Барон резким кивком указал на официанта, который доставлял заказ к соседнему столику. Корбун прищурился и принялся сверлить взглядом спину официанта. Мой магический дар тихо завибрировал, предупреждая об опасности. Я почувствовал всплеск ментальной магии.

Движения официанта замедлились. Не дойдя двух шагов до соседнего столика, он остановился и медленно повернулся к нам. Я увидел его остекленевший взгляд. Серебряный поднос выскользнул из его рук и с грохотом упал на пол. По залу разлетелись осколки фарфора, люди за столиками замолчали и оглянулись на нас.

— Видите? — самодовольно спросил Корбун. — Теперь он полностью в моей власти. Я могу приказать ему что угодно, и он выполнит всё. Не станет задумываться или рассуждать. Вот что такое сила!

Барон вальяжно откинулся на спинку стула.

— Хотите, я прикажу ему раздеться и плясать голым? Это будет забавно.

Корбун снова бросил взгляд на официанта. Руки несчастного сами собой потянулись к вороту и медленно растегнули пуговицу рубашки.

— Саша, я не хочу на это смотреть, — сказала Лиза.

Её голос звенел от напряжения.

— И не нужно, — согласился я. — Ментальной магии очень просто противостоять.

Я поднялся из-за стола, подошёл к официанту и громко хлопнул в ладоши прямо у него над ухом. Вместе с хлопком я высвободил немного магии — это было похоже на дружеский толчок в плечо.

Официант вздрогнул и пришёл в себя. Он растерянно переводил взгляд с моего лица на поднос, который валялся у его ног.

— Прошу прощения, ваша милость, — пробормотал он. — Что-то мне нехорошо.

— Идите на улицу и отдышитесь, — посоветовал я. — Только постарайтесь не простыть. О разбитой посуде не беспокойтесь, в этом нет вашей вины. Мы возместим ресторану ущерб.

Официант всё ещё был под магическим воздействием, поэтому послушно кивнул:

— Как скажете, ваша милость.

Он поднял поднос и направился в сторону кухни, неуверенно крутя головой.

А я вернулся за столик. Меня провожали любопытные взгляды — в зале «Медведя» было немало магов, которые прекрасно поняли, что произошло.

Я взял Лизу за руку, чтобы успокоить её, и с вежливой улыбкой обратился к барону:

— У вас сильный магический дар, Роман Львович.

— Это наследственное, — нехотя процедил Корбун.

Кажется, он наконец-то понял, что выставил себя в плохом свете. Но заставить себя извиниться не мог.

К нам подошёл метрдотель.

— Всё в порядке, господа? — осведомился он, настороженно глядя на Корбуна.

— Это было недоразумение, — хмуро кивнул Игорь Владимирович. — Включите разбитую посуду в наш счёт и пришлите его мне. А это передайте официанту вместе с моими извинениями.

Дед выложил на скатерть несколько золотых монет. Затем выпрямился и строго посмотрел на Корбуна.

— Думаю, сейчас самое время поговорить о делах, господин барон. Деньги любят тишину, вы слышали эту поговорку? А мы уже привлекли к себе всеобщее внимание.

— И что это значит? — напрягся Корбун.

— Я благодарю вас за предложение. Но род Воронцовых располагает достаточными средствами, чтобы вести свои дела без посторонней помощи. Был рад знакомству.

Игорь Владимирович слегка наклонил голову, давая понять, что разговор окончен.

Я с любопытством смотрел на Корбуна.

Получив отказ, барон побледнел от негодования. Но перехватил мой взгляд и сдержался.

— Разговор должен был пройти по-другому, — странным голосом сказал он. — Но всё пошло не так. Я ещё повторю своё предложение, господа, чуть позже.

Игорь Владимирович не посчитал нужным ответить — он сказал всё, что хотел. А я был занят тем, что помогал Лизе подняться из-за стола.

Моё пальто отлично вычистили — вместо дымной горечи я уловил лёгкий запах свежей хвои. Я поблагодарил гардеробщика и помог Лизе одеться.

Когда мы вышли на улицу, Игорь Владимирович хмуро взглянул на меня:

— Почему барон Корбун вёл себя так опрометчиво? Нёс всякую чушь, устроил эту дурацкую выходку с официантом. Он как будто хотел, чтобы я ему отказал.

— Или просто был не в своей тарелке, — предположил я. — Что-то у него сегодня пошло не по плану. Я постараюсь выяснить, что именно встревожило барона.

— Попробуй, — благодарно кивнул Игорь Владимирович. — У меня на душе неспокойно.

— Наверное, от голода? — с улыбкой предположил я. — Вам ведь так и не удалось нормально позавтракать. Давайте поедем к нам, Прасковья Ивановна будет рада вас угостить.

— Не могу, — с сожалением отказался дед. — Дела не позволяют. Саша, ты сможешь держать меня в курсе полицейского расследования?

— Обязательно, — пообещал я. — И сам займусь этим делом. Жаль, что наши артефакторы невольно оказались втянуты в такую неприятную историю.

О том, что к происшествию на Марсовом поле причастен Игнат, я снова промолчал. Ни к чему было тревожить деда ещё больше.

Игорь Владимирович отправился домой пешком — его роскошный особняк на Мойке находился буквально в двух шагах от «Медведя».

А мы с Лизой вызвали извозчика.

— Странно, — с удивлением сказала Лиза. — До вечера ещё далеко, а я уже устала. Это на меня не похоже.

— Слишком много впечатлений, — улыбнулся я. — Сейчас доберёмся домой и хорошенько отдохнём.

Глава 4

Удивительное дело! На этот раз предчувствие меня обмануло.

Нет, домой мы с Лизой добрались благополучно, вот только отдохнуть мне так и не дали.

Ещё из прихожей я услышал голоса наверху. А когда поднялся в кухню, то обнаружил, что у нас гостит Семён — домовой Миши Кожемяко.

Семён сидел за столом, болтая ногами — неужели у всех домовых такая привычка? А Прасковья Ивановна угощала его блинами и молоком.

— Приятного аппетита! — вежливо сказал я.

— Угумм, — отозвался Семён, торопливо жуя блин.

— Не думала я, что вы так рано вернётесь, ваше сиятельство, — огорчилась кухарка. — И Семёну сперва не поверила, когда он сказал, что вы подъезжаете. Вы же собирались обедать в городе, я и не готовила ничего.

— У нас неожиданно поменялись планы, и мы решили вернуться домой, — объяснил я. — Но если обеда нет, ничего страшного. Перекусим чем-нибудь на скорую руку.

— Даже не думайте, — строго заявила Прасковья Ивановна. — Этими перекусами только желудок портить. Дайте мне час, и обед будет на столе.

— Ради вашей стряпни мы согласны ждать хоть два часа, — рассмеялся я. — Игнат уже проснулся?

— Какое там, — махнула рукой Прасковья Ивановна. — Сопит в две дырочки. Но к обеду я его разбужу.

— Хорошо, — кивнул я. — Предупредите Игната, чтобы он пока не чистил мобиль, мне нужно его осмотреть.

Эта счастливая мысль пришла мне в голову после встречи с Леонидом Францевичем. Когда я увидел, как эксперт грузит солому в мобиль Зотова, то сообразил, что и в нашем мобиле могли остаться какие-то улики.

— Что-то случилось, Александр Васильевич? — насторожилась Прасковья