перестройка продолжалась. То глаз, то ухо, то эрекция, мать её… Пусть в основном это не самые серьёзные изменение, но для путешествия по опасным местам они никак не подходят. Да вон та же эрекция — «ствол» едва ли не дымился и все мысли были только о сексе. Два раза влетел в шатёр, разиков пятнадцать в костёр и собрал едва ли не все катяхи в стойбище… за один день.

Зато начали открываться расовые способности:

Друг Леса

Тихий шаг

Отвод глаз

… и как мне кажется, это только начало.

«Слияние завершено», — пискнуло сообщение через неделю. Лезу в настройки…

Раса — Лесной Эльф

Имя — Эрик

Направление — Страж

Класс — Боевой маг/Характерник

Уровень — 15

Сила — 47

Ловкость — 96

Выносливость — 70

Жизнь — 160

Мана — 64

Мудрость — 15

Удача — 9

Слава — 6

Свободных очков — 22

— Мама…

Пусть уровень у меня и не подскочил, но многие характеристики выросли лавинообразно, вдобавок 'пророс’класс и появились расовые навыки. А это много значит. Очень…

Полноценные расовые навыки были большой редкостью. Настолько большой, что их часто путали с расовыми особенностями. Ну знаете, все эти «Орк сильнее человека, но хуже мелкая моторика…». А такие, как обломились мне после перестройки, по слухам, были только у ТОПовых игроков и глав кланов. Но у кланов развитие вообще было чуточку другим, со своими особенностями.

Тянусь осторожно…. и начинаю тестировать организм. Сперва — привычные таолу, которые выполняются непривычно легко. В смысле… сейчас движения наполнены силой… Стоп, а это идея!

Бегу на воинскую площадку…

— Парни, размяться не хотите?

Парни хотели: спарринг-партнёром я был удобным — как игрок и редким — как эльф. Несмотря на традиционную вражду «Листоухих» и «Зеленошкурых», сталкиваются они не так уж и часто — разная среда обитания. Да и «прослойка» в виде иных рас обычно присутствовала.

— Х-ха! — костяная палица с охренительными дробящими свойствами с гулом проходит над моей головой. Кажется вдобавок, что она ещё и с гравитацией… ну не может быть, что полупудовая дубина летала так легко. Сила, эт хорошо, но инерции никто не отменял.

— Эрик, да хватит уже танцевать, не выдерживает Нажравшийся Кактусов, — мы уже поняли, что загнать тебя можно только сработавшейся пятёркой, да и то не везде. Ты огрызайся давай!

Огрызаться…

— Киа!

— Маму твою лесную корягой в одно место! — Завывает валяющийся на утоптанной площадке зубастый здоровяк, держащийся за сломанную голень.

— Х-ха! — мой кулак ударил в печень Ррыгху Смелому, но увяз в мышечно-жировой массе.

Пинок коленом частично блокирую, частично отталкиваюсь. Далеко не улетел…

… костяная палица отправила меня на перерождение.

Орки довольны: как же, представление! И приятно осознавать, что в открытом бою эльфам можно противостоять! Я же… веселюсь со всеми. А как же, что может быть лучше дружеской схватки!

И думаю — что же это за хрень такая? Моё подсознание теперь воспринимает орков как врагов и требует им не доверять. Поединок я «слил», причём достаточно прилично с точки зрения актёрской игры. Слил так слил… А вот подсознание с новыми расовыми принципами… М-да…

Это что я теперь, расист на уровне генома?

Глава 27

Осознавать некоторый… расизм своего подсознания оказалось довольно неприятно,