– Хорошо.

– Почему ты так легко согласился?..

– А с чего бы мне или кому-то другому тебе отказывать? Ты лучше многих из нас знаешь, как души чувствую себя, идя к суду. Я просто думал, что тебе не хочется пока вникать в подобные дела, вот и не предлагал участие.

– А я не просила раньше, потому что думала, что меня не примут, да и боги мудрее…

– Ты тоже богиня, – ухмыльнулся Анубис, целуя Ифе в кончик носа.

Радуясь возможности улучшить посмертие для душ, она с благодарностью прижалась к любимому.

В тот миг ей казалось, что их удачи, маленькие и большие победы и счастье будут бесконечными. Впрочем, это чувство не покидало её уже давно.

Лишь раз с тех пор, как Та-Мери стала единой землёй, а Ифе вознеслась к богам, её счастье померкло. Это было больше пяти лун назад по смертному счёту.

Повод для печали в то время был весомым. По указанию фараона Кейфла, наконец коронованного перед лицом народа Города Столбов, меджаями была найдена вторичная жена бывшего наместника Гора – Шемеи.

Она созналась в убийстве Амена, Сефу и Уоти, а также в том, что травила многих наложниц бывшего фараона. Её казнили, но рана, оставленная её деяниями на сердце Атсу, вряд ли могла когда-нибудь зажить.

Полей Иалу Шемеи, конечно, не достигла.

Не желая вновь вспоминать бесславную кончину убийцы, Ифе поспешно спросила:

– Ты сегодня делал ещё что-нибудь интересное?

– Посещал Инпут, – с лёгкой грустью ответил Анубис. – В последний раз в божественном облике.

Ифе опустила взгляд. Она знала, как тяжело далось богам решение постепенно отстраниться от общения со смертными лицом к лицу. Теперь всеми сепатами правили наместники или советы, а боги лишь подавали знаки и направляли в случае надобности.

– Ты бы хотел, чтобы всё осталось как прежде?

– Нет. Новый мир требует новых решений. Я и прежде был не частым гостем в вверенном мне сепате, так что для меня мало что изменилось.

– Да и мы можем посещать Та-Мери в любой момент, просто в облике смертных, – напомнила Анубису Ифе.

– Да.

– Вот я, например, была бы не против побывать на пиру во дворце Кейфла.

– Давай посетим его на праздновании Упет-Ренпета[3], – предложил Каратель.

– Буду рада. Главное, чтоб он успел вернуться в Город Столбов из Унута к тому моменту.

– Хекау Кейфл дышит папирусами? Как неожиданно.

– Когда мы с ним разговаривали в последний раз, он хотел отвезти в Унут все документы Города Столбов, которые скрывали Хафур, Хеопу и Радеф.

– Кроме?.. – уточнил Анубис.

Ифе кивнула.

– Кроме тех, в которых что-то может касаться Ура Тахмета или меня.

Она давно рассказала возлюбленному о том, что узнала от Ири-Хора в момент слияния со скрижалью – об истинном наследнике Города Столбов, то есть о ней.

– Это знание будет храниться в тайне. Городу Столбов не нужны новые потрясения.

– Мудрое решение, сердце моё, – улыбнулся Картель.

Боясь касаться неприятной темы, Ифе всё-таки спросила:

– Ты виделся с Нефтидой? Прости, если не хочешь говорить, то не надо… Просто я знаю, что ты собирался её посетить.

Черты Анубиса стали жёстче.

– Я к ней ходил. Ей стало лучше. Намного. Она… вела себя очень разумно и даже попросила у меня прощения. Я давно простил её, но ради себя. Не ради неё.

– Вы будете поддерживать связь?

– Не думаю, – кратко ответил он. – У меня есть мать. Та, которая любит меня как родного сына – Исида. Её я буду считать семьёй, а о Нефтиде поручу заботиться, но в жизнь свою её не пущу.

– Понимаю… – Оставляя разговор о безумной богине позади, Ифе перевела тему. – Говорят, Сет в облике смертного посетил открытие всех своих новых храмов.

– Врут, – ухмыльнулся Анубис. – Он не просто посетил – он участвовал в строительстве.

– В смысле… Камни таскал?

– Скорее сидел на песчаном холмике с чаркой финикового пива и руководил процессом.

– Вполне в его стиле, – рассмеялась Ифе.

Мысли об Амт, следовавшие за мыслями о Сете, всегда вызывали у Ифе грусть. Принять то, что она была мертва, у неё так и не вышло, но боль от этого постепенно приглушалась.

– О! Забыла сказать! – воскликнула Аментет. – Царь Богов поведал, что в меня верит всё больше смертных! Ещё лет сто, и я смогу занять один из тронов в Зале Судилища. Правда, кажется, он обещал это только для того, чтобы отделаться от меня и поскорее вернуться в спальню Исиды.

Анубис сдавленно кашлянул.

– Ифе, я, конечно, древний бог, но они всё ещё мои родители. Я бы предпочёл поменьше думать о том, чем они занимаются в спальне.

Новая богиня захихикала, но продолжать смущать будущего мужа не стала.

За разговорами о богах, ставших её новым миром, Ифе, конечно, не забывала и про смертных. Часто в такие мгновения она вспоминала Атсу, Амена, Сефу, Уоти, Мив и Ура Тахмета.

Атсу занялся строительством приюта для жителей трущоб в Городе Столбов. Он выучился грамоте, получил неплохую помощь от дворца, чтобы начать строительство, и теперь посвящал всё время этой благородной цели. Мысли о подопечных Атсу неизменно вызывали у Ифе скорбь. Их душ не было на Полях Иалу, а значит, они канули в небытие, и всё же они не были забыты, а кара той, кто была виновна в их смерти, приносила иллюзию покоя.

Что касается Ура Тахмета. он устроился в тихом уголке родного сепата, неподалёку от гробницы, в которой всё ещё покоилось тело Азенет. Ифе посещала его в образе смертной так часто, как это было возможно.

– Думаю, мне нужно будет поскорее прийти в гости к Мив, – тихо сказала она. – В последний раз она выглядела очень уставшей, будто бы возраст всё-таки брал своё.

– Поверь мне, Мив ещё поживёт достаточно. Её час не близок, – успокоил Ифе Анубис, а затем, прислушавшись, добавил: – Сердце моё, гости ждут.

Вздрогнув, Ифе вспомнила, что ожидало её впереди. В её груди, освещённой изнутри мягким божественным светом, прошла волна тепла.

– Я готова стать твоей навеки, – сказала она.

Анубис улыбнулся, прижимаясь к её губам невесомым поцелуем. Иной поцелуй, передающий все его чувства, он хотел оставить на момент, когда Ифе станет его женой.

Взявшись за руки, боги вышли с балкона.

* * *

Дворец Осириса, в котором проходила церемония наречения новой божественной четы был ослепительным. Войдя через исполинские двери, под радостные крики богов, Ифе даже зажмурилась от яркости.

Громче всех молодых приветствовал Сет.

– У-РА!

Ифе безмолвно обратилась к нему при помощи недавно освоенных божественных сил.

– Ты даже сумел отвлечься от надзора за