Плюнув, я вытер его и вышел из ванной голый. К этому времени уже успел немного обсохнуть, а в шкафу вроде бы были запасные полотенца.

— Ой, — в комнате, оказывается, крутилась молоденькая горничная, меняющая постель. Увидев меня, она покраснела и резко отвернулась, держа в охапке бельё. — Простите, Андрей Михайлович, я не думала…

Не договорив, девчонка выскочила из комнаты, а я от души выругался, бросившись в шкафу, чтобы уже хоть чем-нибудь прикрыться.

— Андрей Михайлович, — в спальню проскользнул Гриша, бросив на меня удивлённый взгляд.

— Не спрашивай, — предупредил я его, выхватывая полотенце и начиная тщательно тереть мокрую голову.

— Хорошо, не буду, — ответил чопорно мой личный слуга. — Вам помочь одеться?

— Я сам справлюсь, и, Гриша, если ещё хоть раз кто-то из женщин зайдёт вот так в мою спальню, когда я здесь нахожусь, пускай потом не обижаются, — предупредил я его. — Пусть я в собственном доме не могу ходить в чём мне вздумается, но я буду это делать хотя бы в собственной спальне!

— Хорошо, я передам, что в случае нарушения приказа горничная-неудачница будет уволена, — ответил Гриша, преданно глядя на меня. — Вы ведь это имели в виду, Андрей Михайлович? — добавил он очень приторно, настолько, что мне захотелось просто нестерпимо дать ему в глаз. Видимо, он всё понял по выражению моего лица, потому что сразу же вымелся из спальни.

— Вот, Андрюша, а я говорил, что ты распустил слуг, — наставительно проговорил Савелий, запрыгнул на диванчик и принялся приводить себя в порядок. Спасибо хоть мокрый на постель не запрыгнул.

— Если кого здесь и распустили, так это одного Хранителя, — заметил я и вышел из комнаты под шипение оскорбившегося в лучших чувствах кота.

Наскоро пообедав, я извинился перед Надей и Ириной и вышел на улицу, где меня уже ждал Селин с тремя охотниками.

— Что ты хочешь мне показать? — спросил я, прикидывая, на чём лучше поехать.

— На одном из деревьев странные рунические символы вырезаны, — ответил Селин. — Их почти незаметно на фоне коры, я бы сам мимо прошёл и не заметил, но Борис почувствовал слабый посторонний запах и подошёл поближе.

— Хм, — я задумчиво потёр подбородок, посмотрев на мнущегося молодого следопыта отряда Селина. — А ты сумеешь опознать этот запах, если урода того увидишь?

— Вряд ли, — немного подумав, ответил Боря. — Это даже не запах человека, а… я не знаю, как объяснить, — наконец произнёс он. — Но нам надо с вами ехать, вы сами скорее всего не сможете найти это дерево.

— Да я и не спорю, но, Слава, одного в замке оставляй, все мы в машину не влезем, вы мужики не маленькие, а ехать всё-таки не близко, — я принял решение и пошёл к гаражу за своей машиной, краем уха слыша, как Селин отдаёт распоряжение спокойным голосом.

— Ну что же, посмотрим, что там за руны такие, раз бывалые охотники напряглись, — пробормотал я, проверяя, на месте ли блокнот, чтобы можно было перерисовать знак, после чего вошёл в гараж.

* * *

Князь Мишин вышел из машины и обратился к водителю:

— Жди меня здесь, сомневаюсь, что я пробуду там долго, — и он, поморщившись, посмотрел в сторону виднеющейся неподалёку рощи. — Если староста ничего не напутал, то почти все происшествия случились неподалёку.

Водитель кивнул и сел обратно в машину, приготовившись ждать сколько необходимо. Ему было глубоко плевать на князя, за его безопасность он не отвечал и в задачу входило только возить высокопоставленного чиновника туда, куда тот соизволит поехать. Водителя приставил к Мишину губернатор, он никакого отношения к Управе не имел, поэтому никакими угрызениями совести не страдал, без слов выполнив приказ.

Они приехали сюда уже час назад, и всё это время Мишин допрашивал старосту Лилейника. Ничего советник по особым поручениям не узнал, и только морщился, когда староста, заикаясь через слово, возносил хвалу богам за то, что нападения вроде бы прекратились. Во всяком случае, ни одного трупа больше не находили, и парни молодые пропадать перестали. В конце концов Мишин сдался, поняв, что больше ничего внятного не услышит. Попросив проводить его к месту, где находили трупы, он оставил старосту в покое.

Провожать его никто не пошёл. Жители Лилейника опасались этого места, поэтому лишний раз старались туда не соваться, ну хоть тропинку показали, по которой нужно идти, и то ладно.

— Нужно с бароном Князевым поговорить на тему абсолютной непочтительности его подопечных, — пробормотал Мишин, заходя в лес. — Вот что стоило со мной мальчишку какого послать? Как будто я на свиданье собрался, а не провожу важное расследование. Так, что у нас здесь? — он вышел на полянку, заметив, как из-за куста блеснула полоска воды. Озеро располагалось от полянки совсем недалеко, но пока спускаться к воде князь не собирался. — Похоже, именно здесь трупы нашли, больше негде. И, кто-нибудь мне объяснит, почему я не взял с собой группу криминалистов? Хочу доказать этому заносчивому скоту Громову, что я тоже что-то могу? Так мне ничего никому доказывать не нужно, я же с самых низов начинал. И сыщиком пришлось в молодости побегать, не без этого.

Продолжая говорить вполголоса, чтобы разрушить царившую вокруг тишину, действующую на нервы, Мишин принялся осматриваться, раз за разом проклиная себя за то, что не взял группу. А ведь глава городской Управы предлагал, но князь не захотел ждать, да и не видел в этом необходимости. Теперь жалел, но не уезжать же отсюда, чтобы завтра вернуться? Мишин сошёл с тропинки и подошёл к берёзе, стоявшей как бы особняком от остальных деревьев. Трава под этой берёзой была примята, словно кто-то долго бродил вокруг дерева. Именно эта поникшая трава привлекла внимание Мишина, само дерево выглядело совершенно обычным, ничем не примечательным.

— Так, а это ещё что? — он внимательно осмотрел кору и наклонился так сильно, что почти касался носом ствола. На бересте были вырезаны едва заметные линии, соединяющиеся в странную, незнакомую советнику руну. — А почему этого не было в отчёте? Громов вообще место осматривал?

Чувство тревоги взвыло, но Мишин слишком поздно почувствовал позади себя чьё-то постороннее присутствие. Сильная рука обхватила его сзади за шею и впечатала