распрощались, и Алена с улыбкой протянула мне планшет. Я закончил собираться и остался только галстук. Наумов позвонил как раз когда я возился с узлом. Он сидел за большим переговорным столом в рабочем кабинете. Я сначала не понял, почему именно там, но несколько секунд спустя к нему присоединился Геннадий Сергеевич.

— Добрый вечер, — поздоровался я.

— Здравствуй, Кузьма, — тон главы рода был доброжелательным. — Как проходит отпуск?

— Замечательно. Море, солнце, прогулки на яхте. Сейчас вот планируем посетить аукцион и продать одну старую маску родом из Африки.

— Да, мы слышали, — кивнул он. — Громкая новость. Вчера к нам в гости заезжал князь Воронцов. Они с братом очень хотят с твоим учителем встретиться.

— Вряд ли у них это получится, — слегка поморщился я. — Маску хотят купить и боятся, что денег не хватит?

— Не знаю, что за навязчивая идея их посетила, но ради нее они действительно готовы потратиться. Мы вместе посмотрели видео, где вы с Балуевым демонстрировали защитную технику. Красиво получилось, прониклись все, даже князья. У них со свободными деньгами беда, но есть много другого, недвижимость, земля, акции предприятий.

— А что, деньги за технику моего отца они уже потратили? — наигранно удивился я. — Ну, пусть еще что-нибудь продадут.

— Кузьма, — строго сказал Петр Сергеевич.

— С учителем они не встретятся, его сегодня не будет, а до аукциона осталось меньше часа. Что, отменять все, раз князья вдруг что-то решили?

— Нет, речь идет о гарантийном обязательстве. Если у торгового дома Хантов возникнет вопрос, и они обратятся к тебе, можешь сказать, что согласовал это с князем.

— То есть, вместо денег они могут впарить участок земли где-нибудь в болоте? Или через пару лет внезапно найдут какой-нибудь старый закон, по которому сделку надо объявить недействительной?

— Все не совсем так. Твой учитель может об этом не переживать, так как в случае проблем мы выкупим все эти обязательства.

— А Наумовым это зачем? — удивился я.

— Есть несколько активов, которые мы давно хотели приобрести, но их крепко держали в руках князья. Это будет выгодное предприятие, можешь мне поверить.

— Сдалась им эта маска, — проворчал я. — Воронцов меня, между прочим, черепам продал.

— Тем более, — серьезно сказал он, — момент подходящий, чтобы немного их разорить. Бить всегда нужно по самому больному — по деньгам. И еще, ходит слух, что они внезапно нашли крупного инвестора, который может им ссудить огромную сумму.

— Насколько огромную?

— Как бы тебе сказать… — задумался Петр Сергеевич. — Этот человек недавно кое-что купил в России за семьсот миллионов рублей. Сделка проходила через моих знакомых банкиров. Они имя заказчика не раскрывают, как и предмет сделки, но посмеялись, что это деньги, потраченные на прихоть, которая вряд ли когда-нибудь принесет прибыль.

— То есть, он сорит деньгами? — уточнил я.

— Не совсем верное слово, учитывая сумму.

Я ненадолго задумался, нахмурил брови, затем кивнул.

— Хорошо. Если хотят, пусть торгуются. Есть только одно замечание. Если маска продастся только за стартовую сумму, то мне нужны исключительно деньги.

— Хочешь что-то купить на аукционе? — спросил Наумов.

— Вроде того, — я не стал углубляться в детали.

— Об этом можешь не волноваться, пара сотен миллионов у них есть.

— Простите, но время поджимает, — я бросил взгляд поверх планшета на Алену. — Не хочу опаздывать на открытие.

— Тогда пожелаем тебе удачной сделки, — сказал Петр Сергеевич. — Если что-то понадобится, звони Салюту, я его предупрежу.

— Кузьма, что по поводу нашего разговора? — вставил Геннадий Сергеевич.

— Все остается в силе, надо только подождать подходящего момента. Позвоню в ближайшие дни.

Наумов старший посмотрел на брата, затем кивнул и нажал кнопку завершения звонка. Я бросил планшет на кровать. Встав, привлек Алену и коротко поцеловал.

— Пора выдвигаться. Только в этот раз не убегай, хорошо?

— Обещаю, — улыбнулась она.

Вечером в Кальяри было не так жарко, как днем. Если утром улица перед отелем была пуста, то к вечеру рядом с тротуарами не осталось ни одного свободного места. Дорогие машины едва не толкались друг с другом, пытаясь встать как можно ближе к двухэтажному зданию торгового центра в сотне метрах от нашей гостиницы. У выхода мы едва не столкнулись с большой делегацией индусов, торопящихся на аукцион. Местные жители провожали удивленными взглядами важных мужчин и красивых женщин в вечерних платьях. Никто не понимал, что за праздник и куда все так спешат. У торгового центра полиция гоняла каких-то наглых телевизионщиков.

Пока мы с Аленой шли к зданию, понаблюдали за самыми разными гостями. Среди прочих я заметил герцога Бурбон-Сицилийского в компании незнакомой женщины. Почти сразу за ним в здание вошел князь Разумовский с телохранителем. Мне показалось, что он спешил догнать герцога, чтобы поздороваться. У входа уже собралась небольшая толпа, так как гостей пропускали медленно, тщательно проверяя приглашения и именные карточки. Мы встали в конец очереди, никуда не спеша. Судя по предвкушающим интонациям и оживленному разговору в толпе, гости аукцион ждали с нетерпением. Немолодая женщина, стоявшая впереди нас, намекала кавалеру, что он обещал купить какую-то брошку.

В какой-то момент я уловил яркий запах табачного дыма. Повертел головой и увидел у колонны в десяти метрах от входа немолодого мужчину в классическом смокинге. Почему-то мелькнула мысль, что он взял его напрокат. Несмотря на косые взгляды со стороны очереди, он спокойно курил, особым образом пряча в ладони огонек сигареты. Толкнув Алену локтем, показал взглядом в ту сторону. Мы выбрались из очереди, направляясь к мужчине.

— Добрый вечер, — поздоровался я и показал взглядом на сигарету. — Пагубная привычка, никогда не понимал ее.

— Мой дед ее тоже не понимал, но всю жизнь курил трубку, — ответил он. Посмотрел на Алену, затушил сигарету в пальцах и убрал в карман дорогого смокинга.

Выглядел мужчина на пятьдесят лет, волосы средней длины, черные с проседью, аккуратно уложенные с помощью помадки для волос. Лицо обычное, европейское, карие глаза, морщинки между бровей, словно он часто хмурится. Но больше всего о нем могут сказать кисти рук, крепкие и мозолистые.

— Кузьма Матчин, — представился я, протягивая руку. — Это — Алена Наумова.

— Алан Кроу, — сказал он, когда мы обменялись рукопожатием.

— Хотите посмотреть на Аукцион? — спросил я. — У меня как раз есть лишнее приглашение.

— Как раз кстати, — он криво улыбнулся. — Без него меня не хотят пускать. Подумал, что придется заходить по старинке, через черный ход.

— По-моему, и приглашения нам не понадобятся, — я показал взглядом на Джорджа Грэя, идущего вдоль здания.

Мы подождали немного, пока он подойдет.

— Добрый вечер, — поздоровался Джордж, скосив взгляд на Алана, пытаясь вспомнить, видел он его где-то или нет. — Я испугался,