— Хорошо. Полетим в Милан. На следующих выходных.

— Правда⁈ — Алина просияла и расцеловала его в обе щеки. А потом ненадолго прижалась к его губам своими. — Я знала, что ты меня любишь! Ну всё, я побежала. У меня скоро примерка… Вечером увидимся?

— Постараюсь.

— Не постараюсь, а точно! — погрозила она ему пальчиком. — Иначе я обижусь. По-настоящему.

Алина развернулась и, сверкнув в сторону Нади ослепительной улыбкой, упорхнула из приёмной, оставив за собой шлейф дорогого парфюма.

Борис Николаевич проводил её взглядом, и на его лице снова появилась обычная суровость.

— Если она ещё раз придёт во время переговоров, предупреждайте заранее, — бросил он Наде. — Чтобы я мог выйти до того, как она ворвётся.

В смысле? А не именно это она и сделала? Кажется, сейчас на неё наехали и сделали это необоснованно. И наехал тот, от кого она меньше всего ждала.

— Да, Борис Николаевич, — пробормотала Надя, чувствуя, как внутри всё сжимается в комок от жгучей обиды.

Босс вернулся переговорную, а Надя осталась наедине с невесёлыми мыслями.

Алина. Красавица. Богатая, успешная, уверенная в себе. Женщина, ради которой Борис Николаевич готов бросить важные переговоры. Женщина, которая заставляет его улыбаться.

Надя посмотрела на своё отражение в тёмном экране монитора. Обычное лицо, обычная причёска, обычное платье из массмаркета. Рядом с Алиной она выглядела как… как бухгалтер рядом с кинозвездой.

Даже не мечтай, — мысленно сказала она себе. — У тебя нет шансов. Вообще. Никаких.

Глава 5

Телефон снова зазвонил, вырывая её из грустных размышлений.

— Приёмная генерального директора, — автоматически произнесла Надя.

— Надежда? Это Ирина Петровна. Мне нужно срочно увидеться с Борисом Николаевичем. Через пять минут подойду.

— Он на встрече…

— Встреча скоро закончится. Я знаю, сколько времени они обычно длятся, — в голосе Ирины Петровны сквозила плохо скрытая раздражённость. — Жди меня, уже иду.

В трубке послышались гудки, а Надя почувствовала приближение катастрофы. И что ей следует предпринять?

Ровно через пять минут, когда переговоры действительно закончились и довольные партнёры покинули переговорную, в приёмной появилась Ирина Петровна. Сегодня она была в чёрном брючном костюме, волосы убраны в строгий пучок. На лице боевая раскраска, которая даже немного напугала Надю.

— Борис Николаевич свободен? — тон главной кадровички не предполагал отказа.

— Да, но…

— Отлично! — Ирина Петровна направилась к двери кабинета.

— Подождите! — Надя вскочила к двери в кабинет босса первая. — Он просил предупреждать о визитах!

— Милая моя, — Ирина Петровна обернулась, и в её взгляде читалось нечто хищное. Надя струхнула ещё сильнее. — Я начальник отдела кадров. Мне не нужно предупреждать. У меня есть вопросы по персоналу, которые не терпят отлагательств.

— Но Борис Николаевич…

— Борис Николаевич меня поймёт.

Она довольно грубо отодвинула Надю плечом и решительно распахнула дверь.

Надя замерла, не зная, что делать и как вести себя. Вмешаться? Позвонить? Броситься грудью на амбразуру?

Из кабинета донёсся холодный голос Бориса:

— Ирина Петровна. Я не помню, чтобы назначал вам встречу.

— У меня срочный вопрос…

— Все срочные вопросы решаются через мою секретаршу. Надежда! — зычно позвал он.

Надя на ватных ногах вошла в кабинет. Волков сидел за столом, Ирина Петровна стояла посреди комнаты с папкой в руках.

— Да, Борис Николаевич? — пискнула Надя.

