во всех её проявлениях и те, кто решал для разнообразия поработать физически, приводя тело в порядок естественным способом, как это делали их далёкие предки. Затем породу накидывали обычными лопатами в примитивные двухколёсные тачки и везли к механическому транспортёру, сбрасывая груз на ленту.

Одни маги-мастера контролировали процесс, прощупывая места скопления кристаллов в массиве скалы, другие делали то же самое, но уже при помощи магии отделяя пустую породу от той, где имелись вкрапления радужника. Это тяжёлая работа, но она позволяла усиливать магический потенциал так же, как физический труд увеличивал силу мышц. Маги работали двойками. Один из них — опытный, из постоянных работников месторождения. Другой — из желавших попрактиковаться на отработке или подмастерье, направленный из учебного сообщества на практику.

— Всё готово, великий мастер, — отвесил почтительный поклон высокий аск худощавого телосложения — старший мастер-маг этого забоя.

— Очень хорошо.

Владыка оценивающим взглядом окинул тех, кто находился в пещере и с кем ему сейчас придётся трудиться.

Три двойки опытных магов уже стояли на своих местах, тихонько переговариваясь и координируя основные этапы предстоящей работы, прощупывая короткими магическими импульсами скальную породу и уточняя границы, куда без риска можно направлять воздействие. Правитель дождался их знака, что они пришли к единому мнению, и сосредоточился на кристалле. Он предпочитал сначала получить необходимые сведения самостоятельно, а затем сопоставить её с выводами других мастеров.

Да, кристалл оказался весьма крупным — не менее пяти локтей в ширину и около восьми — в высоту. О чистоте его великий мастер мог пока судить лишь по участку шириной в две ладони, открывшемуся после того, как кирка одного из рабочих отвалила кусок горной породы. Насколько он хорош в целом, покажет время, которое владыка не хотел тратить зря.

Переговорив с магами и убедившись, что их и его мнения совпали, он дал понять, что начинает. Повелитель потянулся из своего источника к скале, выискивая магическим зрением в массиве мельчайшие, не видимые обычному глазу трещинки в камне, и разрушая внутренние связи, соединявшие породу в единый монолит.

Остальные маги предприняли те же действия, начерно осторожно расчищая сверху и слева от кристалла. Двое из шести помощников были магами земли, четверо остальных владели магией левитации. С их помощью отбитые кусочки породы удалялись, не долетая до каменного пола забоя, и складировались в отдалении. Их затем вывезут на тачках подсобные рабочие.

Постепенно кристалл высвобождался, ещё пока блёкло переливаясь в свете магических светильников. Радужные отблески окрашивали стены забоя, придавая ему некоторую таинственность и радуя всех, кто находился сейчас здесь, наблюдая за работой великого мастера и молясь богам, чтобы эта невероятная драгоценность не оказалась с изъянами.

Наконец осталось самое сложное — освободить находку от породы, что удерживала её сзади, при помощи магии левитации осторожно вытащить из образовавшейся пещеры и переместить на специальную платформу на колёсах, на которой предполагалось вывезти кристалл из забоя.

Великий мастер — ведь это не только обращение к персоне правящего владыки. Он действительно являлся одним из лучших магов в стране. Все с облегчением вздохнули, выражая восхищение виртуозно проделанной работе правителя и его команды хлопками в ладоши.

— Камень великолепен, великий мастер, — с довольным выражением лица произнёс старший забоя, осматривая находку вместе с владыкой. — Без твоей помощи нам было бы сложно не повредить кристалл.

— Старый ты льстец, — благодушно улыбнулся правитель, отирая вспотевший лоб. — Кто нашёл этот радужник?

— Ти́сис из рода Дисарэ́, — сказал маг, взмахом руки подзывая низкого роста аска в защитной шапке на коротко стриженой голове.

На покрытой щетиной шее счастливца владыка увидел тонкий магический ошейник, который носили только лица, осуждённые за преступления. Благодаря этой предосторожности побегов и нападений с их стороны никогда не случалось, но Тисис предусмотрительно оставил своё орудие труда, прислонив кирку к стене, прежде чем подойти к великому мастеру.

— За что ты попал в узилище?

— За долги, владыка. Я подвержен пагубной страсти и проиграл всё, что у меня было, — опустившись на колени и не смея смотреть в глаза правителя, тихо произнёс заключённый.

— И велик ли его долг? — обратился правитель к магу.

— Я не ведаю, но могу уточнить у исправника, который вечером приедет забирать заключённых, проходящих у нас отработку.

— В любом случае размер награды за найденный кристалл не только покроет долг, но и позволит начать новую жизнь. Думаю, сегодня у тебя последняя ночь, что ты проведёшь взаперти. Надеюсь, ты распорядишься наградой правильно и никогда более не погрязнешь в азартных играх.

— Клянусь в этом, великий мастер! Я добровольно пройду лечение у мага разума, чтобы моя слабость не смогла больше испортить мою жизнь, — истово стукнув себя в грудь кулаком, произнёс мужчина, теперь твёрдо глядя в глаза повелителя.

— Что ж, пусть боги просветлят твой разум. Иди с миром, Тисис из рода Дисарэ. — Владыка протянул заключённому руку для поцелуя, а затем обратился к присутствующим: — Благодарю всех за работу. Кристалл отправьте в Центральное Хранилище. В ближайшее время найдём ему применение.

Попрощавшись с подданными лёгким наклоном головы, правитель покинул место добровольной отработки, сопровождаемый охраной и магами земли, которые помогали вытаскивать кристалл. Четвёрка левитационников осталась, чтобы проконтролировать доставку находки в Хранилище.

Во дворце ожидал посланник, но сначала владыка принял ванну, смыв каменную пыль, покрывшую лицо, руки и волосы, выпил укреплявшую и восстанавливавшую магию настойку, и только тогда пригласил того, кто терпеливо дожидался в приёмной, чтобы сообщить важную новость.

Молодой мужчина, облачённый в одежду воздушного дозора, вошёл и, опустившись на одно колено, вручил прямоугольный пакет с посланием.

— Приветствую, великий мастер. Русколь Сирриасвиль шлёт тебе привет и желает долгих лет жизни, — чётко, почти по-военному произнёс посланец, склонив голову с огненно-рыжим ёжиком волос.

— Здравствуй, Садис. Что же заставило моего сына прервать твою отработку и отправить ко мне лично? Неужели нельзя связаться по драцису? — проворчал под нос владыка, жестом разрешая гонцу встать и присесть в одно из кресел.

Правитель вскрыл магическую печать, приложив к ней перстень с таким же изображением, и достал послание. Перечитав несколько раз, он поднял на Садиса тёмно-фиолетовые глаза и начал подробно расспрашивать о событиях, что произошли на границе государства.

Великий мастер отпустил посланца и недолго постоял возле окна, задумчиво наблюдая за видом, раскинувшимся перед его взором. Затем решительно поднял к глазам левую руку, откинув с запястья широкий рукав и высвободив массивный браслет из ярко-серебристого арипа́лка. Квадратные