наконец сдаётся она, а следом на Агнес глядит обиженно так. Да, старшая сестра опять не встала на её сторону… — Странно! Сначала вы пропадали непонятно где целых полдня, а теперь вдруг стали лучшими друзьями? Не верю! Тут что-то не…

— Сестрёнка, перестань сердиться, что мы тебя не позвали? — парировала младшенькая.

— Даже если бы позвали, я бы не пошла!

— Мариана! — властный голос разнёсся по гостиной, и всем стало крайне неуютно. Это король надеялся пресечь распри дочерей — наивный. Если Мариане хочется поругаться, она повод на ровном месте найдёт.

— Ну что сразу Мариана, — шипит змеёй, а недовольство в глазах огнём полыхает.

— Ри-и-и-к, — ладонь Агнес легла на плечо, а сама девушка повернулась к нему — и опять эта улыбка… Невинная… — Знаю, что ты с Мари не ладишь, но прошу, давайте хотя бы поужинаем мирно. Мари, Рикардо — мой друг… Будь к нему чуточку снисходительнее… Вы оба мне дороги.

Вилка вывалилась из рук короля, со звоном шлёпнулась на пол, но монарх даже не шевельнулся. Взгляд прилип к дочери — растерянный и недоуменный. Младшенькая тоже не поленилась и высунулась на Агнес поглядеть.

Кронпринцесса подала́сь в миротворцы? Судя по лицам, она — вторая зачинщица скандалов во дворце.

Наверное, завтра Витанию снегом заметёт.

Лакей сменил приборы. Король кашлянул и обвёл троицу взглядом, а глаза — сплошь подозрительные. Небось в голове ещё и мысль гуляет — не подменили ли случаем дочь.

— А чем вы сегодня занимались?

— Гуляли! — выдохнули все трое одновременно.

Король скривился.

— Папенька… Твой сад такой интересный.

Принц после этих слов невольно поморщился — спина до сих пор саднит.

— А вообще мы предстоящую гулянку обсуждали. Лаура сообщила, что приготовления почти завершены. Видел бы ты, какие она приглашения прислала? Розовые, с золотым тиснением… Мы их уже раздали…

— Вот как, — выдохнул и на Вержану покосился, пристально так, с подозрением.

— А про меня, выходит, забыли! Как любезно, очень по-сестрински! — опять влезла Мариана и на кронпринцессу воззрилась. — Агнес, а ты что молчишь, будто и не видишь меня вовсе!

— За ужином я хочу уважить отца и провести время в приятной обстановке! А что касается приглашения… Ими занималась Вержана, обратись к ней.

Воцарилась тишина, снова. Звенящая, она пахла недоумением и ещё сильнее — недоверием, а в глазах высшей знати мелькнула надежда. Кронпринцесса впервые не только сестру осадила, но и мир в королевской семье сохранила.

Рик медленно выдохнул и покосился на Агнес.

«Что с ней фейри сотворили? Каких-то ужасов показали?»

Принц взял графин с вином и плеснул в бокал Агнес.

— Прекрасные слова, — вымолвил и невзначай сунул ей посудину с напитком в ладонь. — И я несказанно рад, что между вами с Вержи налаживаются отношения! — а затем цокнул своим бокалом о её и пригубил.

Агнес последовала его примеру.

Один только король своим видом напоминал тучу, притом гремучую. Сиди гадай, когда разразится гром.

Наконец принесли закуски. Нюх уловил знакомый с детства аромат: копчёный, чуть сладковатый запах хамона и маслянистую свежесть оливок.

Рикардо кивнул слуге и перехватил инициативу в свои руки. Пододвинул ближе доску с хамоном — тонкие, почти прозрачные ломти тёмно-красного мяса, тающего на языке.

— Знаете, традиция дружеской трапезы уходит корнями в далёкое прошлое. Когда знатный лорд мог признать братом простолюдина, если тот, к примеру, спас ему жизнь, — говорил Рик, раскладывая мясо по тарелкам принцесс. — Кстати, не вздумайте брать угощения вилкой — это грубое нарушение традиции! Есть можно только руками!

— Руками? — переспросила младшенькая.

Для них обоих это одновременно и вызов, и спасение из неловкой ситуации. Вержана наверняка без колебаний потянулась бы к угощению и наслаждалась бы вовсю, а воспитанные принцессы колебались.

Глава 21.1

Зато Рик с огромным удовольствием подцепил и слопал ломтик настоящего галисийского угощения.

— Ой… как остро! — охнула «Вержана», и принц поспешил налить ей сбитня.

— Ух, прям бодрит, — промолвила Агнес, даже кушая руками, она сохраняла королевскую грацию.

Рик на секунду засмотрелся.

А после усмехнулся во весь рот — голод оказался сильнее этикета.

— На закуску после хамона попробуйте оливки, — и быстренько наполнил тарелки девушкам спелыми плодами. Одну съел сам и повернулся к монарху. — Ваше величество, очарован стараниями вашего повара — оливки, фаршированные анчоусом, это угощение традиционной галисийской кухни.

— Стараемся для дорогого гостя, — натянуто буркнул монарх. Действо, что разворачивалось за столом, ему не нравилось, но он наблюдал, хотя правильнее сказать — оценивал и прикидывал последствия.

— Оливки тоже надо есть руками? — осведомилась младшенькая.

— Конечно, — кивнул Рик, искоса глянул на Агнес.

— Моя сестра ненавидит анчоусы! — ехидно изрекла Мариана, лениво ковыряя салат.

Агнес нащупала в тарелке оливку и положила в рот. Прожевала, следом на лице появилась улыбка:

— По-галисийскому рецепту они воспринимаются совсем иначе. Невероятный вкус. М-м-м, прям ещё хочется…

Жирный такой намёк! Если бы она могла видеть, он бы эти слова проигнорировал с чистой совестью, а так приходилось проявлять галантность.

— Позволишь, я поухаживаю?

— И мне, пожалуйста, — напомнила о себе «Вержана».

Рик улыбнулся — вечер перестал напрягать. Взгляды… Да пусть завидуют, сколько влезет, лишь бы состояние Агнес не заметили.

— Только не налегайте сильно, тут ещё пататас и… — Рик взял с тарелки золотистый шарик в панировке, разломил пополам. — О! Это ж мои любимые крокеты. М-м-м, тягучая начинка со сливочным сыром и кусочками ветчины, — выдохнул и первый шарик съел сам, а остальные разложил по трём тарелкам. — Пробуйте, пока горячие!

— Рик, да ты гурман! — с улыбкой заметила Агнес, а голос низкий и чарующий — аж мурашки по спине побежали.

— Главное, что не винопойца, — парировал принц добродушно и повернулся к «Вержане». А та смотрела на него оценивающе так, будто пыталась понять, подходит ли он её любимой сестре.

Принц поморщился, взял с тарелки шарик-угощение и поднёс к губам принцессы.

— Вот, держи, а то взгляд