— Кажется, я давал вам инструкцию никого не пускать без предупреждения, — взгляд его сейчас был холоднее льда.

— Я пыталась предупредить, но Ирина Петровна…

— Всё понятно, — перевёл он взгляд на начальницу отдела кадров. — Ирина Петровна, договоритесь с Надеждой о времени встречи. Сейчас я ОЧЕНЬ занят.

— Но Борис Николаевич! Это займёт не больше пяти минут!

— Через секретаря! — отчеканил он. — Надежда, и это касается всех. Без исключений, — припечатал он Надю взглядом.

Ирина Петровна заметно побледнела. В глазах её мелькнула обида, злость, что-то ещё, что Надя не успела распознать.

— Хорошо, — процедила она сквозь зубы. — Надежда, запишите меня на завтра. На любое время, когда Борису Николаевичу будет удобно.

Она вышла, не попрощавшись, шарахнув на последок дверью. Каблуки её ещё какое-то время гневно и гулкостучали по паркету.

Надя осталась стоять посреди кабинета, чувствуя себя виноватой. Борис Николаевич посмотрел на неё.

— Вы всё правильно сделали. Если бы пустили без предупреждения — это было бы нарушением инструкции.

— Но я и пустила, она очень настаивала…

— Знаю, но вы ведь старались её не пустить? — пытливо смотрел на неё Волков.

— Конечно, старалась! — вспыхнула Надя.

— Значит, вы всё сделали правильно, — повторил он. — Надежда, поймите… — он откинулся в кресле, позволяя себе расслабиться — часть вашей работы — быть щитом между мной и людьми, которые хотят моего времени и внимания. Я плачу вам не за то, чтобы вы всех пускали, а за то, чтобы фильтровали. Ирина Петровна… — он помолчал, подбирая слова. — У неё есть привычка появляться не вовремя. Я бы даже назвал это талантом, — усмехнулся он. — И часто она приходит по личным вопросам, не по работе. Я понятно изъясняюсь?

Надя медленно кивнула. Кажется, она начинала понимать.

— Я всё поняла. Больше без согласования с вами её не впущу в ваш кабинет. И я поняла, как это важно.

— Вот и хорошо, — устало вздохнул он. — Идите. И спасибо.

Надя вышла из кабинета, чувствуя странную смесь облегчения и тревоги. С одной стороны, босс её поддержал. С другой — кажется, она только что нажила врага в лице Ирины Петровны.

Отличное начало карьеры, — мысленно усмехнулась она. Эдак через неделю её возненавидит весь офис.

Остаток дня прошёл на удивление спокойно. Ирина Петровна больше не появлялась, Алина не звонила, Борис Николаевич был погружён в работу.

К шести вечера, когда Надя собиралась уходить домой, босс вышел из кабинета.

— Завтра у меня выезд на объект. Утром в восемь. Поедете со мной.

— На объект? — переспросила Надя.

— Именно это я и сказал. Строительная площадка на Рублёвке. Надевайте что-нибудь удобное. Там грязь, пыль, каски. Туфли на каблуках оставьте дома.

— Хорошо, — кивнула Надя, мысленно перебирая свой скромный гардероб в поисках «чего-нибудь удобного».

— Увидимся завтра, — он взял портфель и направился к выходу.

Надя смотрела ему вслед и думала о том, что завтра проведёт с ним целый день. На строительной площадке. Вдвоём.

Воображение тут же нарисовало картинку: они идут по объекту, он что-то объясняет, жестикулирует, а она внимательно слушает, кивает, делает пометки. Солнце освещает его лицо, ветер треплет волосы… Он поворачивается к ней, улыбается той самой улыбкой, тёплой, чуть насмешливой, и спрашивает: «Ну что, Надежда, впечатляет?» А она отвечает что-то умное, профессиональное, и он смотрит на неё с уважением, с интересом, и…

Стоп. Стоп-стоп-стоп.

— Не вдвоём, — вслух одёрнула себя Надя,