возле лагеря никого. Ни вечером, ни ночью, ни утром. Ни одной живой души не встретили…

– Да куда ж запропастились сорванцы? – покачал головой он.

– Вот найду – выпорю. Как есть выпорю! – заголосила женщина, по всей видимости мать одного из беглецов.

– И куда же вы таким составом направляете поиски? – уточнил Гоша, – Неужто на болото.

– Конечно! А куда ещё пострелят занести могло? – это уже другая женщина ответила, – В лес разве что… – задумчиво добавила она.

– Да не, они всё про лошадей разбойничьих расспрашивали, – усомнился старенький дедушка с тряскими, нервными руками, – Всё про легенды старые выспрашивали…

– Так… На болото никто не идёт! – Гоша почему-то вдруг принял командование на себя. – Вы представьте, что будет, если мы такой толпой по болоту пойдём? Полдеревни угробить хотите?

Люди в толпе зашушукались, волной прокатился гул. А и действительно! Прав во всём турист. Куда ж на болото всем гуртом лезть? Мужики тут же решили, что от заполошных баб там толку не будет, их в лес нужно отправить, а уж на болото они сами пойдут…

– Никто не пойдёт на болото, – жёстко повторил слова друга Ваня. – Вы все в лес отправляйтесь, а на болото мы пойдём.

– Вы ж не местные! – возразил кто-то в толпе. – Мест здешних не знаете, и пацанов не найдёте и сами утопните!

Здравое рассуждение, но неверное. Ваня усмехнулся.

– Мы точно не пропадём. И ребят ваших, если живы, отыщем…

Охнула в толпе женщина, повалилась на чьи-то подставленные руки. Мать…

Но что-то было особенное в интонации Вани, и отступились люди, закивали, загомонили, мол, верно всё, не нужно всем вместе на болото лезть, а женщин, особенно нервных и чувствительных, даже в лес с собой брать не стоит, пусть дома ждут. Отрядили провожающих, отправили кого-то домой.

– Ну что ж, – повернулся Ваня к своим, – Переодеваемся и в путь? – и пошёл к автофургону. Медлить нельзя, мальчишек выручать надо как можно скорее. – Я думаю, к трясине они не пошли, там место открытое, их видно будет издалека.

– Да и потом, ты там вчера с заката ошивался. Ведь не видел же мальчишек?

– Нет.

– Вот! Значит, туда они точно не пошли. Здесь их тоже не было, да и не сунулись бы сюда, здесь мы местечко застолбили, не пустили бы их к болоту. Какие ещё варианты?

– Мне кажется, – предположила Дина, – Что они вверх по реке пошли. Там выше по течению есть ещё один мост. Но дорога туда через лес идёт, скорее всего, мальчишки по ней и шли, уверенные, что ни с кем не повстречаются.

– Да. Скорее всего, – согласился Ваня. – Туда и пойдём. Надеюсь, мальчишки не совсем дураки, на топь не полезут, найдут полянку, да и сядут на ней лошадей поджидать.

– Да не, – вмешалась Маша. – Так бы они поутру сами домой вернулись. Болото коварно, сам же знаешь… Идёшь вроде по земле, а потом вдруг шагнёшь и в трясине окажешься…

– Будем надеяться, что этого не случилось. И что к зову мальчишки не восприимчивы.

Взяв трекинговые палки, надев куртки и обув резиновые сапоги, выдвинулась компания к реке. Им предстояло подняться вверх по течению, идти вдоль берега до моста, а перейдя его, углубиться в лес, забирая вправо, так они выйдут к болоту. Не к трясине, а туда, где собирают деревенские клюкву по осени. Клюква, говорят, в этих местах знатная, крупная, как на подбор, сочная, но и собирать тяжело, чуть увлечёшься – в трясину забредёшь, так что ухо востро держать надо. Ходят по ягоды местные с верёвками и палками, на всякий случай, да не по одному человеку, всё больше толпой собираются и во время сбора ягод стараются друг друга из вида не упускать и не разбредаться. Опасно.

Но какой бы ни была опасность, клюкву собирают местные едва ли не в промышленных масштабах, уж больно хорошо продаётся на городском базаре ягода с этого болота, прям нарасхват, какую бы цену не заламывали продавцы.

По лесу ребята пробирались молча. Можно было, конечно, кричать, надеясь, что мальчишки отзовутся, но кто знает, что с ними приключилось и как поведут себя напуганные дети, а ну как навстречу кинутся, да завязнут… Лучше так, молча.

– Далеко они ушли… – продираясь сквозь сухие кусты, пробормотала Маша. Со злостью дёрнула косичку, зацепившуюся за ветку, подошла к остальным.

– Ты чего по кустам бродишь? – поинтересовался брат, и Маша смутилась. Страшно идти по земле, когда она ходуном под ногами ходит, чавкает, чмокает, разве что не облизывается… Ваня усмехнулся, правильно истолковав её смущение, подмигнул, – Это ничего, Маш, тут надёжно. Если что… надеюсь, меня предупредят.

– Кто? – вырвалось у девушки, она со страхом оглядела полянку, на которой они устроили минутный привал.

– Уголёк. – Вот уже десять минут, как чёрный котище появился. Ни на шаг не отставал, шёл, прижавшись к ноге Ивана. Друзья не видели, а он наблюдал, как разбегаются по штанине джинсов электрические искорки в тех местах, где шкурка призрачного животного соприкасается с тканью. Парень присел на корточки, заглянул в жёлтые глазищи кота. – Проводишь нас до мальчишек, котище?

Что ответил кот никто не расслышал, впрочем, со стороны выглядело так, будто Ваня с пустым местом разговоры вёл, но парень поднялся и, улыбнувшись, махнул рукой, указывая направление.

– Нам туда. Мы правильно идём. И да, предвосхищая вопросы отвечу. Мальчишки живы. Оба. Напуганы, голодные, замёрзшие, но живые…

– Хорошая новость, – хлопнул его по плечу Гоша, – Идём скорее. Надо выручать пацанов.

Они сидели на зелёной болотной кочке, тесно прижавшись друг к дружке. Двое пацанят лет десяти. Кочка была маленькой, совсем маленькой, мальчики едва помещались на ней, и сидеть-то только так могли, обнявшись, и подтянув колени к подбородку. Оба бледные, чумазые, у обоих дорожки от слёз на щеках, судя по одежде, набултыхались в болотной воде вдоволь, но молодцы, сумели как-то на островок выбраться. А вот сойти с него не решились.

Вокруг островка чернела неподвижная водная гладь и непонятно было, что скрывает вода, может, дно совсем рядом, а быть может, его вовсе нет.

Увидев людей, вышедших к болоту, мальчишки заулыбались, один заплакал, видать и не чаял спасения, второй насупился, глаза опустил, держался, хоть и хотелось заплакать. До островка метра два, два с половиной, не больше, но кто знает, что за сюрприз готовит болото, топь может быть прямо возле берега, и первый же шаг тогда станет фатальным.

– Привет, пацаны! – растянув губы в улыбке, поздоровался Гоша, мальчишки слаженно кивнули. Говорить, скорее всего, не могли, оба голоса сорвали, пока до самого утра помощь