Вздыхая, я бросила тюбик на кровать и села рядом. – Я невообразимо не готова ко всему этому.

Джоуи долго и внимательно всматривался в меня, потом тяжело вздохнул:

– Да, мне знакомо это чувство.

– Мне страшно, – призналась я. – Я боюсь услышать, что они скажут. – Я показала на свое лицо, имея в виду жалкие попытки замаскировать покрытый коркой шрам, который все еще заживал после того, как отец раскроил мне щеку о кухонный стол. – Про шрамы… – Я, колеблясь, прикусила губу, а потом выпалила: – И про папу. – Я говорила чуть слышно. – Они же все узнают, Джо.

– Шан… – Покачивая головой, Джоуи подошел к кровати и сел рядом со мной. – Они ничего не скажут. – Чуть наклонившись, он оперся локтями о колени и резко выдохнул. – На лице у тебя все неплохо зажило, а что не зажило, ты спрятала под этой боевой раскраской.

– Боевой раскраской? – Я приподняла брови. – Это называется косметика, Джо. – Дорогая косметика. – Мне ее Клэр дала.

– Боевая раскраска, косметика… не важно. По мне, это одно и то же, – ответил он, равнодушно пожимая плечами. – Ваш директор знает, что произошло, так?

Я кивнула, помня, что Даррен и мама во время каникул встречались с мистером Туми.

– Значит, все будет хорошо, – добавил Джоуи утешительным тоном. – Обещаю.

– Я не знаю, что говорить, если кто-то спросит о папе, – призналась я. – Что, если учитель задаст вопрос? – Я тряхнула головой, чувствуя приступ паники. Я ощущала себя отравленной. Словно я загнивала. Вернуться в школу, зная, что там есть люди, которым известно, что случилось, было страшно. В Баллилагине об этом слышали многие, и я сходила с ума. – Я не представляю, как с этим справиться.

– Ты с этим справишься благодаря правде, – строго ответил Джоуи. – Или ты просто пошлешь их подальше, и пусть занимаются своими делами, если ты не хочешь об этом говорить; но ты больше не станешь врать, Шаннон. Слышишь? Ни минуты больше не станешь прикрывать это дерьмо, потому что сама ты не сделала ничего плохого. – Выпрямившись, он добавил: – А если кто-то из уродов разинет рот и начнет выступать, я приду туда и разберусь.

– Правда тяжелая, – тихо призналась я.

Брат напряженно кивнул:

– Особенно когда тебя заставляют ее забыть.

Я немножко подумала над его словами.

– Эй, Джо…

– Да, Шан?

– А ты что собираешься говорить, если тебя спросят?

– Я собираюсь сказать им, чтобы катились к черту и занимались своими делами.

Я вздохнула:

– Хотела бы и я так…

– Как – так?

– Быть храброй, – тоскливо прошептала я.

– Ты и так храбрая. – Джоуи повернулся и посмотрел на меня, в его зеленых глазах виднелась боль. – До хрена храбрая.

– Что-то я этого не чувствую, – пробормотала я, коротко вздыхая. – Мне хочется сбежать.

– Правда хочется? – В его голосе прозвучали надежда и легкое отчаяние. – Мы могли бы сесть в автобус прямо сейчас и просто уехать.

Сердце пропустило удар; мне пришлось подавить всплеск беспокойства.

– Сбежать… – Я смотрела на Джоуи, оценивая его реакцию. – Имеешь в виду, на весь день, да?

Джоуи ответил далеко не сразу. Вместо этого он просто сидел, глядя на меня.

– Джо? – прошептала я, и мое сердце забилось быстрее. – Ты ведь об этом, да?

Он заставил себя улыбнуться, но в глазах улыбка не отразилась… Я такого давно не видела.

– Конечно.

– Не бросай меня, – с трудом выговорила я, сминая в руке его школьный джемпер. – Ты не можешь снова пропасть.

– Я ведь здесь, так? – напряженно ответил он.

– А как же Ифа? – спросила я, цепляясь за то единственное, что, я знала, могло его удержать. – Что будет?

Она – причина остаться…

– У нас все в порядке.

– А Шейн Холланд и его дружки? Ты ведь не пойдешь…

– Нет. – На этот раз его тон был увереннее. – Нет.

Я тебе не верю…

– Джоуи, твоя девушка ждет тебя в машине, – раздался голос Даррена, и я, подняв голову, увидела, что он в дверях, надевает пиджак. – Поторопись, а то из-за тебя и она тоже опоздает.

Не говоря ни слова, Джоуи встал и вышел из моей комнаты, на ходу грубо оттолкнув Даррена.

– И тебе с добрым утром, – проворчал Даррен.

– Увидимся позже, Шан, – крикнул Джоуи, исчезая в своей комнате и через мгновение возвращаясь со школьной сумкой на плече и шлемом и клюшкой для хёрлинга в руках. – Выше голову, детка!

– Джоуи, – начал Даррен, – нельзя ли перестать изображать страдальца и просто вести себя цивилизованно…

– Говна пожуй! – огрызнулся Джоуи и, показав Даррену средний палец, быстро спустился.

– Чудесно, – пробормотал Даррен, потирая подбородок. – Он такой милый по утрам…

– В зависимости от компании, – дерзко напомнила ему я. – Со мной он был очень милым.

– Боже, еще и ты, – вздохнул Даррен. – Мне не справиться с двумя перевозбужденными подростками так рано утром.

Так вернись к своей жизни.

– Где мама? – вместо этого спросила я.

– На работе. Ну, ты готова? Мальчики ждут в машине.

– Ты не обязан меня отвозить, – заявила я, глядя на ключи на пальце Даррена. – Я могу доехать на автобусе.

– Идем, Шаннон! – простонал он. – Дай передохнуть! Это мой первый день школьного марафона.

– Я просто говорю, что могу поехать на автобусе, как обычно.

– Ну да, подай на меня в суд за то, что мне не хочется, чтобы моя сестра стояла на автобусной остановке в шесть утра, когда вокруг болтаются пьяницы, – ответил он. – Теперь я буду отвозить тебя в школу и обратно.

– Это из-за Джонни? – резко спросила я, вызывающе вскидывая голову. – Потому, что вы с мамой не хотите, чтобы я вообще его видела?

– Нет, Шаннон, это из-за отца, который все еще где-то бродит, и если он снова запьет, то в первую очередь станет искать тебя, – огрызнулся Даррен, а я вздрогнула.

– Спасибо, что напомнил.

– Прости, – сказал он уже спокойнее. – Я не хотел тебя расстраивать, но мне нужно, чтобы ты понимала опасность, и нужно, чтобы ты о ней помнила.

– Ну хорошо, а это чтобы понимал ты: у меня никогда не было проблем с пьяными на автобусной остановке. – Я подхватила с пола рюкзак и осторожно пристроила его на плечо, прежде чем проскочить мимо Даррена. – Проблемы были только с пьяными в этом доме.

– Боже! – простонал Даррен, выходя следом за мной. – Я с ума сойду от этих перепадов настроения!

26. Бум, бум, сраный бум, чел

ДЖОННИ

– Гляньте, это сам мистер бумбастик![16] – воскликнул Хьюи Биггс, когда я повернул в школьный двор и увидел ребят, стоявших у входа в главное здание.

– Как дела у венгабоя?[17] – поинтересовался Патрик Фили, хлопая