меня и его. Занимайтесь своей работой, ищите его, а не копайтесь в моем белье!

— Не стоит грубить, девушка, — детектив нахмурился. — У следствия есть основания полагать, что всё случившееся на дамбе могло быть инсценировкой или спланированной акцией. У нас есть показания, что господин Бэк ворвался в штаб господина Чховена и открыто угрожал ему на глазах у десятка свидетелей. Это выглядит как попытка политического шантажа в преддверии выборов. Мы рассматриваем версию, что господин Сон Джин намеренно спровоцировал аварию, чтобы насолить семье Кан в предвыборной гонке.

Лика горько усмехнулась, и этот смех перешел в истерический всхлип.

— Подстроил? — она посмотрела прямо в холодные глаза Чховена. — Я уже говорила, как всё происходило с самого начала моего похищения! Бэк вытолкнул меня из машины, чтобы я выжила! Он спас меня от вашего сумасшедшего сына, который меня похитил и избивал. Ваш Киян душил Бэка проволокой! Вы стоите здесь, в этой палате, и смеете обвинять человека, который сейчас, возможно, захлебывается в ледяной воде, что он специально спровоцировал аварию?

Чховен лишь слегка приподнял бровь, сохраняя ледяное спокойствие.

— Улики говорят об обратном, госпожа Романовна. Мой сын пропал вместе с ним. Я ни в коем случае, не одобряю то, что натворил мой сын с вами. Но пока тела не найдены, виновным в этой аварии в моих глазах остается Бэк.

Чховен явно намекал Лики, про аварию и про смерть сына Бэка пятнадцать лет назад, говоря о том, что это якобы месть. Око за око.

— Пошли вон отсюда, — Голос Лики был тихим, но в нем прозвучала такая ледяная ярость, что детектив невольно сделал шаг назад.

Она медленно подняла голову, и Чховен Кан Хун впервые увидел в её глазах не страх жертвы, а беспощадную решимость человека, которому больше нечего терять.

— Повторите еще раз, — Лика подалась вперед, игнорируя вспышку боли в ребрах. — Вы хотите сказать, что человек, который спас меня от вашего сына-психопата, — преступник? Вы стоите здесь, в государственной больнице, и пытаетесь переписать историю, пока ваш чмошный сынок, возможно, кормит рыб на дне реки?

— Госпожа Романова, выбирайте выражения, — холодно вставил детектив, поправляя галстук. — Мы лишь рассматриваем факты...

— Факты? — Лика сорвалась на крик, от которого Миён вздрогнула. — Факты в том, что на мне — следы от побоев вашего сынули! И если вы сейчас же не уберетесь из этой палаты, я клянусь: завтра каждое СМИ в этой стране, каждый блогер и каждый ваш политический оппонент получит подробный отчет о том, как «почтенный» Чховен Кан Хун покрывает похитителя и пытается очернить человека, который меня спас.

Она схватила со столика стакан с водой и с силой швырнула его в сторону двери. Стекло разбилось вдребезги у ног Чховена.

— Убирайтесь! — прошипела она. — Ваша репутация висит на волоске, господин политик. Одно мое слово — и ваши выборы превратятся в ваши похороны. Я не Бэк, я не буду играть по вашим правилам. Мне плевать на ваши деньги и связи. Если Сон Джин погиб...

Чховен Кан Хун сузил глаза. На мгновение его маска благородства треснула, обнажив истинное лицо — хищное и властное. Он посмотрел на осколки у своих ног, затем на дрожащую от гнева девушку.

— Вы совершаете ошибку, — тихо произнес он. — Эмоции — плохой советчик.

— Ошибка — это то, что вы всё еще здесь, — отрезала Лика, потянувшись к кнопке вызова персонала. — Детектив, выведите его, или я сейчас начну кричать так, что сюда сбежится вся пресса, дежурящая у входа.

Детектив, понимая, что ситуация выходит из-под контроля, коснулся локтя Чховена.

— Пойдемте, господин Кан. Ей нужно прийти в себя. Мы продолжим опрос позже.

Когда дверь за ними закрылась, Лика рухнула обратно на подушки. Её била крупная дрожь. Миён тут же обняла её, пытаясь согреть.

— Лика, ты с ума сошла... он же тебя уничтожит, — прошептала подруга.

— Мне уже плевать! — Лика закрыла глаза, и из-под век снова брызнули слезы. — Если Бэка нет... мне всё равно, что будет со мной. Но я не дам им очернить его имя. Только не это.

Миён осторожно поправила одеяло Лики, стараясь не задеть свежие ссадины.

— Знаешь, — Миён покачала головой, — ты просто отчаянная. Нахамить самому Чховену Кан Хуну... Я думала, у меня сердце остановится. Бэку чертовски повезло с такой красоткой. Ты за него горой, так же как и он за тебя, мне даже завидно вашим отношениям.

Лика горько усмехнулась, и эта усмешка отозвалась тупой болью в разбитой губе. Она взглянула на свое отражение в зеркале на стене.

— Красоткой? — саркастично переспросила она. — Миён, посмотри на меня. Я сейчас больше похожа на огромный одушевленный фингал с руками и ногами.

Миён не выдержала и прыснула со смеху.

— Ну, зато эксклюзивный макияж «от кутюр»! Слушай, он просто обязан вернуться. Потому что если он этого не сделает, зная тебя — ты его и с того света достанешь.

Лика слабо рассмеялась вместе с подругой, и на мгновение тяжесть в груди стала чуть легче. Миён взглянула на часы и охнула.

— Черт, мне пора бежать в универ! Лекция по международному праву, Пак меня живьем съест. А тебе, подруга, в этом плане крупно повезло. У тебя теперь официальный пропуск в мир безделья.

— Ага, — слабо подмигнула Лика, — лучший способ прогулять пары — это вылетить из машины на скорости и пробороздить асфальт мордой вниз. Пять звезд, не рекомендую, но работает безотказно.

— Дурочка, — Миён крепко, но осторожно обняла её. — Отдыхай. Я приду завтра с нормальной едой, больничная каша — это преступление против человечества.

Когда дверь за Миён закрылась, палата погрузилась в тишину. Лика откинулась на подушки и закрыла глаза. Перед внутренним взором тут же всплыло лицо Бэка в тот последний момент: вздувшиеся вены на лбу, багровое лицо и этот отчаянный, полный любви и боли крик:

«ПРЫГАЙ!».

«Пожалуйста, Бэк... — взмолилась она про себя, сжимая край простыни. — Ты не можешь просто исчезнуть. Ты обещал, что мы будем вместе. Вернись ко мне. Выплыви, выживи, доползи... только не оставляй меня одну в этом мире без себя».

Под мерный писк приборов Лика сама не заметила, как провалилась в тяжелый, тревожный сон. Ей снилась темная вода и чьи-то руки, тянущие её вниз.

Спустя несколько часов её разбудил резкий звук — колесо чего-то металлического задело дверной косяк. Лика вздрогнула и открыла глаза. Дверь в палату была открыта. В предвечерних сумерках она увидела силуэт в инвалидном кресле.

Глава 36

Глава 36

— Вы... — Лика попыталась привстать, но Ари остановила её слабым