не сдавался. Левой рукой он тут же схватил отлетевшую правую, вырвал из неё револьвер и, не меняя положения, выстрелил.

– У-у…

Смертельный выстрел Фунами мужчина в шляпе парировал, лишь слегка сместив корпус. Более того, ответным ударом он глубоко пронзил противнику горло. Когда тот рухнул на колени, мужчина в шляпе стряхнул кровь с клинка. Этот жест окончательно развеял сомнения.

– Кирино-сама! – закричал Накамура имя благодетеля, давшего ему свою фамилию.

Кирино Тосиаки. До Реставрации он был известен как Накамура Хандзиро. За непревзойдённое мастерство его прозвали «убийцей Хандзиро». Он быстро впитывал знания и превосходил других не только в фехтовании, но и в уме. После Реставрации он далеко продвинулся по службе, став генерал-майором армии. Однако он ушёл в отставку вместе с Сайго. В конце Сацумского восстания он получил пулю в лоб и сейчас должен был быть мёртв.

– Неужели…

Пока Окубо стоял в оцепенении, мужчина снял шляпу и сдвинул повязку на лице. Хотя на лице прибавилось глубоких шрамов, сомнений не было: это был Кирино Тосиаки. Нет, его взгляд выдавал самого Накамуру Хандзиро.

– Окубо, будь добр, дай себя убить.

В глазах Хандзиро горела суровая злость. И вместе с тем читалась глубокая печаль. Медленно, шаг за шагом, он приближался. Возникало ощущение, будто время замедлилось.

Выжить, будучи целью этого человека, невозможно. Даже Окубо уже почти смирился с судьбой, как вдруг между ними метнулась тень – Адасино Сикура.

– Не ожидал встретить того самого убийцу Хандзиро.

Сикура обрушил на него шквал ударов, но Хандзиро, покачивая головой, уклонялся, словно танцуя. Однако они ускорялись, и наконец противник принял удар своим клинком. Непонятно, как это работало, но всё, к чему прикасался меч Сикуры, ломалось. Он думал, так произойдёт и сейчас, но клинок Хандзиро остался целым.

– Хагун не сработал?..

– Так эта техника называется Хагун? – Его речь больше не изобиловала сацумскими словечками, а была чистым японским языком, который он усердно учил после Реставрации.

Сикура продолжал атаковать, но Хандзиро парировал и отражал его удары.

– Если скользить лезвием, оно не сломается.

– Как это возможно?

Это, должно быть, было первым случаем в его жизни. Он понимал умом, что такое возможно, только вот верить собственным глазам отказывался. Хандзиро издал резкий боевой клич – особый крик школы Энкё Дзигэн-рю. И теперь уже Сикуре пришлось защищаться от его атак. Наконец клинок противника достиг цели. Казалось, будто тело рассечено надвое, но Сикуру лишь отбросило в сторону. Он всё ещё дышал.

– Что происходит? Я же попал.

– Я использовал Комон. – Сикура, придерживая бок, поднялся на ноги.

Хандзиро фыркнул. Ещё один из убийц попытался воспользоваться заминкой и напасть на экипаж, однако Сикура одним взмахом отрубил ему голову. Встав спиной к экипажу, он тихо, почти шёпотом спросил:

– Господин министр, есть другой путь к отступлению?

– Через Мицукэ будет трудно… Разве что через квартал Симидзудани.

– Уезжайте по моему сигналу, – почти не раздумывая сказал Сикура. – Маэдзима-сама уже совсем близко.

Вероятно, он считал, что шансы плохи, если ему придётся сражаться с Накамурой Хандзиро и одновременно защищать его от предателей.

– Понял. А ты?..

– Я задержу его.

Дыхание Сикуры было неровным. Окубо сначала решил, что у него сломаны ребра, но дело было в другом: дыхание имело определённый ритм.

