От такой антирекламы возбудились кандидаты в депутаты правящей партии, пришедшие к нам в офис целой делегацией во главе с заместителем губернатора. И пытались организовать себе поддержку через наши две газеты, бесплатно, естественно. Насчёт «бесплатно» были сразу перенаправлены в городскую прессу.

— А наши газеты, извините, коммерческие издания. Как поработаем, так и покушаем, — подвёл итог переговоров Николай Сергеевич, наш представитель от всего пула кооперативов. После чего добавил для понимания: — Ваши конкуренты пытались создать себе рекламу без согласования с нами, получили антирекламу. Надеюсь, это послужит примером для всех. Будет желание размешать свои агитационные статьи в нашей прессе, пожалуйста, ждём. Стоимость квадратного дециметра газетного текста известна. Договаривайтесь с издательствами напрямую или подходите ко мне. Напечатаем всё, что вы напишете. Хоть о высадке на Марс. Но после предоплаты.

Именно после такого всплеска гражданской активности наши кооператоры и сотрудники стали уговаривать меня и Сергеевича объединиться и создать официальное объединение кооперативов или концерн, если будет выгоднее. На что я ответил откровенно, педантично обрисовав возможные перспективы.

— Мы с вами полностью бесправные люди. Ну, сделаем мы концерн, а завтра меня арестуют, а потом наложат аресты на мои кооперативы. И всё! До суда они не смогут заработать даже на зарплату работникам. Но все ваши предприятия и организации продолжат работать, все сотрудники продолжат получать зарплату. Все наши пятьдесят кооперативов и почти сотню предприятий арестовать сразу сложно. Как и всех владельцев кооперативов. Кроме того, в некоторых кооперативах я всего лишь управляющий. В случае ареста всегда смогу написать доверенность на управление кооперативом другому человеку. И кооператив продолжит работу. — Я взглянул на притихших сотрудников, не смотревших на кооперативы с этой стороны. Пришлось добавить: — Поэтому кооперативов у нас много и нет ни одного очень прибыльного. Все, кто хорошо зарабатывают, обязательно в нагрузку получают столовую, интернат или ещё что-либо убыточное, чтобы при аресте кого-либо из нас газеты могли написать, что после ареста кооператора Вешнякова закрылась бесплатная столовая, которая кормила две тысячи старушек. Они сейчас голодают по вине милиции и прокуратуры.

— А если арестуют только прибыльные предприятия, а столовую не тронут? — спросил молодой парень-электронщик, которым к сборке техники добавили интернат и сельскую больницу.

— Тогда встанет вопрос, на какие деньги кормить этих старушек? Если прибыльные предприятия арестованы или отобраны? Да, их могут по решению суда передать государству сначала, а потом продать «хорошему и нужному» человеку. Тогда закрытая столовая выставит счёт на необходимые суммы для её содержания и существования, где будет указана и документирована практически вся прибыль отобранного доходного предприятия. — Я посмотрел в недоумённые лица молодежи, явно не верившей, что вся прибыль от продажи собранных компьютеров и телевизоров уходит на содержание одной столовой. И опять добавил:

— Именно для этого и существуют наши бухгалтера, чтобы подобные документы были исключительно правдивыми. По крайней мере, так выглядели. Не забывайте, комплектующие мы покупаем за валюту, а платим сотрудникам рублями, чтобы продать продукцию за рубли. И в наших расчётах трудно учесть инфляцию и растущий курс рубля к доллару. Всеми этими сложными расчётами занимаются наши бухгалтера. Дружите с ними и поймите их полезность для нашей с вами свободы. И посмотрите на меня и моё окружение — мы не строим дворцы, не покупаем БМВ, не летаем отдыхать на Таити. Пока мы живём так, горожане нас будут защищать. Но если вы начнёте покупать золотые унитазы и строить дачи в три этажа с бассейном, эта защита пропадёт. А бесплатную столовую власти прокормят на конфискованные у вас ценности. Думайте, прежде, чем заработаете своим поведением постановление на собственный арест.

После такого собрания кооператоры стали спокойнее и не удивлялись, подписывая бухгалтерские документы, уже не возмущались, повторяя любимую фразу — «куда деньги деваются». После предвыборной лихорадки в середине декабря прошли довыборы в областной Совет, настала пора дележа портфелей. Пара знакомых кандидатов, которая прошла с нашей помощью, по моему совету напросилась в самый неинтересный комитет по социальной политике. Всех интересовала промышленность, строительство, на худой конец, коммунальное хозяйство, где крутятся огромные средства. От этих бюджетов можно отщипнуть и немало. А социальные объекты вроде интернатов, больниц и школ в условиях инфляции были огромной пропастью. Выделенных в начале года бюджетов к моменту поступления средств хватало лишь на побелку потолков в школах.

Понятно, что ни на какие деньги мы не рассчитывали в этом комитете. Нас интересовали льготы по налогам и сборам. Учитывая дружбу со строительными организациями, которым наши заказы не давали умереть с голода, мы могли организовать быстрые ремонты нужных объектов за свои средства. Но только после принятия документов о налоговых льготах для наших кооперативов. Однако, это были наши планы на будущее, а пока мы изучали депутатов, попавших в комитет по социальной политике. Сколько там адекватных людей, с которыми можно работать, а кто из депутатов просто горлопан, борец за справедливость, способный лишь кричать лозунги и размахивать флагами. Сами мы в депутаты не спешили, я помнил, что первые два-три состава депутатов ничего не делали, только орали на заседаниях Совета да рисовались в газетах и на телевидении.

Поздравив всех сотрудников с Новым годом, мы с руководством согласовали планы на остаток зимы, и после Нового года я официально оформил себе отпуск, в том числе в кабинете массажа. Всем близким объяснил предстоящими родами жены, а не близкие меня не волновали. Пусть читают трудовое законодательство. Мы с Ниной гуляли по сосновым борам, куда ездили на новой шестёрке, которую мне нашли подчинённые Лёхи. Купил я её пока по доверенности, как при Союзе. Надеюсь, следующую машину оформлю официально. Дома ежедневно баловал Нину фруктами и экзотическими блюдами. Например, кальмарами в кляре, которые сам любил, и более-менее умел готовить. До той поры, пока процесс не освоила жена.

Так что три недели января до родов пролетели, как в санатории. Пару раз я заезжал в офис уточнить положение с финансами, которое не радовало. Нет, мы могли протянуть до весны, возможно, до середины лета, а потом? На подножном корме не проживёшь, все леса в радиусе двадцати километров вокруг города, как мы увидели осенью, были вычищены от всего съестного. Уверен, и девяносто третий год не будет отличаться изобилием грибов рядом с Ёбургом. Наши расходы по доставке мяса из южных регионов вырастут, придётся арендовать или покупать рефрижераторные вагоны. Количество беженцев из Средней Азии растёт, а запасы наших квартир заканчиваются. Покупать не на что.

Ладно, наличной валюты