Рико поднимает руку в язвительном жесте, и я его толкаю.

— Это именно то дерьмо, о котором я говорю. Ты хоть знаешь, как притворяться взрослым? — Спрашиваю я.

— О, успокойся, босс. Я знаю, как себя вести. Это не значит, что я должен тебе это доказывать, — подначивает Рико.

Я знал, что с моим двоюродным братом будет сложнее всего наладить отношения в рамках новой иерархии. Он считает, что раз он на шесть месяцев старше, то может помыкать мной, потому что он всегда так делал. Но дело в том, что Марк дал мне эту работу. А я намного крупнее и сильнее. Ни за что на свете он не станет со мной связываться.

— Вообще-то, Рико, — вмешивается Даллас, — именно это тебе и нужно сделать. Ты не следишь за своим языком, а у нашего нового президента есть полномочия назначить тебя ответственным за чистку туалетов на следующие шесть месяцев, пока ты не научишься его уважать.

Рико усмехается.

— Гейб ни за что такого не сделает. — Затем его лицо мрачнеет, и он переводит взгляд на меня. — А ты бы сделал?

— Продолжай в том же духе, и я, пожалуй, соглашусь, — поддразниваю я.

Мы все замолкаем, когда снаружи доносится всё более громкий рёв мотоциклов. Нажав на кнопку открытия гаража, я смотрю, как медленно поднимается дверь и в проёме появляются четыре крупных, крепких байкера, слезающих со своих «Харлеев». У всех них внушительные гривы волос и такие же внушительные бороды. У троих в волосах седина, а четвёртый выглядит моложе, возможно, на пару десятков лет. Я предполагаю, что ему чуть за тридцать.

— Доброе утро, — говорю я, выходя из гаража. Мои парни стоят по бокам от меня, как и трое байкеров, окруживших своего босса.

— Ты, должно быть, Гейб, — говорит старший из четверых и явный лидер, протягивая мне руку для рукопожатия.

Я крепко сжимаю его руку.

— Джон, рад знакомству, — говорю я, глядя в его стальные глаза. Любой признак слабости может поставить под угрозу наши отношения с бостонской командой, особенно учитывая, что я достаточно молод, и гожусь ему в сыновья. — Это мой вице-президент Даллас. Это Рико, а это Нейл, — представляюсь я, указывая на каждого из них.

— Роберт, Ян и мой сын Эверетт, — говорит Джон, небрежно указывая на самого высокого члена своей команды, у которого нос выглядит так, будто его ломали столько раз, что уже и не сосчитать, затем на самого крупного, с выдающимся пивным животом, и, наконец, на самого молодого.

Эверетт пристально смотрит на меня, пока я коротко киваю, и скрещивает руки на груди, словно желая произвести впечатление.

— Может, пройдём в кабинет, чтобы поговорить? — Предлагаю я, указывая большим пальцем через плечо на комнату в дальнем углу мастерской.

Мы возвращаемся через дверь в кабинет и устраиваемся там за столом: я сажусь, а мои ребята встают у меня за спиной. Странно быть главным, представлять наше отделение. До сих пор я всегда был молчаливым стражем.

Джон устраивается в кресле напротив меня, Ян занимает место рядом с ним, как я полагаю, в качестве вице-президента, а двое других стоят ближе к двери в качестве охраны. Откинувшись на спинку кресла, Джон излучает уверенность и непринуждённость. Хотя его телосложение не такое мускулистое, как у меня или его сына, и не такое крепкое, как у Яна, его эгоизм очевиден. Я знаю, что это первая из многих встреч, на которых мне придётся проявить себя как лидер, несмотря на мой возраст. Я не против. Я получил от Марка всё, о чём просил, и намерен доказать, что достоин его доверия.

— Первая партия будет готова через неделю, — говорит Джон, и его глаза блестят. — Нам удалось кое-что сделать для этой сделки, так что работа начинается раньше. Надеюсь, вас это устроит, ребята.

Я утвердительно киваю. Нам нужна эта работа, так что я не откажусь от неё, даже если нам по-прежнему не хватает рабочей силы. Я сам сделаю эту работу, если наши новобранцы не готовы.

— Наши ребята могут привезти грузовики около полуночи, если ваша команда сможет разгрузить их.

— Мы будем там, — соглашаюсь я, наклоняясь вперёд и кладя руки на стол. — Полагаю, у вас достаточно людей, чтобы осуществить переброску, несмотря на то, что вы сообщили об этом в последний момент?

Джон несколько мгновений смотрит на меня, оценивая, прежде чем ответить.

— Мы можем выделить кого-нибудь из своих людей, — после паузы уклоняется он. — Но нам понадобятся ваши люди, чтобы помочь с разделением и переводом.

Я приподнимаю брови, не сводя с него пристального взгляда.

— Я уверен, что Марк будет не слишком рад услышать, что он получит часть своего груза. Мои люди загрузят наши грузовики, но я надеюсь, что ты планируешь прикрыть нас и перегрузить со своей стороны. В противном случае на дороге будет много контрабанды.

Рико неловко отодвигается влево от меня, но не произносит ни слова. Это хорошо, потому что сейчас мы ни в коем случае не можем позволить себе выглядеть слабыми. Джон изучает меня с едким выражением лица. Затем, без предупреждения, он разражается глубоким утробным смехом, от которого трясутся его плечи. Ян, сидящий рядом с ним, откидывается на спинку стула, самодовольная улыбка расплывается по его губам, и он скрещивает руки на груди.

— Мне нравится твой настрой, сынок, — признаётся Джон, когда его смех наконец стихает. — Я сомневался в решении Марка выбрать такого молодого президента для этой «главы», но теперь понимаю, почему он так поступил. Ты отлично справишься.

Я спокойно принимаю этот комплимент. Я прошёл его испытание. А теперь, может быть, мы перейдём к делу.

— Я уверен, что мы с тобой поладим. Но меня зовут Габриэль. Я не твой сын.

Блеск в глазах Джона говорит о том, что он не принимает моё замечание на свой счёт. Вместо этого он слегка кивает и наклоняется вперёд в своём кресле.

— Хорошо. Я уверен, что смогу собрать достаточно людей для своей части сделки. Тогда во вторник в полночь на верфи Уитфилда.

— Договорились.

Остальная часть встречи проходит гладко, похоже, Джон принял мою позицию в нашей новой системе и иерархии. Честно говоря, я удивлён, что всё прошло так гладко, хотя я знаю, что мне придётся снова и снова доказывать свою состоятельность, пока моё имя не станет таким же известным, как имя Марка в «Сынах дьявола».

Когда Джон и его люди уходят, Нейл тихо присвистывает и хлопает меня по плечу.

— Хорошее первое впечатление. Чёрт, я думал, Джон что-нибудь предпримет, когда