глухой стены карьера и свежевырытой штольни, донесся отчаянный, хриплый вопль:

— Помогите! Кто там?! Я слышал мотор! Ради всего святого!

За ним – три резких, но слабых выстрела из пистолета и новый, пронзительный визг ужаса. Ник рванул на звук, не раздумывая. Ева и Джина – следом.

Через выбитое окно офиса открылся вид на свежий отвал породы. По нему, спотыкаясь о рельсы, бежал мужчина в дорогом, но изорванном в клочья костюме. Он хромал, одной рукой прижимая кровавое пятно на бедре. За ним, выползая прямо из освещенной штольни №3, где под потолком еще мигали лампы дневного света, гналась толпа. Не древних иссохших мумий, а свежих оживших. В грязных робах, сбитых касках, у некоторых кожа еще сохраняла розоватый оттенок. Десять… пятнадцать… больше. И из мерцающей глубины штольни вываливались все новые.

— Михаэль?! – Ник ахнул, впиваясь взглядом в осунувшееся, но до боли знакомое лицо. Его бывший босс. Хозяин жизни и смерти в прошлом мире.

Михаэль услышал голос, устремил на них безумный, полный надежды взгляд:

— Ради Бога! Помогите! Кто бы вы ни были! Помогите! Я заплачу! Очень хорошо заплачу! У меня связи! Деньги!

Ева фыркнула так громко, что эхо покатилось по карьеру.

— О, звенит монетка! – ее голос был холоден. – Деньги? Их теперь только в сортире использовать. Или камин разжигать. Горит неплохо, кстати.

— Ева! Черт возьми! – Ник обернулся к ней, лицо побагровело от ярости. – Вчера ты людей по городу вытаскивала из ада! Почему не его?! Он здесь, он живой! Он мой… был начальник!

Ева схватила его за плечо, ногти впились в ткань куртки.

— Ник, включи мозги! – Она резко ткнула пальцем в сторону штольни.

В мигающем свете было отчетливо видно, как из темноты глубины выходит еще больше фигур, плотная, зловещая масса.

– Смотри! Они из свежей выработки! Их десятки! И они еще теплые, Ник! Чувствуют боль – значит, злее! Мы лезем – нас сомнут! Это не спасение, это самоубийство по заказу!

— Так бросим его?! Как собаку?! – Ник вырвался.

Вера в Еву, опору их выживания, дала глубокую трещину. Эта жестокость была чужой, невыносимой.

— Не рыпайся! Думаем! – рявкнула Ева, глаза метались, ища хоть какой-то шанс.

"Отвлечь грузовиком? Но он загружен, маневренность нулевая… Подогнать седан? Не проедет по груде отвалов…"

Но Ник уже не слышал. Вид человека, который когда-то вершил его судьбу, а теперь униженно умолял о жизни, смешался с яростью, стыдом за собственную беспомощность и цинизм Евы. Прошлое, боль, угасающая человечность – все взорвалось в одно мгновение. С диким, нечеловеческим рыком он побежал вниз, плечом выбил заклинившую дверь офиса и выскочил наружу, навстречу боссу.

— НИК! СТОЙ! ОСТАНОВИСЬ! – крик Евы был полон не только бешенства, но и настоящего, леденящего ужаса. Она метнулась за ним. И через минуту услышала выстрел.

Ник вылетел из двери, видя только спину Михаэля и когтистые руки, тянущиеся к нему. Он не видел, как из мигающей штольни №3, словно из пасти проснувшегося чудовища, вывалилась новая волна мертвых шахтеров. Их стеклянные, лишенные мысли глаза разом повернулись к новому, громкому источнику звука и движения. Ловушка, которую Ева боялась, захлопнулась с жуткой, почти осязаемым щелчком. И Ник был в самом ее центре.

Он подбежал к Михаэлю сзади. Тот, не видя его, пятился задом, слепо паля из пистолета в приближающихся оживших. Хрипы мертвецов и грохот выстрелов заглушали все. Михаэль не слышал, как к нему подбежал Ник.

Ник схватил его за локоть и крикнул прямо в ухо:

— Пошли!

От неожиданности Михаэль резко рванулся, повернулся… и выстрелил. Почти в упор.

Хлоп!

На серой футболке Ника, чуть левее центра груди, мгновенно распустилась алая роза. Глаза его дико расширились, рот открылся в беззвучном крике. Он рухнул на колени, затем на бок.

Ева выскочила почти следом. Она увидела падающего Ника и Михаэля, застывшего с дымящимся пистолетом в руке. Мир сузился до кровавого пятна на груди мужа.

— Нет! – ее вопль был в тысячу раз страшнее вопля оживших.

Она бросилась к Нику, упала на колени рядом.

— Ник! Очнись! Ник! Слышишь?!

Она трясла его за плечи, пальцы скользили по теплой липкой крови.

— Не умирай! Пожалуйста!

Ее голос сорвался на рыдающий шепот. Хаос вокруг перестал существовать. Был только Ник и растекающаяся алая лужа.

Джина, выглядывавшая из окна, увидела падение Ника и Еву, склонившуюся над ним. Она рванула вниз по лестнице, крича на бегу:

— Сет! Том! Сюда! Помогите!

Михаэль стоял как истукан, пистолет выпал из его ослабевших рук.

— Я… я не… я думал, это мертвец… – забормотал он, глядя на Еву.

Джина ворвалась в проем, увидела окруживших их со всех сторон мертвецов и открыла огонь на поражение. Короткие, яростные очереди прошивали первые ряды наступающих.

— СЕТ! – ее крик был полон отчаяния.

В дверь ворвались Сет, Альберт и Том. Они одним взглядом оценили ситуацию: раненый Ник, Ева над ним, Джина, отстреливающаяся, и толпу мертвых. Без лишних слов Сет и Альберт схватили Ника под мышки и потащили к выходу. Том прикрыл их огнем из карабина.

Джина подбежала к Еве, схватила ее за руку, таща за собой, продолжая стрелять другой рукой.

— Ева! Надо уходить! Сейчас!

Ева словно очнулась. Ее взгляд, полый от горя секунду назад, нашел Михаэля. В них вспыхнула чистая, нечеловеческая ненависть. Она соскочила с колен, выхватила пистолет.

— Он хотел спасти тебя, тварь! – ее голос был хриплым от ярости. — А ты…

Она вскинула оружие.

— Ублюдок! Сдохни!

Выстрел.

Пуля ударила Михаэля в колено. Он с воем рухнул на землю.

— Аааа! Не бросайте меня! Пожалуйста! Я не хотел! – завопил он, пытаясь ползти за уходящими.

Ева уже разворачивалась, Джина тянула ее к машине. Они не оглядывались. Сзади, поверх шарканья и хрипов, донесся один, пронзительный, нечеловеческий крик, оборвавшийся на полуслове. Потом – только влажные, рвущие звуки и жадное чавканье.

Ева рванулась к джипу быстрыми, сбивчивыми шагами. Сердце бешено колотилось, в ушах стоял гул. Она видела только фигуру Ника, лежащего на земле рядом с машиной. Том сидел на корточках рядом, его плечи были ссутулены. Альберт и Сет стояли чуть поодаль, словно окаменевшие стражи горя.

— Вы зачем?! Его бросили на землю?! – ее крик был хриплым, разрывающимся.

Она врезалась в их круг, отталкивая Альберта.

— Быстро грузите в машину! Надо в госпиталь! Пулю вытащить, кровь остановить! Сейчас