— Для Шаманского стола?

— Для всего города по новому контуру.

Фомир склонился над столом.

— А здесь? — он указал на центр. — Почему на схеме пустое пространство?

— Это центр города, тут будет здоровенная площадь Свободы и Пантеон, — ответил я. — Пантеон Всех Богов.

Взгляды скрестились на мне. В этом мире боги были ревнивы. Строить храм всем никому в голову не приходило. Пантеон был понятием, но не зданием.

— А что скажут боги? — спросил Фаэн. Спросил, надо сказать, самый отважный, конкретно тот, кто как мне кажется, на богов плевать хотел.

— Ну, давай упростим ситуацию, так уж вышло, что я самую малость с одной из них общался, идея не вызвала у них сопротивления. Больше скажу, я Пантеон кое-кому обещал.

На меня посмотрели сразу все, особенно Альд. Мои-то знали, что я имел несколько разговоров с богами. Для Альда это была новость, которая повышала мой авторитет ещё выше.

— У нас много рас, — пояснил я. — Орки молятся Григгасу — богу, который умер и возродился во гневе из жерла вулкана. Гномы — почитают Дикаиса и Скафса. Эльфы молятся, если они вообще имеют такую привычку — Хиккаю. Люди-крестьяне — Лаяксу и Сфемате. Рыцари и воины — Полмосу, молодежь — Индо, мореходы — Тотусу, и Анае. И я в гробу видал религиозные споры и драки на своих улицах. Пантеон — это знак огромного уважения всем богам. Насколько я понял, четырежды разные короли в разные времена вели речь о строительстве Пантеона и ни разу он не был построен. А мы, Порт-Арми, Штатгаль, народы Газарии, мы лучше всех, сильнее, умнее, талантливее. Мы построим. Принято гордиться достижениями и деяниями прошлого и это правильно. Но мы сейчас сотворим такое, что наши потомки будут гордиться тем, что мы сделали.

Я продолжил руководить самопровозглашённым картографом.

Расширение бухты. Длинные молы, уходящие в море, как клешни краба. Глубоководный порт, способный принять не только существующие корабли, но и те, которые построят в будущем и этот порт защитит их от любого шторма.

Поговорив в пути к Газарии с капитаном флагмана, я многое узнал. В том числе о том, за что капитаны готовы платить звонкую монету. За что не любят королей, почему морское братство легко принимает представителей любых рас и в то же время формирует отдельную от государств — культуру и этнос.

Как и Газария, черт возьми!

Мы дадим им доки, ремонт, склады, дадим беспошлинную разгрузку/перегруз, дадим бухту, резиденцию под профсоюзы. Дадим лечение и страхование, а так же право менять в порту флаги, потому что морское братство зачастую мухлюет и с названиями судов и собственными статусами.

Район порта будет перестроен, все сарайчики, мусор, зоны провалов грунта будут убраны, возведены геометричные склады, поставлены пирсы с механическими кранами.

Промышленные зоны, вынесенные за черту жилых кварталов, акведук, ведущий в порт, чтобы вволю заправлять суда водой.

Широкие проспекты, чтобы по ним могли пройти не только телеги, но и фаланги пехоты, если такое понадобится.

Это будет город-порт, город-завод, город-крепость.

Альд смотрел на чертёж как на приговор:

— Ваша Светлость… Это десятилетия работы. И миллионы золотых. Наверное.

— Ну, не прямо миллионы. Золото есть, рабочие руки есть, стоит задача это всё организовать.

Я выпрямился, указывая на окно:

— Это то, о чём я говорил в плане задач для Хрегонна. Сотни гномьих бригад, сотни человеческих бригад. Дисциплина на случай бунтов. Все доступные гильдии, сообщества в городе, строительные бригады и ресурсы. Работы будет много, много денег, еды, стройматериалов и так далее. И процесс вовлечёт те десятки тысяч беженцев за стенами. Они хотят есть. Они хотят безопасности. Мы дадим им работу. Тяжёлую, но высокооплачиваемую. Работа, питание, защита, и перспектива поучаствовать в создании нового города.

— Трудовые лагеря? — уточнил Новак.

— Да, в некотором роде, — согласился я. — Дисциплина, работа, лечение, питание.

— А если кто-то откажется? — хмыкнул Фомир.

— Розги, зиндан и виселицы. В принципе, мы никого не заставляем работать, но бунты и преступность будут подавлены с жестокостью. Альд, у нас есть судьи?

Премьер-министр кивнул.

— Это хорошо, у них будет полно работы.

* * *

Через четыре дня после прибытия в Порт-Арми я направился в горы Быки.

Эта часть региона была стратегически важной. Во-первых, Газария была полуостровом и горы — пространство примыкания к континенту. Проще говоря, когда (или если, но я всё же склонен думать про «когда») армия врага попрётся на нас войной, то мы её увидим именно на горных дорогах в районе Быков. Дорог две и в обоих случаях в самых верхних участках я запланировал построить крепости-опорники с двойным назначением. А именно — контроль торговых караванов, в том числе колодцы, большие помещения, чтобы укрываться от стужи, мастерские для ремонта и прочее — в общем, населённые пункты поддержки торговли. Но более для меня важная функция — военная.

Конечно, одиноко стоящий форт не способен остановить армию, но он способен её задержать, обстреливать при проходе, заставить бросить часть сил на осаду, а также этот обособленный гарнизон предупредит Порт-Арми о вторжении.

Но в целом, проблемы для потенциальных врагов должны создать носители дружелюбия и доброжелательности — лесные орки.

Лесные орки прибыли сюда кораблями, неравномерно, группами и семьями и конечно же, тут же создали проблемы.

Мы стали лагерем на плато и кроме воинов Штатгаля тут были полторы тысячи союзников. Орки, которые уже пролили кровь друг друга и готовы были, вместо того чтобы жить в горах, умереть тут.

Я сидел в походном шатре и чинил суд, разруливая проблемы орочьих кланов.

— Итак, Ур-Ган, вождь туманной долины, в чём твоя проблема?

— Как в чём, Владыка⁈ — пророкотал вспыльчивый орк. — Эти ублюдки из клана Ночных крикунов захватили нашу долину и не хотят уходить.

— Что скажет мне Гройшилт Зоркий? — обратился я к другому вождю.

— Мы прибыли в Зелёную долину раньше на день, это наша долина и крысам из Туманной долины мы своё не отдалим! — оскалился он.

Были видно, что кланы уже успели и поспорить, и подраться, а потом снова поспорить.

— Уважаемые вожди! — поднял руку я. — В другой ситуации я бы просто предложил кинуть жребий. Но, во-первых, оба ваших клана сильны и многочисленны, не стоит оставлять их в роли притеснённой стороны. Во-вторых, ничто так не объединяет, как общий враг.

До последнего слова орки косились друг на друга, откровенно скаля клыки. Они оба были истинные лесные орки и даже приходились друг другу дальней роднёй, что не мешало им желать друг другу смерти.

— Враг? У нас есть враг? — удивился