Когда мне было семнадцать, так начиналось наше общение. Встречи по ночам возле окон. Мне давно не семнадцать, ему давно не двадцать пять. И пора бы забыть историю, связывающую нас когда-то.

Зачем я только согласилась приехать на целый месяц в это забытое Богом место? Не имею ничего против города, который стал мне родным за время учебы в выпускном классе, но все ощущается, как шаг назад. Все бегут от прошлого и идут вперед, а Стейси…

Слов нет от самой себя.

– Дьявол! – выдыхаю я, делая шаг в сторону и скрываюсь за стеной.

В комнате Ригхана вновь загорается свет. Я перестаю контролировать дыхание, когда это происходит. Трясущимися пальцами подношу к губам сигарету и пытаюсь прийти в чувства. Мое окно остается открытым. Если Кайден подойдет к своему, то заметит распахнутое мое.

Как же невовремя мне приспичило прикурить! Я не хочу с ним пересекаться. Никак! Тем более обнаженная. Тело его любимой Стейс изменилось с тех пор, как он трогал меня четыре года назад. Грудь увеличилась в размерах, став более набухшей. Попа преобразовалась, сделалась сочнее, а ноги длиннее. Изгибы тела плавно подчеркивали все, чем наградила природа.

Я выглядываю из-за угла и пугаюсь, когда вижу распахнутое окно Ригхана в ответ. Мужчины нет, а значит у меня есть время. Тушу сигарету о пепельницу, стоящую на подоконнике, второпях закрываю окно и пулей лечу в кровать. Я накрываюсь с головой одеялом и тяжело дышу.

Сложно успокоиться, когда бывший теперь знает о моем возращении. Кажется, этот декабрь в Ванкувере станет для меня адом.

***

– Стейси, ты здесь? – из-за двери слышится детский голос.

– Терри, ты можешь войти.

В проеме появляется светлое гнездо из волос. У моего младшего брата копна на голове. Кажется, он тоже только проснулся, раз Сара не успела привести его в порядок.

– Привет.

Терри бежит к моей постели вместе со своим одеялом.

– Привет!

Я помогаю ему взобраться на кровать и двигаюсь, чтобы ему хватило место. Мальчик скромно улыбается. Он – копия мачехи. Цвет волос, голубой оттенок глаз, фарфоровая кожа, аккуратный носик ему достались от Сары. От отца Терри взял разве что хитрую улыбку.

– Папа с мамой уехали.

– Правда? – Я удивлена. Они не говорили, что оставят нас.

– Да. И я хочу есть. Ты же покормишь меня?

– А где наша домработница?

– Я ее боюсь. Давай лучше ты покормишь меня. – Голубой оттенок глаз Терри заполняется слезами.

Это еще что такое? Я не знаю, что делать с детьми, которые плачут.

– Хорошо, хорошо. Ты только не плачь. Беги в свою комнату. Я приду через десять минут, помогу тебе умыться и причесаться. Хорошо?

Младший брат кладет мне голову на грудь и тяжело вздыхает.

– Да. Я понял.

Он уходит, а я выпутываюсь из одеяла и мчусь к гардеробной, пока Терри не увидел меня обнаженной. Привычка засыпать голой никуда не испарилась. Часть моих пижам лежат в неразобранном чемодане, часть в стиральной машине. Красное кимоно – подарок Ригхана – смотрит на меня.

– Стейси… – Снова голос брата и крошечные шаги, бегущие к моей двери.

Я тут же срываю с вешалки одежду и набрасываю на себя, завязывая на талии поясок.

– Тебе принесли подарок.

– Кто?

– Внизу какая-то коробка.

Но я ничего не заказывала. Странно… У меня нехорошие предчувствия.

– Терри, ничего не трогай. Я сейчас приду. Иди в свою комнату.

Он печально опускает голову, но исполняет мою просьбу.

Я собираюсь и отправляюсь к брату. Помогаю Терри умыться, переодеться в другую пижаму – он захотел красную с Сантой.

– Любишь Рождество?

Сара как-то говорила, что это его любимый праздник.

– Да. А ты останешься с нами или уедешь?

– Останусь.

Моя работа больше не требует возвращения в Торонто, я уволилась. Решила взять перерыв и понять, куда двигаться дальше. За спасением от одиночества вернулась в родной Ванкувер. Почему родной? Да, я прожила здесь всего несколько месяцев, но это единственное место, где я чувствовала пик счастья.

Мазохизм приезжать сюда, учитывая, что клятвы в прошлом – ни при каких обстоятельствах сюда не возвращаться.

– И елку с нами будешь наряжать?

С огромной любовью обнимаю младшего и выдыхаю счастливое:

– Да.

Несколько раз за четыре года отсутствия дома папа с Сарой приезжали ко мне вместе с Терри. Последний раз мы виделись с братом около двенадцати месяцев назад, если не больше. Никогда бы не подумала, что ребенок так быстро растет. Внешне он изменился, лицо стало не таким детским. Терри стал очень болтливым, выучил новые слова и теперь терроризирует меня разговорами.

– Ты поможешь мне украсить комнату?

– Конечно.

Я беру мальчика за руку и спускаюсь по лестнице. У входа замечаю коробку, о которой говорил брат. Черная с бордовой ленточкой. Нет, только не это. Терри вырывается и вприпрыжку подбегает к подарку.

Записка: «С возращением».

– Мы не будем ее открывать. – Проглатываю ком в горле, когда в ушах снова стоит звон голоса Кайдена, зовущего: «Стейс».

– Почему? – брат с сожалением отпускает ленту, повязанную на коробке.

Потому что подарок от ненавистного мужчины. Но так я не скажу четырехлетнему ребенку. Приходится обманывать:

– Это от моего друга.

Терри не дает мне договорить:

– Ты злишься на него?

– Да, – я нервно потираю шею и ногой отодвигаю коробку. Открываю уличную дверь, выталкиваю подарок Кайдена на улицу. Записку рву и выбрасываю в помойное ведро. Там ему самое место!

Плевать я хотела на то, что он прислал. Все уже потеряно. Время ушло, и к прошлому я возвращаться не стану.

Поздно…

Ты уже вернулась к прошлому, Стейс Рейвен.

За завтраком вместе с Терри я смотрю мультик, который он попросил включить. Чуть позже приезжает папа с Сарой и…

– Бабушка? – Визг брата разносится по всему дому.

Я обеспокоенно выглядываю из кухни с тарелкой в руках. Вот это новости!

– Привет.

Родители не говорили, что к нам в гости приедет мама Сары. Пожилая женщина улыбчиво здоровается со мной и зазывает к себе.

– Ты не говорила, что приедешь.

– Сюрприз удался? – ее голос с хрипотцой отзывается во всем моем теле.

Как же я рада ее видеть!

– Более чем.

– Бабуля, представляешь, а Сти к нам приехала на Рождество. Она будет с нами весь ноябрь.

– Декабрь, Терри. – Поправляю брата.

– Ой, да!

– Я тоже приехала на Рождество.

– Серьезно?

До Рождества еще три недели. У нас столько времени впереди! Я смотрю на свою семью и не могу сдержать улыбку. Бабушка обнимает папу, Сару и Терри в то время, как я наблюдаю издалека. Мне так не