долго, почти как драконы, но угасание все равно неизбежно. Бессмертный на троне давал стабильность. К тому же, если он начинал вести себя неадекватно из-за груза лет, его могли сместить. Магия короны на время блокировала возможность управлять другими при первых признаках. Узурпировать власть при таких условиях не выйдет. Это работало, пока корона была у путешественников. С чародеями блокирующие свойства короны не включились.

– За каким из двух свойств охотился Оллистер? – Я постучала пальцами по подлокотнику.

Чем больше я узнавала о дарах богов, хоть наших, хоть иномирных, тем меньше они мне нравились.

– За бессмертием. Душа Тьмы может исцелить все, – подтвердил мою догадку дед Ариес. – Получив бессмертие, Оллистер соединил осколки Белого камня и Душу и отдал часть власти над демонами чародеям…

Угу, сунул конфетку вместо утраченных крыльев и магии.

– …Поскольку знал, что все равно управлять в полной мере нами не получится. Ведь приказы должны касаться только вашего мира.

Он ведь не мог рассказать, кто такие демоны на самом деле. И что миров много.

– Покинуть ваш мир он не может.

– Почему?

– Без нашего правителя, без его крови, король чародеев не может отдавать приказы вне вашего мира.

– То есть окажись он в мире путешественников или в любом другом мире, корону с него сняли бы?

– Да, – грустно усмехнулся дед Эва. – Но Оллистер оказался сообразительным. Первым приказом он запретил всем демонам пытаться унести, перенести – и еще Тьма знает, сколько разных формулировок того, вследствие чего его могли утащить из родного мира.

С формулировками у короля чародеев явно лучше, чем у меня.

– Без крови нашего повелителя Душа Тьмы… тащит всех путешественников без разбора. К счастью, вызов не может коснуться детей. Но как только мы входим в полную силу, вызов может настичь любого и в любом мире.

Все еще хуже, чем я могла представить. Кошмар какой! Любого вчерашнего ребенка могут заставить творить зло в нашем мире. И в опасности ведь не только они. Женщины, старики… точнее, те, кто почти обессилел, угасает. Боги, куда вы смотрели?!

– Единственный, кто не слышит зов камня и не подчиняется приказам в вашем мире, кто мог бы вернуть корону, – наш правитель. Но его-то как раз Оллистер и не пускает в ваш мир. Использует для этого нас, приказывая патрулировать весь мир, преграждать путь повелителю. Своего рода заслон из демонов, который нужно истребить, чтобы добраться до короны. К счастью, ни один из повелителей, сменившихся за восемь веков, не решил уничтожить часть собственного народа, чтобы вернуть Душу Тьмы. Приходится действовать через таких, как мы, поселенцев.

Я стиснула пальцами подлокотник. Хотелось, чтобы Оллистер Кеймрон оказался на месте демонов, почувствовал на своей паршивой шкуре, что значит быть безмолвным слугой.

– Без Души Тьмы тяжело, но повелители справляются. Вместо вызова подданных создали регулярные небольшие отряды, которые проверяют поселенцев и путешественников. Что касается целебных свойств камня – повелители стали меняться чаще, больше внимания уделять подготовке преемника. Единственное, что мы не можем изменить, – вызов в ваш мир.

– Рилан сказал, что я могу увидеть ваш камень… Это правда? – Я подалась вперед.

– Да, – просто ответил дед Эва.

Напряженно глядя на меня, замер. Ждал, что начну отнекиваться? Напомню о наших с Эвом чувствах? Так он и без меня помнит – видно по грусти и сожалению в его взгляде. Старый, мудрый демон. Он знал: если разговор произойдет в присутствии Эва, внук сделает все, чтобы в моей голове не появилось даже тени той мысли, что реет сейчас победным флагом. Ариес дал мне выбор. Я решилась. Но вначале детали. Как можно больше, чтобы быть точно уверенной, что в этот раз меня не обманули.

– Ваш сын действительно спрашивал богов?

– Да. Но он не сказал нам, что получил ответ. Это было частью его выбора.

– Что за выбор?

– Боги могут подсказать решение, но возьмут за это плату. Иногда частью платы становится молчание. Ты знаешь, как помочь, но до определенного момента вынужден молчать.

А я-то считала, что мне с кольцами не повезло.

– То есть он не мог рассказать вам или Эву? – уточнила я.

– Не мог. На тот момент – нет. Но мог подождать несколько дней и рассказать все тебе и сыну, дать выбор.

– Но он побоялся, что мы с Эвом откажемся… – Я задумчиво провела пальцами по волосам. Жаль отца Эва. Жаль, что он настолько не доверяет своему сыну и ни во что не ставит меня. Конечно, я всего лишь какая-то беглая тень. – Что на самом деле сказали ему боги? Какую плату взяли? Действительно были другие чародеи, которые помогали вам и пытались найти камень?

Выдала все, что крутилось в голове.

Дед Ариес понимающе улыбнулся, его совершенно не смутило, что вопросы вышли бессвязными.

– Если ему уже можно говорить? Что сказали ему боги? – повторила я, пытаясь вычленить главное.

– Что только любимый и любящий враг сможет увидеть Душу Тьмы. И у него будет выбор: вернуть или обратить против.

Какой странный ответ. Вернуть – понятно, вернуть настоящим хозяевам камень. А «обратить против»? Против кого? Или чего? Шутники боги, будто у предсказателей учились!

Я сосредоточилась. А то еще упущу что-нибудь важное!

– Про плату Рилан молчит. – Ариес потер ладонью подбородок. – Скажет когда-нибудь… или сами догадаемся. Других чародеев не было, тут мой сын тебе солгал, – закончил он. – Что будешь делать?

– Поговорю с Эвом.

Я поднялась с кресла, неуверенно шагнула к двери.

Такое чувство, что не историю слушала, а ящики с мылом таскала! Похоже, знание – не только сила, но еще и тяжелая ноша.

– Что бы ты ни решила, внучка, я рад, что Эв встретил именно тебя, – задумчиво сказал дед Ариес.

Его слова согрели. Приятно быть частью семьи, пусть даже далеко не все считают, что я способна стать ее частью.

Открыв дверь, я столкнулась с Эвом. За его спиной маячили его отец и мать. Судя по всему, именно леди Клеа не давала мужу уйти.

Общаться сейчас с интриганом не было ни сил, ни желания. Я отступила на шаг, запрокинула голову и спросила, глядя в обеспокоенные серо-голубые глаза своего демона:

– Здесь есть какое-нибудь тихое место? Нам надо поговорить.

Эв уверенно кивнул. Мои пальцы утонули в его широкой ладони. Открылась дымная воронка перехода.

– Даяна! – Леди Клеа шагнула к нам.

– Не надо. – Я отрицательно покачала головой, посмотрела на ее пасмурного мужа, угрюмого и совершенно не раскаивающегося. – Я пока не знаю, что сказать вашему супругу. Мне нужно время.

Услышанная от деда правда сделала Рилана Ариеса не таким уж