— Для тебя дрон, а для меня — Жаным, «душа моя» на нашем, — ответил Абай, баюкая сломанную руку. — Она мне жизнь спасла, показала, где безопасно.

— То есть дрон твой — баба? — хмыкнул Ситников.

— Сам ты баба, — огрызнулся тот. — И вообще, мужики, вам не смущает, что выждили только мы? Коли так дело пойдет, нам и дрон за бабу сгодится тогда. Ну, не мой, а те, то в секс-шопах, поняли?

Абай издал смешок и так смеялся, что Дмитро понял, то тот обкурился. Ну Дмитро и сам засмеялся — впервые за бог знает сколько. Смех вышел хриплый, похожий на кашель, но это был смех.

Машины нашлись в ангаре военной части — два бронированных «тигра» с полными баками. Залез в броневик, и ты неуязвим, дави себе зомбаков. Потом встретили Олега Цоя. Почти Виктора, но нет. Бронетехники стало больше, людей тоже: прибивались по одному, по двое. Грузин Гурам зыркал на командира волком и отмалчивался. Дмитро подозревал, что наемник.

Ехали на юг, где теплее — там легче выживать. Чем дальше от земли, зараженной войной, тем хуже были вооружены люди. Встречались целые общины — очень разные: одни обнесли забором дачный поселок и пытались жить по-старому, другие дичали на глазах. Кто-то шел с колонной — и откалывался через день, искать родственников. Новые оставались, потому что были из местных и идти им было некуда.

Зомби становились сильнее, но броневики справлялись. Дмитро прокачался до 12-го уровня и перестал удивляться. Война приучила не задавать лишних вопросов — есть приказ, есть система, работай.

Однажды ночью Дмитро проснулся от шороха, но не от самого звука, а от его неправильности. Бездушные топали, скреблись, выли. А тут кто-то крался.

Он приоткрыл один глаз. В лунном свете, пробивавшемся через щель в броне, двое пригибались и двигались к Ситникову, который спал в командирском кресле. Блеснуло лезвие.

Дмитро узнал их: Женька и Толик, прибившиеся накануне. Свои, русскоязычные, божились, что пехота. Врали, значит.

Он не стал кричать — подсечкой свалил первого, навалился на второго, придавил массой, выбил нож. Ситников проснулся от грохота.

— Что?

— Свои оказались не своими, — тяжело дыша, сказал Дмитро.

Ситников посмотрел на нож, на двоих, молча кивнул. Не удивился.

— Спи, — сказал Дмитро. — Я покараулю.

Он простоял до утра, привалившись к броне, и смотрел на пустую дорогу, залитую лунным светом. Где-то выли бездушные. Привычно выли шакалы.

Утром Женьку и Толика высадили без оружия и еды посреди пустой трассы. Когда машины тронулись, Дмитро долго смотрел в боковое зеркало на две фигуры, застывшие на дороге.

Зомби хотя бы не притворяются друзьями.

У Темрюка осели на две недели. Нашли контролера — испуганный юноша с пышной шевелюрой, звали Ваней. Он первым делом спросил: «А кормить будете?» — и Дмитро подумал, что юноша долго голодал. Образовался полноценный клан, Ситников назвал его «Своими». Название наивное, но в нем была правда, ради которой стоило драться.

Две недели тишины — целая вечность по меркам нового мира. Сперва инопланетная хрень вывела из строя машины. Отбились. Не успели зализать раны, как ночью чужая бронетехника окружила базу, по громкой связи голос предложил сдаться и отдать чистильщика. То были «Мародеры» — враждебный клан с говорящим названием.

Было решено драться. Дмитро в очередной раз почувствовал дыхание смерти. Он видел, как боевые товарищи гибли один за другим, и готовился умереть сам. Ваня лежал у стены, накрыв голову руками, — прилетело в первые секунды. Пышная шевелюра потемнела от крови. «Даже испугаться не успел», — подумал Дмитро, перезаряжая автомат.

И тут перед глазами всплыло:

Внимание! Лидеру клана доступно задание: «Охота на отступника».

Цель: упокоить отступника Дениса Рокотова.

Награда: 1 000 000 000 универсальных кредитов.

Штраф за отказ: перманентное снижение активности оболочки до 50 %.

Время на принятие решения: 00:29… 00:28…

— Принимаю! — рявкнул Ситников. Что угодно, лишь бы выбраться из-под обстрела.

Мир мигнул, и восьмерых выживших — все, что осталось от «Своих», — перенесло в ночь, в теплый воздух, пропитанный солью и незнакомыми цветами. Рокотал океан. Над головой висели звезды, каких Дмитро в жизни не видел.

— Где мы? — прошептал Абай.

Никто не ответил. Стояли и дышали. Просто дышали.

Потом вдруг лучи хлестнули по деревьям над головами, посыпались щепки, и все восемь человек бросились врассыпную, попрятались за стволами.

— Не стреляйте! — крикнул Ситников в темноту. — Мы не воюем!

Турели замолчали. В воздухе над ними зависли яркие шарики — «Светлячки», Дмитро уже видел такие, — заливали все вокруг рассеянным светом. Укрыться от них невозможно.

Ситников оглядел своих. Восемь человек, все раненые, кто-то с инопланетными мечами, но толку от них против турелей и купола. Да и патронов нет.

— Сдаемся, — сказал он тихо. — В лидерах у них некий Денис Рокотов, значит, есть шанс договориться. Все-таки наш.

Повисло молчание. Потом Дмитро встал, отряхнул колени и сказал:

— Ладно, командир, я пойду.

— Чего это? — удивился Ситников.

— Дык я старший, мне и переговоры вести.

— Ты не старший, — возразил Ситников.

— Я старый. — Дмитро шагнул из-за дерева, поднял руки. — Старого подстрелить жальче.

— Не стреляйте! — крикнул он. — Мы покладэм оружие, давайте поговорим. Чистильщик останется, к вам выйду я.

— Не стреляем, — откликнулись оттуда и приказали: — Оружие на землю.

Дмитро кивнул и уверенно пошел к куполу, потому что идти к людям с оружием надо уверенно, иначе примут за бегущего и откроют огонь. Война научила.

— Русский? — спросил тот же голос.

— Яка теперь разныця? — ответил Дмитро. — Все мы люди…

…И вот Дмитро трясется на заднем сиденье, его снова везут на допрос.

Ничего хорошего он не ждал — всякого насмотрелся. Выбора не было, но Дмитро нравилось думать, что он есть.

Дмитро хотел бы верить, что люди — не звери, но знал: они хуже. Зомби хотят жрать, это все, что им нужно. Честная потребность, простая, как у клеща. А люди выбирают. Женька с Толиком выбрали зарезать спящего, который до появления зомби был их врагом. Мародеры выбрали убить Ваню. Урод с наманикюренными ногтями в допросной выбрал бить по лицу. Им никто не мешал поступить иначе.

Рокотал океан, пальмы качали мохнатыми кронами, и влажный тропический воздух лез в открытое окно. На секунду показалось, что все это сон и Дмитро лежит на полу каморки с решетчатой дверью, а зомби встает на дрожащие ноги.

Фары высветили странное здание на берегу. Дмитро жадно втянул воздух, пахнущий солью и жизнью.

Как есть курорт. Повезло так повезло.

Конец седьмой книги

Продолжение «Голодные звезды» уже выкладывается на портале Author. Today:

https://author.today/work/575188