с особой целью. И обязательно ее достигну. А потом… Потом всё будет хорошо.

— Рад, что у тебя хороший настрой, девочка. Путешествия — это замечательно. Но себя нужно беречь.

— А вы — тоже путешественник? — спросила я и полезла в рюкзак за пледиком. Наверху было холоднее, чем на дороге. Хотелось закутаться.

— Не совсем, — Гилл посмотрел на шар, а потом на небо. — Когда-то участвовал в соревнованиях. Мы с другими любителями воздухоплавания устраивали турниры. Летали на длинные дистанции. А теперь… теперь мои полеты — необходимость.

Он не стал вдаваться в подробности, а я не посмела расспрашивать. Когда человек хочет, сам рассказывает. А в душу лезть не стоит.

* * *

Спала я несколько часов, свернувшись калачиком и завернувшись в пледик, на дне корзины. Воздушный шар летел и летел, преодолевая километры, на которые я потратила бы много дней, а мне снились сны. Разные. И тот повторяющийся сон опять вернулся. На этот раз я не ходила с кувшином между столиками, а стояла у края террасы, облокотившись о перила, и наблюдала, как мимо пролетают корабли…

— Просыпайся, девочка, — бородач Гилл осторожно потряс меня за плечо.

— Что?

— Мы приземлились на станции для воздушных шаров. Мне надо немного вздремнуть. Тут гостиница. Заодно поедим, как следует. А еще можно помыться. Я уже снял для нас два номера.

— Х-х-хорошо, — пробормотала я. — Надеюсь, в эту гостиницу можно с котами?

— Не уверен, девочка. Лучше спрячь хвостатого в сумку. Надеюсь, он умеет сидеть тихо.

Надо было видеть морду принца, когда я сажала его в рюкзак. Ух, сколько укора сквозило в желтых глазах. Но он не сопротивлялся. Понимал, что иначе придется торчать посреди ночи на улице, а это куда неприятнее. Да еще и опасно, ведь в отдалении раздавался собачий лай. Такая мелочь псам на один зуб.

Трехэтажная деревянная гостиница встретила умопомрачительный запахом свежего мяса, ведь прямо к холлу примыкал зал ресторанчика. Но за стол мы сели не сразу. Гилл решил, что сначала хочет принять душ, да и мне, по его мнению, стоило оставить котенка в номере, а не держать в рюкзаке, иначе поднимет крик. Пришлось согласиться, не докажешь же, что мой питомец не идиот. Гад, да. Этого не отнять. Но себя любимого под удар не подставит.

— Будешь паинькой, принесу немного еды, — пообещала я, выпуская принца из рюкзака.

Номер оказался небольшим, а кровать слегка продавленной. Но зато к комнате примыкала персональная ванная, и белье приготовили чистое.

— Мяу! — возмутился принц. И шлепнул лапой по рюкзаку.

— Что? Не понравился транспорт? — усмехнулась я.

Но он повторил движение и мяукнул громче прежнего.

— Алфавит достать? — догадалась я.

Принц-котенок засуетился, чем подтвердил мою догадку.

— Ладно, поиграем в буковки, — усмехнулась я, извлекая из рюкзака тетрадь.

Заодно проверила красный цветок в надувшемся пакете. Выглядело наше сокровище хорошо. Будто только сорвали. Видимо «упаковка» впрямь работала над его сохранностью.

— Ну, и что ты мне хотел сообщить такого важного? — спросила я принца и раскрыла тетрадь.

Мы потратили минут пятнадцать, но фразу составили-таки. Она гласила: «Будь осторожна. Слишком легко всё идет».

— Легко? — я закатила глаза. — Да нас чуть волки не сожрали. А еще я ноги натерла, топая между гор. Ты-то на моем плече ехал.

— Мяу! — возмутился он и снова потянул лапу к буквам, но я закрыла тетрадь.

— Прекрати нагнетать. Иначе точно сглазишь, и проблемы посыплются, как из рога изобилия. Если думаешь, что Гилл задумал недоброе, то глубоко ошибаешься. Я чувствую: он — хороший человек. Вот в тебе я с первой минуты сомневалась. И была права.

— Мяу! — глазищи котенка вспыхнули, но я не обратила внимание. Рванула к двери, а которую как раз постучали.

Это оказался Гилл, готовый к ужину.

Надо ли говорить, что я набросилась на еду, будто голодала месяц. Мясо была жестковатое (видимо, само по себе, а не из-за неправильного приготовления), гарнир из необычной крупы и довольно пресный, а салат из непонятных ингредиентов. Но меня ничего не смущало. Этот набор точно лучше кошачьего корма из рюкзака.

— Здесь отлично готовят, — проговорил Гилл. — Вкуснее, чем в любом ресторане моего города. А мясо какое мягкое!

Мягкое? Я вытаращила глаза.

Впрочем, в каждом мире свои понятия о тех или иных вещах. Лучше даже не пытаться спорить, а принимать, как данность.

— Эй, Гилл! — окликнул моего нового знакомого другой бородатый мужчина, вошедший в зал. — Видел твой шар на стоянке, обрадовался, что свидимся!

— И правда, большая радость, Торн! — Гилл вскочил и кинулся обниматься с вновь прибывшим, а потом подскочил ко мне: — Это мой старый приятель. Пойду, пообщаюсь с ним. А ты доедай ужин. Деньги уплачены. А потом возвращайся в номер. Утром я тебя разбужу.

— Хорошо, — я кивнула и проводила Гилла с приятелем взглядом. А потом принялась за пирог со сладкой фиолетовой начинкой, запивая его мутноватым вроде как чаем.

Доев, собралась было подняться в номер, но ко мне подсела женщина, обслуживающая клиентов.

— Ты родственница Гилла? — спросила негромко.

— Нет. Просто попутчица, — ответила я, не очень понимая, правильно ли поступаю, разговаривая с незнакомкой. — Мы в один город направляемся.

Женщина огляделась, будто опасалась, что нас подслушают, или вернется Гилл.

— Будь с ним осторожна. Ты совсем девочка, а он…

— Что он? — спросила я, когда нечаянная собеседница замолчала на полуслове.

— Не знаю, — дала она странный ответ. Но тут же затараторила негромко: — Раньше неплохой мужик был. Людей перевозил на шаре своем. А еще в турнирах участвовал в свободное время. А теперь, говорят, в порту корабли разгружает. А в выходные летает над горами. Без груза, без пассажиров. Туда-сюда. Что делает, никто не понимает. А коли спрашивают, сердится. Удивительно, что он тебе позволил с собой лететь. Я бы на твоем месте дальше другой способ путешествия нашла. А Гилл пусть один отправляется утром.

— И какие еще есть варианты путешествия? Другие воздушные шары? Мне нужно в Сизую пристань.

— Шаров в ту сторону в ближайшие дни точно нет. Но можно дойти до станции повозок. Примерно день пути. Утром выйдешь, к вечеру там будешь. Если найдешь повозку, которая в нужном направлении едет, через трое суток доберешься до места.

— А если полечу с Гиллом, через сколько времени окажусь в Сизой пристани?

— Завтра к вечеру, — призналась женщина неохотно. И тут же добавила: — Но безопасность тебе никто гарантировать не сможет. Знаешь, обычно я не лезу не в свое дело. Но ты совсем дитя. Не хочется, чтобы сгинула.

— Спасибо, что предупредили, — поблагодарила я, а едва женщина отошла, тяжко вздохнула.

И