Он сказал это таким тоном, что у Малврае не осталось сомнений – так и будет. Конец. Бесславный конец – умереть под грудой металла. Впрочем, возможно, не худшая из смертей в сравнении с той, которая ждет ее врагов. Если она выживет.

Алактир бросился в атаку, крутя в руке длинный меч. Он наскакивал на стального гиганта и отступал в заученном танце, словно бы и правда бился с подобным созданием не впервой. Так они с Мэл выглядели со стороны, когда дрались тогда в тренировочном зале особняка Алеанундер? Гигант и ласка.

Нет!

Дэв едва не угодил под копье автоматона, но Мэл вовремя бросила прямо в лицо стального чудовища поток искр, заставляя его сделать шаг назад. Не успев выдохнуть, Алак воспользовался заминкой и кинулся вперед, одним мощным ударом ломая древко копья пополам. Голем отбросил оружие в сторону, хватаясь стальными руками за лезвие меча, которым Алактир нацелил в него. Схватка стала теснее.

– Сейчас! – сдавленно крикнул Алак, и Мэл сорвалась с места, ловко обошла его и поднырнула между латных ног автоматона, метя в сочленения в паху. Кинжал вошел по рукоять, не испытывая сопротивления, какое бывало, когда острие прошивало плоть. Под доспехами и не было никакой плоти, но, судя по отсутствию реакции автоматона, слабого места там тоже не было.

Мэл выдернула кинжал и вонзила снова, потом снова, а потом выдернула вовсе и попятилась назад, спасаясь от тяжелых ног, что норовили ее раздавить.

– Ничего! – крикнула она дэву. – Ничего…

И тут автоматон одним рывком выдернул меч из рук Алактира. Отшатнувшись, тот неудачно встал на больную ногу, зашипел и подломился, падая рядом с ней. Стальной голем бросил меч на арену, будто какую-то безделушку. Вдруг над ними раздался громкий голос с мелодичным акцентом, явно усиленный магией:

– Хитро! Но эту забавную неисправность первой конструкции я давно устранил. Благодаря тебе, Алак-джа!

– Джавад! – Алактир попытался встать, но скривился и зашипел. – Ты убьешь нас! Останови свою тварь!

– Тварь! – Голос звучал возмущенно. – Какое… как это на вашем… м-м… оскорбление! Да! Эй, второй, не желаешь защитить честь брата?

До того неподвижный второй автоматон пришел в движение. Он выставил перед собой копье и зашагал к ним, вместе с безоружным «братом». Мэл попятилась назад, пытаясь тащить за собой дэва в жалкой попытке спастись. За ними магическая стена, а впереди – смерть, и смерть стоило встречать стоя, так бы сказал Дуррад, так бы приказала ее мать. Но отчего-то на краю смерти Малврае вдруг осознала, что совершенно не хочет умирать. Безоружный автоматон, что был ближе из них двоих, почти подошел к ним вплотную, а они почти уперлись затылками в искрящуюся стену.

Еще шаг, и латный сапог придавит ее к земле. Еще шаг, и он либо раздавит ее ногой, как мелкого паучка, либо замахнется стальной рукой, чтобы прибить кулаком.

Что ты сделаешь, пленник доспехов? Как ты поступишь? Как поступлю я?

– Мэл! Он идет на тебя! Откатись влево! Мэл!

Автоматон остановился ровно у ее ног и потянулся к ней рукой, чтобы схватить. Дэв попытался толкнуть Мэл в сторону, но как только латная рука опустилась на достаточное расстояние, Малврае ловко вскочила на ноги и, прижав руку к броши на груди, призвала плащ. А потом запрыгнула на любезно подставленную руку, а с нее перебралась на плечо и закинула ногу на второе, оседлав стальную шею. Автоматон вскинул стальные руки, пытаясь поймать ее и скинуть, но тут Мэл снова прижала руку к броши и мысленно отдала приказ. Полы взметнулись к стальным рукам, перехватывая и стягивая их, как путами. Он был силен, он сопротивлялся, и Малврае почти слышала, как трескается и натягивается под его потугами магическая ткань.

Времени мало.

Замахнувшись, она вонзила кинжал в сочленение доспеха, что крепило грудину к воротнику. Автоматон завертелся сильнее, борясь с плащом, и Мэл крепче прижала ноги к стальному корпусу, заводя ступни ему под мышки и цепляясь носками за спину. А потом отклонилась назад и стала дергать кинжал вперед-назад, как рычаг. Слабости есть у любого организма, из живой плоти он или механической. Сердце питает тело, магия питает автоматона. Где-то должен быть источник магии. В каком-то хорошо защищенном месте.

Давай же! Давай!

Лязг за спиной – Алак отвлекал боем второго. Лязг под рукой – кинжал скрежетал, зажатый меж листов стали, но кажется… кажется… вот… Щелчок, еще щелчок. Грудина заскрипела и поддалась, отскочив, точно крышка сундука, и обнажая темное клубящееся нутро автоматона. Он отклонился назад, издавая механический рев, и Мэл едва не свалилась с его шеи, вовремя схватившись за шлем. Не видя цели, она замахнулась одной рукой и вонзила кинжал в грудину – раз, другой, третий! Пока острие не увязло в чем-то твердом и плотном и автоматон не затих. Малврае наклонилась вперед, всматриваясь в его грудь. Лезвие торчало в пульсирующем камне посреди черной бесплотной груди. Бам-бам-бам… бам… Камень потух, и доспех стал оседать на арену, будто разом опустел. Мэл вовремя спрыгнула и ловко перекатилась в сторону, чтобы не попасть под груду металла.

Меч Алактира лязгнул по доспехам второго, и тот внезапно замер, так и не занеся копье для ответного удара. Откуда-то сверху раздавались хлопки.

Мэл подняла голову, чтобы взглянуть туда, откуда доносился звук. На маленьком балконе высоко над ними стоял темноволосый мужчина в распахнутом красном халате и шароварах. Он широко улыбался, аплодируя им.

– Мое почтение госпоже Алеанундер! Проходите, прошу вас! Я всегда рад красивым гостям.

Глава 17

Добрый хозяин

– Значит, вы хотели аудиенции?

Джавад Муаввиз восседал во главе стола, закинув на него ноги в остроносых бархатных туфлях ровно между винным штофом и блюдом с фруктами. Карие глаза лениво блуждали по фигуре Мэл, смуглые пальцы вонзались в мякоть большого красного апельсина, раздирая его на дольки.

Малврае изучала колдуна в ответ. Голос с акцентом звучал молодо, где-то между тембром Алака и Релинара, однако на вид Джавад казался старше их обоих. Тонкий нос с горбинкой, выразительная перевернутая арка верхней губы. Рамашадец был высок, как и все наземники, которых она встречала, но худощав – явно не утруждался тренировками. Одет экзотично, ярко, много замысловатых лоз и цветочных мотивов. Но самая приметная деталь – длинный белесоватый шрам, вертикально пересекающий грудь. Непохожий на те, что получают в бою. Слишком… ровный.

Джавад наклонил голову, ловя ее взгляд. Смуглое лицо разделила надвое широкая