час, за что Денису пришлось выслушать от Толика всю правду о себе, о Наташе и всех родственниках до двенадцатого колена. Наташа была необычно задумчива и даже грустна, и Денису пришлось приложить всю силу своего обаяния, чтобы хоть немного развеселить ее. Этому помогла бутылка Цимлянского Игристого, которую они выпили, пока ждали ужина.

— Знаешь, Дэн. Сегодня мне стало по-настоящему страшно.

— Почему? По-моему, все налаживается. Мы молоды, чертовски привлекательны и почти все в шоколаде!

— Тебе все шуточки, а у меня нет на свете человека ближе тебя, и сегодня я почувствовала, что могла тебя потерять. И не возражай. Я знаю, куда ты уезжал и зачем. Знаю, что тебя могли убить…

— Но ведь не убили! И вообще, мурлыка, не стоит мучить себя сослагательным наклонением и прочей беллетристикой. Сегодня все хорошо, и на завтра прогноз удовлетворительный.

— Но ведь ты не бросишь своих экстремальных наклонностей! Зачем нужно было вступаться за эту чувырлу? Пусть бы ее папик отдувался!

— А зачем я брал приступом дом Теймураза? Я ведь тогда даже не был знаком с тобой!

— Она хоть красивая?

— Очень похожа на мою несчастную любовь — Аллу.

— Тогда понятно. Рыцаря подцепили на фетише!

— Может и так. Кстати, если хочешь посмотреть на нее, то она сидит за столиком под фикусом, и папик при ней.

Денис давно заметил Гогена и Дашу. Увидев, что они смотрят в его сторону, он помахал рукой и отвесил поклон.

— Там их две, и два папика.

— Брюнетка. А муж, тот, что выглядит более солидно. Второй — директор химзавода с подругой.

— Теперь ясно. Ты на нее запал, да и она, кажется, косит в твою сторону.

— Бывает. — Денис встал из-за стола. — Я на минутку, только поздороваюсь.

* * *

— А, Денис Владимирович! — Черемин встал ему навстречу и протянул руку. — Вот, Дима, это и есть тот самый Денис!

— Петрикин Дмитрий Александрович. — Одутловатое лицо химического воротилы расплылось в довольно неприятной улыбочке, в которой можно было прочесть все что угодно, кроме приязни. — Большое вам спасибо за наших девочек. Присядете с нами?

— Спасибо, я не один.

— Да, мы обратили внимание на вашу диву. У вас отменный вкус. И, кажется, на нее покушается личность, как две капли воды похожая на хозяина этого заведения. — Черемин кивнул в сторону его столика.

— Тем более, мне пора. — Денис скосил взгляд на Дашу, сидевшую как каменный истукан. — Игорь Федорович, я хотел бы вернуться к тому делу, о котором вы говорили в прошлый раз. Если вы не передумали, то я готов.

— Прекрасно. Завтра в четыре у меня, вас устроит?

— Вполне. Было приятно познакомиться, Дмитрий Александрович. Я пойду, а то Даша и Маша заскучали. Всего хорошего. — Он поклонился, и вернулся к своему столику, где действительно сидел, мило беседуя с Наташей, Геня Армавирский.

— Здравствуйте, Евгений Петрович! Не ожидал вас увидеть в зале.

— Ты прав, я выхожу только к ВИП-клиентам. Да и, грешным делом, не ждал твоего скорого появления. — Армавирский многозначительно взглянул на Дениса. — Я познакомился с твоей чаровницей. Ты не против?

— Говорят, мы живем в свободной стране.

— А ты разве сомневаешься? Любая страна станет свободной, если заплатишь за эту свободу нужную цену. — Он повернулся к Наташе. — А вы как считаете, Наташенька?

— Я считаю в столбик. Думаю, свобода не продается, но платить за нее приходится.

— Это готовый афоризм, поздравляю! — Он достал из кармана «Паркер», взял салфетку, вывел на ней число «1000» и расписался. — Я вынужден просить у вас разрешения украсть вашего кавалера ненадолго. А чтобы вам было не скучно, поднимитесь вон по тому эскалатору в казино и поиграйте немного. Эту салфетку отдайте крупье, он знает что делать. Идет?

— Почему бы и нет. Это интересно! Никогда не играла в казино!

— Вот и прекрасно! Пойдем, Денис, ко мне в офис ненадолго. А потом вам подадут ужин. Я позволил себе внести некоторые изменения в ваш заказ, включив фирменные блюда. Думаю, вы отдадите им должное.

* * *

— Поздравляю с успешным разрешением твоих проблем.

— Да, повезло, что они кому-то еще насолили.

Армавирский достал из бара две пузатых рюмки и плеснул в них до половины коньяка «Арин Берд».

— Знаю, ты не пьешь, но это стоит попробовать. Настоящий, двадцать пять лет выдержки! Выпьем за то, чтобы и дальше везло.

Армавирский лихо опрокинул рюмку в рот, а Денис пригубил немного, чтобы почувствовать вкус напитка. Коньяк он любил, и иногда позволял себе рюмку-другую.

— Ты многих в этом городе избавил от головной боли. И не прикидывайся дурачком. Я не я, и мокруха не моя! — Смотрящий остановил жестом Дениса, хотевшего что-то возразить. — Не нужно из себя целку строить! Все знают, что это твоя работа, и ты знаешь, что все знают. Вопрос теперь в другом…

— Какой вопрос?

— Сейчас начнут делить хозяйство Черепа. Многие говорят о том, что ты будешь метить на его место — не верят, что весь кипеш из-за бабы. Вот я и хочу знать, что у тебя на уме? Хочешь заделаться блатным корешем или так и останешься фраером? Толковый человек в нашем деле большая редкость. Не с кем работать. Почему бы тебе не взять Новореченск и не навести там порядок? Вымести всю шваль, беспредельщиков, и поставить работу на цивилизованном уровне. Это тоже работа, и очень серьезная. Я тебе не предлагаю денег, я предлагаю возможность приложить свои способности в реальном деле. Многие тебя готовы поддержать.

— Не хочу вас разочаровывать, Евгений Петрович, но я предпочитаю заниматься своим делом. Нет, у меня тяги добывать ценности насильственным путем, а значит, не гожусь я для этого дела. Но в этом и мой плюс. Когда у вас возникла проблема, вы пришли ко мне, и я ее решил. Мне доверяют деньги ваши коллеги, потому что знают, что я на них не позарюсь, что я буду защищать их имущество, во что бы то ни стало. Кто-то же должен этим заниматься! Многие вещи лучше доверить мне, чем бритым пацанам, и вы это знаете!

— Я знал, что ты так ответишь, но хотел проверить. Хоть ты и фраер, но уважаю. Денег, как я уже сказал, никому не даю, но зато с тебя ничего не возьму. Есть у тебя какой-нибудь бизнес, кроме твоих забав? Обменники не в счет.

— Мои дела ведет Глушко, фирма «ЭкспоТек».

— Хорошо. С сегодняшнего дня он мзду не платит. Кто его крышует?

— Седой.

— Хорошо, я ему скажу, что этот «ЭкспоТек» переходит под меня. Но ты мне должен помочь!