– Рэндзё, выручай, – тихо произнёс Сикура загадочные слова, затем резко поднял голову и оттолкнулся от земли. Его движения стали заметно быстрее. Трое убийц, преграждавших путь экипажу, в мгновение ока превратились в груды окровавленного мяса.

– Сейчас!

– Таро! Через Симидзудани!

– Есть!

Три голоса прозвучали почти одновременно. Экипаж на одной лошади рванул вперёд. Хандзиро бросился вдогонку и ухватился за дверцу.

– Кирино… ты… – простонал Окубо.

Хандзиро ничего не отвечал. Он изо всех сил цеплялся пальцами, пытаясь забраться внутрь. Сверху раздался оглушительный удар, и в следующее мгновение Сикура свалился на него с неба. Видимо, успел вскочить на экипаж, а затем спрыгнул вниз. Меч в его руке был готов рассечь голову Хандзиро.

– Грх… – Впервые лицо Хандзиро исказилось мукой, и он, резко отпустив руку, уклонился от удара Сикуры.

– Вырвались! – радостно крикнул Накамура.

Окубо высунулся в окно и оглянулся. Смертельная битва возобновилась: клинки обоих воинов ярко сверкали в утреннем свете.

Сикура продолжал яростно атаковать. Если Хандзиро перейдёт в оборону, его ждёт только одно – смерть. Он использовал все свои техники – Хагун, Комон, Рэндзё, – но противник всё равно умудрялся держаться.

Он слышал, что готовится нападение со стороны самураев из префектуры Исикава, и ему не следовало ни на миг отходить от Окубо. Однако нужно было остановить Хандзиро и его людей. Повезло, что удалось направить экипаж в сторону Симидзудани, – путь там хоть и долгий, но почти безопасный.

– Скоро здесь будут войска, – бросил Сикура, обращаясь к Хандзиро.

Тот не дрогнул, но оставшиеся несколько убийц явно были напуганы. Это не было ложью. Маэдзима, войдя вместе с ним в Токио, отправился в Итигаю, чтобы запросить подкрепление у армии.

Военные скоро прибудут. Даже Хандзиро не продержится долго против них.

– Что ж, отступаем, – Хандзиро сдался легко, на удивление Сикуры.

Его люди, судя по всему, вздохнули с облегчением, не испытывая ни капли разочарования. Да и Сикуре уже было сложно продолжать использовать секретные техники. Раз главная цель – спасти жизнь Окубо – достигнута, отступить было разумным решением.

– Кстати… Адасино Сикура, есть ли у тебя жетоны? – спросил Хандзиро, убирая меч в ножны.

Расслабляться было нельзя. Сикура помнил, как неестественно быстро тот достаёт клинок.

– Да. Ровно тридцать очков.

– Вот как… – Хандзиро усмехнулся, растянув губы. – Думаю, оставим на потом.

– На потом? – нахмурился Сикура.

– В Токио могут войти только девять участников. Не маловато?

– Понятно.

– Я тож присоднюсь, – Хандзиро внезапно перешёл на сацумский говор.

Девять участников кодоку, дошедших до столицы, да ещё и Накамура Хандзиро – всего десять. Всё выглядит так, будто им поручат какое-то грязное дело.

– Снова резня?

– Начнём веселье, когда все соберутся.

Хандзиро тихо выдохнул, и в тот же миг издалека, со стороны Симидзудани, донеслось ржание лошади. Туда уехал Окубо.

– Кажется, всё получилось, – Хандзиро сомкнул губы и поклонился в том направлении.

– Неужели…

– Похоже, исикавцы справились. – По облегчённому вздоху Хандзиро Сикура всё понял.

Кавадзи предвидел, что появятся защитники. Самураи из Исикавы вряд ли справились бы с ними. Поэтому он и направил против них Хандзиро и его людей: убьют – хорошо; нет – так хотя бы отвлекут. А исикавцев он отправил ждать в Симидзудани. Оставалось лишь надеяться, что всё пойдёт, как задумывалось, и они прикончат Окубо.

– Ты… – Сикура почувствовал,