до тебя дотянется, никакие шотландцы не спасут. Ему нужен Кураев, а Кураеву нужна ты, и он своего добьётся. Отец Томмазо говорил, что у него при дворе свои люди, я не знаю кто, но как только они поймут, что моя миссия не удалась, начнут действовать. Понадобится — вытащат тебя из спальни дофина. Хочешь ты того, нет, но будешь снова сидеть в том подвале и слушать комментарии Кураева, и не факт, что на эшафоте будешь стоять не ты.

Катрин выпрямилась, руки потянулись к декольте затягивать шнуровку.

— Какая же ты сволочь, Стригин. Вот прям сволочь! Правильно я сделала, что бросила тебя… И что теперь делать? Бежать? Но куда? Мы собираемся в Гренобль, говорят, там горы. Или в Италию, а? Или дальше? Стригин, что ты молчишь, отвечай!

Я дал ей время проораться, потом успокоиться и только после этого сказал:

— Нужно поговорить с дофином. Без чужих. Есть кое-какие намётки. Если всё получится, то может и бежать никуда не придётся. Устроишь встречу?

Катрин встала, одёрнула платья и направилась к двери.

— Будь ты проклят, Стригин… Ладно, скажу Карлу. Соберём совет… Умеешь ты настроение испортить.

Глава 19

Она ушла.

Я не стал её провожать, там на кухне достаточно провожатых. Когда они уходили, то опрокинули котёл и разбили несколько горшков. Словно слоны. Зато заходили мышками… Ладно, сейчас не об этом. Сейчас все мысли об отце Томмазо. Получается, что он хочет моей смерти, хочет сам вселиться в моё тело и жениться на Марго. Оно и понятно, Марго наследница королевской династии. Сама она по той же Салической правде прав на трон не имеет, а муж её тем паче, но как знать, какие пазлы соберутся в будущем. Можно так всё повернуть, что ни одна шавка не тявкнет. Требуются хотя бы очертания законности, а уж бастарды восходили на трон, и не единожды. Англию Николай Львович, как выяснилось, под себя уже подмял, на очереди Франция. Объединившись, эти территории образуют такую силу, что смогут диктовать условия всем остальным. Мечта отца Томмазо о мире добра и порядка обретёт чёткие очертания. Вот только куда это добро потом направится?

Не доверять рассказу Катрин оснований нет. Это не подстава и не попытка втянуть меня в какую-то аферу, а значит, отец Томмазо реально намерен заменить меня в теле Сенегена. Пока что он не знает, что я знаю, и этим надо пользоваться. С его стороны серьёзная ошибка отправить меня в Шинон. На что он рассчитывал? Что я уговорю Катю встретиться с ним и при этом мы друг друга не узнаем? Я бы не узнал, согласен. Но Катрин варится в этой попаданческой каше пятнадцать лет, глотала её и с перцем, и с солью и не только ложками, поэтому знала, кого искать и как. И узнала… Нужно вычислить людей отца Томмазо и по-тихому убрать. Ни к чему нам здесь его глаза и уши. Поручу это… Кому? Гриму. Неплохой из него шпион получился, вот пусть и продолжает…

За дверью снова послышались шаги. Кто на этот раз? Я потянул ручку на себя, открыл… Марго? Мы столкнулись лицом к лицу, и от неожиданности она отпрянула.

— Я думала, ты спишь.

— Сплю? Нет. С чего?

— Ночь.

— А, в этом плане… Нет, я… ждал тебя…

— А дождался Катрин?

— Что? Нет! Погоди…

Я схватил её за руку, хотя она и не собиралась уходить. Мягко высвободившись из моего захвата, она спросила:

— Вольгаст, ты что-то скрываешь? Я видела, как она входила сюда. И очень долго не выходила, — и добавила в сердцах. — Карла и Тремуя ей мало!

— Ты не так всё поняла, я объясню…

Чёрт, разговор как из дешёвой мелодрамы. Сейчас она развернётся, уйдёт и долгих сто серий мы будем идти к счастливому финалу. Но мне не нужны сто серий!

— Катрин… э-э-э… Марго… Прости, я…

— Оговорился, ясно. Значит, она всё-таки приходила к тебе? — Марго заглянула в комнату. — Постель смята, но не сильно, да и ты не выглядишь запыхавшимся. О чём вы говорили?

— Мы? А-а… Послушай, Марго, между нами ничего…

Опять этот бесконечный сериал, мать его!

— Ну конечно ничего, — улыбнулась Марго. — Ты испуган, но не потому, что тебя поймали, а потому что боишься, что не поверят. Так о чём вы говорили?

Я закивал:

— Говорили, да. Я… Я попросил устроить встречу с дофином… В общем, не знаю, как ты это воспримешь, но…

Сказать, не сказать, сказать, не сказать? Я доверяю ей. Я обязан доверять, потому что она…

— Мне кажется… нет, я уверен… да, уверен, в том, что отец Томмазо… на стороне англичан. И я хочу… встать на сторону дофина и… предложить свои услуги… влиться в его армию, чтобы…

Марго приложила палец к моим губам.

— Не волнуйся так, Вольгаст. Я услышала тебя. Отец Томмазо на стороне англичан? Я думала об этом. Странно, что наши мысли совпали, но… Мой вопрос в другом. Это Катрин пришла к тебе, а не ты к ней. Чего она хотела?

Чего хотела, чего хотела… Как ей поведать, что я не из этого времени, что моё настоящее в далёком будущем, и в том будущем мы с Катей были знакомы, даже встречались и вот теперь снова встретились. Услышав это, Марго рассмеётся. Назовёт меня дураком в лучшем случае и перестанет относится серьёзно. Но…

— Чего хотела? Ну-у-у… Мы, как тебе сказать… Мы… Только это между нами, хорошо? Мы родственники…

— Что?

Я воспрял. Мысль об этом пришла только что, внезапно, я ухватился за неё и потянул.

— Представляешь? Мы родственники. Дальние. Её дед, Жан де Бюэй, и мой дед по отцу — братья. Троюродные.

— Жан де Бюэй? — наморщила лоб Марго. — Я что-то слышала о нём, мастер над арбалетчиками кажется в прошлом. Написал трактат по военному делу… И вы вот так по-родственному решили вдруг пообщаться?

Я выдохнул, Марго проглотила ложь. Нехорошо обманывать любимых, но уж лучше так, чем прослыть сумасшедшим.

— Да я и сам не знал, что мы, хм, родственники. Это госпожа Катрин как-то выяснила и решили навестить меня.

— Ночью.

— Ну, чтоб никто не увидел. Сама понимаешь, кто она и кто я.

— А кто она?

— Она? Господи, ты такие вопросы задаёшь.

— Ты не умеешь лгать, Вольгаст. Ладно,