неё. Ребёнок, который изменит мою жизнь навсегда.

— Давай устроим ужин и ночёвку у меня на выходных. Что скажешь? Уверена, Мэллори и Серена будут рады танцевальной вечеринке.

Мне очень нравится эта идея. Мы устраиваем такие посиделки уже много лет, а когда девочки появились в нашей жизни, они сразу влились в компанию. Даже в двадцать с лишним мы ведём себя так, будто снова в старших классах, и получаем кучу удовольствия.

— Разве можно устраивать ночёвки, когда замужем? — дразню я, и, когда слёзы, которые я старалась сдержать, всё же падают, я быстро вытираю их.

— Эм, конечно можно. Фишер знал, на ком женится. Если он не был готов к пижамным вечеринкам и пению Тейлор Свифт, ему не стоило делать предложение.

Я ужасно завидую их отношениям, но так рада, что у неё есть такой человек. Она заслужила хорошего мужа. Вот таким я видела своё будущее с Триппом, но теперь… оно может так и не случиться.

— Тебе повезло. Ты выиграла мужскую лотерею, — говорю я.

— И ты найдёшь кого-то, кто будет считать себя не менее счастливым рядом с тобой. Обещаю.

Но я уже нашла… только он может не захотеть меня, когда узнает правду.

Мы ещё немного болтаем, пока она пьёт кофе. Когда подходит клиент, мы обнимаемся на прощание и договариваемся увидеться на День благодарения через пару дней.

Следующие два часа у меня нет ни секунды передышки, и я не успеваю ни о чём думать. Но стоит часам пробить три и мне закрыть кофейню, мысли снова начинают кружиться.

Может, стоит полностью сосредоточиться на бизнесе и беременности.

Может, сейчас вообще не время для отношений.

Может, стоит отпустить его, чтобы он мог быть счастлив с кем-то другим.

Трипп не заслужил того кошмара, который я вот-вот обрушу на него. Особенно когда Трэвис узнает и начнёт снова лезть в мою жизнь.

Что бы он ни говорил, что бы ни обещал — этого не будет. Я сильнее и уважаю себя больше, чем в школе. И теперь речь идёт не только обо мне. Другой человек будет зависеть от меня во всём, и это страшно. Как я вообще смогу совмещать свидания с таким грузом?

Я сама не могу представить, чтобы была с мужчиной, который ждал ребёнка от другой. Так почему я жду понимания от Триппа? Как бы сильно я его ни хотела все эти годы, как бы счастлива ни была эти несколько недель, моя жизнь вот-вот перевернётся вверх дном.

И это будет нечестно по отношению к нему.

Когда я добираюсь домой, решение уже принято.

Наш идеальный маленький пузырь вот-вот лопнет, потому что я собираюсь разрушить всё, что мы построили.

Глава 28

Трипп

26 ноября может катиться к черту.

Есть две даты, которые будут преследовать меня до конца жизни, — смерть Билли и его день рождения. И с каждым годом боль становится лишь сильнее.

Он навсегда останется восемнадцатилетним, а я продолжаю взрослеть и жить дальше без него.

Я ненавижу, что радость от мелочей всегда сопровождается чувством вины за то, что я все еще жив. В последнее время я счастлив как никогда раньше, и хоть он хотел бы этого для меня, в голове все равно звучит голос, тянущий меня обратно во тьму.

Это твоя вина.

Он мертв из-за тебя.

Билли был бы жив, если бы ты согласился поехать на вечеринку.

Да, я понимаю, что он сам отвечал за свои решения, но себя я не прощу никогда.

Если бы телефон стоял на беззвучном, я бы не ответил, и его дурацкой затеи «приехать за мной» просто не случилось бы.

Я знал его лучше всех. Вот что самое страшное. Вот что меня жжет.

Я должен был понять, что беда неминуема, едва поднял трубку.

Эти «а что если», «если бы только я сделал то или это» захлестывают мои мысли, пока не вызывают приступ тревоги. Черт, а иногда и паническую атаку среди ночи. Я сплю и вдруг просыпаюсь с бешено колотящимся сердцем и грудью, сдавленной так, что клянусь — будто инфаркт.

Но с тех пор, как я начал встречаться с Магнолией, ни одного такого случая не было.

Хотя с годами они происходят все реже, бывает, что накрывает внезапно. Свадьба Ноа далась мне тяжелее, чем я ожидал, потому что напомнила, сколько всего важного Билли не довелось испытать.

Каким бы ни был день его рождения, я всегда покупаю торт, букет цветов для его матери и связку шаров. Потом сажусь в пикап и еду к его родителям на обед.

Марисса открывает дверь с улыбкой, но глаза у нее влажные.

— Привет, милый. Заходи.

— Спасибо, Марисса.

Она берет у меня торт, и я иду за ней в дом. На кухне накрыт стол с любимыми блюдами Билли. Уильям уже сидит за столом, и, завидев меня, улыбается. Даже после всех лет развода они собираются вместе один раз в году, чтобы отпраздновать день рождения сына.

— Трипп, привет, — он поднимается, чтобы взять у меня шары, и ставит их в центр стола.

— Как вы? — спрашиваю я, все еще держа цветы.

— Мы в порядке. А ты?

— Тоже нормально, спасибо.

Марисса протягивает мне вазу с водой, и я ставлю туда цветы, по традиции рядом с шарами.

— Не верится, что ему исполнилось бы двадцать пять, — говорит Марисса, разрезая торт. — Совсем взрослый мужчина.

Я усмехаюсь.

— Не знаю... У меня ощущение, что он был бы все таким же шумным подростком. Просто достаточно взрослым, чтобы знать лучше.

— А я люблю представлять его с девушкой или женой и, может, ребенком... или ребенком в пути.

Зная, как он относился к девчонкам в школе, думаю, к этому времени у него уже было бы трое детей.

— Свадьба у него точно была бы безумной, — говорю я, поддерживая ее мысль. Без сомнений, он стоял бы у алтаря в стельку пьяный, а я рядом, пытаясь не дать ему вырубиться.

Марисса садится рядом со мной, поставив торт на стол.

— У тебя есть кто-то особенный, Трипп?

Уильям накладывает себе картошки, я беру кусок жареного стейка.

— Да, есть. Все еще ново, но... это она, — отвечаю уверенно.

— Правда? — лицо Мариссы озаряется. — Это замечательно.

— Рад за тебя, — говорит Уильям. — Как ее зовут?

— Магнолия. — Я невольно усмехаюсь, потому что редко произношу ее имя вслух. — Но я зову ее Санни. Это наше маленькое прозвище.

— Сазерленд? — уточняет Марисса.

Я киваю, добавляя еду на тарелку.

— Да, лучшая подруга моей сестры.