Она игнорирует и его, и мой вопрос:

– Она, что, ушла от тебя? – склоняет голову набок. – Так быстро? Что ты сделал?

– Почему ты так уверена, что этоя что-то сделал?

– Потому что она бы никогда добровольно не отказалась от безопасности.

Интересно.

Елена и сама раньше упоминала, что в нашем браке ценит именно ее.Безопасность. Значит это не было игрой. Она говорила искренне.

– Судя по тому, что я недавно узнал, Елена и сама может за себя постоять.

Эдда устало вздыхает.

– Я говорю не о физической безопасности.

Мои брови сходятся на переносице, и она поясняет:

– Если бы ты рос в нашем доме, то понял бы, что порой важнее иметь место, где до тебя не доберутся монстры. – начинает вращать кольцо на своем указательном пальце. – Физическая боль ничто в сравнении с той, что приходит по ночам.

Мое тело застывает.

– И Елена знакома с подобной болью?

Эдда медленно кивает.

– Что именно произошло? – тут же выпаливаю, сжав кулаки на столе.

– Тебе придется узнать у нее. – пожимает плечами. – Даже я не знаю всех подробностей. Она ни с кем, кроме Бьянки, не поделилась. Все, что могу сказать – Елена никогда не делает ничего просто так.

– И почему ты мне это говоришь?

Она снова пожимает плечами и бросает ленивый взгляд по сторонам.

– Сестра никогда не отзывалась о тебе плохо. Значит, ты хорошо к ней относился. А я это уважаю. Плюс ко всему, мне будет спокойней, если она будет под твоей защитой. – возвращает глаза ко мне и подается вперед, складывая руки на столе перед собой. – Думаешь, сможешь ее защитить?

– Этот вопрос оскорбителен.

– Это да или нет?

Я не удостаиваю ее ответа, но кажется, она все равно его получает, и будто бы убедившись в чем-то, снова откидывается назад.

– Перейдем к делу. – меняет тему. – Зачем позвал?

– Ты знаешь, где Елена?

– Понятия не имею.

Черт, она говорит правду, и после разговоров с Еленой это как глоток свежего воздуха. А я уже было решил, что растерял все свои навыки.

– И будь уверен, – добавляет Эдда. – Ты не найдешь ее, пока она сама этого не захочет.

– Ну, это мы еще посмотрим.

Вдруг слева раздается отвратительный скрип, и я поворачиваю голову. Младшая Эспасито со скрежетом тащит стул от соседнего стола к нашему.

– Зятек. – широко улыбается Бьянка так, будто искренне рада меня видеть, и плюхается на стул рядом с сестрой. – Как жизнь?

Черные волосы торчат во все стороны непослушными кудряшками. На ней какой-то блестящий чокер, байкерская кожаная куртка, неоновый розовый топ и штаны с металлическими вставками.

И этоей Елена поведала о своей травме?

– Ох, погоди. – выпаливает она, приложив руку к груди. – Прости меня за мою бестактность. Я в курсе, что от тебя ушла жена. Понятно же, что ты в трауре. – подавшись вперед, ставит локоть на стол и подпирает кулачком подбородок. – Но серьезно, на что ты вообще рассчитывал, лишая ее своего членатри года?

Я моргаю.

– У тебя вообще фильтра нет?

– О каком фильтре речь?

Перевожу взгляд на адекватную сестру, но Бьянка продолжает:

– На ее месте, я бы еще раньше свалила. Вы не пробовали обратиться к семейному психологу? Или же… – понижает голос до шепота. – У тебя проблема с твоей волшебной палочкой?

Ее черные глаза сочувственно округляются, когда я не отвечаю.

– Ох, сожалею. Должно быть, для такого брутального мужчины как ты это невероятный удар…

– Бьянка. – одергивает ее Эдда, но я замечаю, как уголки ее губ немного приподнимаются.

– Что? – поворачивается к ней та, и ей хватает одного взгляда старшей сестры, чтобы отодвинуться от меня. – Ладно. Заткнулась.

Я перевожу глаза с одной на другую.

– Ну, почему же? – добродушно улыбаюсь. – Продолжай, Бьянка. Расскажи, как тебе кажется,что в нашем браке с Еленой не так. Дай совет.

Она удивленно вскидывает брови, Эдда это видит, щурится на меня, а затем пытается остановить грядущее, но нихрена не успевает:

– Елена втрескалась в тебя по уши, это видно. – многозначительно кивает. – Но проблема в том, что она думает, что если ты узнаешь, что она скрывает, то откажешься от нее и не примешь со всем ее грязным бельем. А этого добра у нее, уж поверь, целая вонючая кучка похлеще канализационной ямы.

– Бьянка. – Эдда снова пробует ее остановить.

– Ты должен убедить ее в том, что всегда будешь ее любить, как хренов Ромео или Шрек, или кто там еще есть. Трудно привести метафору в моменте, но вы улавливайте ход моих мыслей, да?

– О, да. – хмуро бормочет Эдда, а моя улыбка становится практически искренней.

– Спасибо, Бьянка.

– Обращайся, зятек. – она хлопает меня по плечу куда сильнее, чем нужно. – Один хрен, если ты сделаешь ей больно, она просто исчезнет где-нибудь очень далеко, а нам придется сломать тебе и без того уже поломанную волшебную палочку,смекаешь? – подмигивает, снова врезав мне по плечу.

Мать твою, куда я попал?

– Это все, что ты хотел нам сказать? – устало спрашивает Эдда, и я вспоминаю, что вообще-то действительно хотел кое-что обсудить.

– Паоло мертв, а Доминика сбежала. – обстановка за столом резко меняется. – Полагаю, что теперь Корона в ваших руках.

– Какие у тебя обширные познания в наших делах. – Эдда снова крутит кольцо на пальце. – Интересно, это как-то связано с исчезнувшим Антонио?

Я не отвечаю и делаю глоток вина, не сводя с нее глаз.

– Чего ты хочешь, Сандро?

– Лас-Вегас.

Бьянка присвистывает.

– А морда не треснет?

Терпения мне.

– Будем откровенны, вам не удержать три города. А так, я избавлю вас от Орландо Конте и лишней головной боли.

– Да, мы наслышаны о твоей «помощи» в Атланте.

– Тогда вы знаете, что это произойдет в любом случае. – поднимаюсь на ноги и застегиваю свой пиджак. – Рано или поздно. Я лишь предлагаю мирный путь. Отдайте мне Лас-Вегас, и я оставлю вам Сан-Франциско.

– Как щедро с твоей стороны. – сухо отвечает Эдда.

– Подумайте, у вас есть время до конца этого месяца. – бросаю и направляюсь к выходу.

–