именно чувствует: радость, что предлог нашёлся, или разочарование. Если бы уехали, можно было бы написать… что-то написать.

А теперь?

Он ведь обещал, что сделает всё возможное, чтобы помочь союзнику. И значит, придётся… думать придётся, как клятву обойти.

Рядом в гостиной

— Анни, — матушка Нова нервно похлопывала веером по ладони. — Я, конечно, понимаю… нет, не понимаю. Зачем ты их оставила⁈

— Не поверишь, действительно предчувствие, — матушка Анхен устроилась у окна.

— Плохое? — Нова насторожилась.

— Сложно понять. Скорее странное такое. До конца не разобралась. Но с этими людьми связано. Они нужны живыми и здоровыми. Киара…

— Что? Если под юбку не полезут, будут и живыми, и здоровыми, — Киара задрал юбку и почесал ногу. — Как вы эти чулки носите-то? Они ж перекручиваются!

— А ещё рвутся при неаккуратном обращении, — сказала матушка Нова. — У тебя вон дыра поползла.

— Можно, я тогда штаны носить буду? И вообще…

— Как тебе тот молодой человек?

— Наглый алкоголик, — матушка Нова хлопнула веером по ладони. — Не поверишь, я с трудом сдержалась, чтобы его на месте не зажарить. Вообразил себе… нет… ты представляешь? Заявился и прямо… мол, вы прекрасны, я чудесен и не желаете ли составить мне компанию этой ночью. А где ухаживания? Стихи? Цветы?

— Я про другого, — матушка Анхен мягко улыбнулась. — Киара?

— Странный, честно говоря, — Киара задрал юбку до колена и, выставив ногу, уставился на дыру. Где и когда та появилась, он не знал. Главное, что она была, ровная, круглая, можно сказать, идеальная.

А ведь он говорил, что глупость, зачем ему чулки, если юбки до земли свисают?

Но нет, всё должно быть идеально, чтобы никто не заподозрил.

— И что именно в нём странного? — матушка Нова никак не желала успокаиваться. — Разве что терпение. Я бы этого белобрысого давно прибила бы. А он ничего. Терпит.

— Да нет. Я думал, начнёт всякие глупости говорить. Как в этих романах. Мол, увидал вас и пропал… и сердце моё ранено, душа болит, и всё такое.

Матушка Нова фыркнула и уточнила:

— А он?

— Даже стихов не прочёл. А когда я его за руку… взяла, он разве что не подпрыгнул. Показалось даже, что вырваться хочет. Сбежать.

— Серьёзно? Один повеса, второй недотрога…

— Тут сложнее. Ощущение, что он чего-то опасается. Кстати, он неплохо в хозяйстве разбирается. Мы весь вечер о козах проговорили…

— О козах⁈ Анни? Ты слышала? Он приехал сюда, встретил прекрасную девицу и говорил с ней о козах!

— Ещё о системе ирригации. Как я поняла, у них в поместье есть проблема, земель мало, а те, что имеются, в низине. И периодически заливает. Раньше там обводные каналы стояли, но их не чистили, да и шлюзы давно не работают. И в целом конструкция устаревшая.

— Говорили, значит, от души.

— Ну да, — согласился Киара. — Я ему предложила вариант, но потом мы несколько разошлись во мнениях…

— Киара, это ненормально! Когда девушку хотят соблазнить, с ней не говорят о козах! Или системах ирригации. С ней говорят о любви, чувствах, красоте… — матушка Нова взмахнула рукой, потом задумалась. — Или Киц ошиблась?

— Вряд ли, — Киара покачал головой. — Вообще мне временами кажется, что ему находиться рядом со мной как-то… неудобно, что ли. И в то же время уйти он не может. Как и сегодня.

— На нём проклятье, — сказала матушка Анхен.

— Ты уверена?

И Киара кивнул, присоединяясь к вопросу.

Лично он ничего-то, на проклятье похожего, не ощутил.

— Или клятва, но с проклятьем связанная. Нехорошая очень, — матушка Анхен погладила подоконник. — На крови сплетенная и на смерть завязанная. Причём так, что умрёт он в любом случае.

— Чтоб…

Киара ругался редко.

А теперь вот не сдержался. Не то чтобы он проникся к этому вот Дагласу… нет, может, проникся бы в любом другом случае, но тот же пришёл не с добрыми намерениями.

Может, плевать?

Пусть клятва его и угробит?

Но с другой стороны, пока он ничего плохого не сделал.

— И вот предчувствие моё говорит, что нельзя этого допустить, — завершила матушка Анхен. — А значит, мальчик должен остаться здесь.

— Между прочим, у меня дела. У меня лотосы! И я не могу отвлекаться, играя в любовь с этим… вашим… и вообще, мы не так планировали!

— Если он умрёт, всем будет плохо. Возможно… — матушка Анхен задумалась. — Он ведь не просто так. Гвардеец. Человек короля. И в чине немалом. Смерть его будут расследовать. И в миг выяснят, что убило его проклятье.

— А ты ведьма, — протянула матушка Нова.

— Именно.

Веер нервно щёлкнул, высекая искры.

— И что мы будем делать? — Киара подумал, что умереть человек может и не от проклятья. Что стоит прекрасной девице попросить кавалера о прогулке на озеро. Лодочной. А там волна. Лодка перевернулась. И благородный офицер спас спутницу ценой своей жизни. Стебли у лотосов длинные.

Нет, расследование будет, но…

— Киара, — веер треснул по лбу, разрушая почти идеальный план.

— Ай!

— Я вас с детства учила не тянуть дрянь в рот и дурь в голову! — рявкнула матушка Нова. — Не знаю, о чём ты там думал, но мне это категорически не нравится.

— Да… — вот как у неё всегда получалось узнавать.

— Мне нужно кое-что проверить, — матушка Анхен укоризненно покачала головой. — Есть одно зелье. Оно позволит затуманить разум, а там и с проклятьем, если повезёт, разберусь. Нова, но его спутника придётся отвлечь.

— Сонное зелье?

— Я вчера очень на него разозлилась. Он прервал беседу в самый неподходящий момент, и так нагло, грубо… — матушка Анхен вздохнула. — Поэтому и проклятье вышло особенно крепким. Так что, боюсь, его теперь ни алкоголь, ни сонное зелье не возьмёт. Да и яды с большего, пожалуй…

— И что делать?

— Пригласи его на прогулку. Скажем, в знак того, что ты прощаешь?

— По озеру? — влез Киара.

— Отличная идея! Вёсла в руки и пусть гребет туда и обратно. И руки заняты, и сам при деле. И не здесь, — матушка Анхен явно обрадовалась, в отличие от матушки Новы. — Я попрошу Доннала, чтобы занял остальных гвардейцев. Пусть отправится с ними окрестности осматривать или что иное. А мы устроим семейный обед. И немного побеседуем по душам.

Её улыбка была мягка и мечтательна.

Киара вздрогнул и подумал, что, пожалуй, его вариант был бы куда милосерднее. Но перечить матушкам он не привык.

Глава 28

Глава 28 Где происходит дуэль и знакомство

У стены курил мужчина — ресницы с татуированными пальцами, стрижка на лысо, розовая рубашка сверху и средний рост.

О том, что вкусы бывают разные.

Трувор