ту плитку не ради изображения, а в поисках двери, – заметил Лун.

Утес фыркнул:

– Они отчаянно хотят сюда попасть. Хотели еще до того, как два месяца проторчали на острове, уставившись на гору.

Оптимизма это не внушало. Подошел Толк, обратившийся в арбора, чтобы не намочить штаны, сидя на краю уступа, и показал еще один осколок камня.

– Может, я увижу дверь. Это лежало рядом с отсутствующим рисунком.

Делин оторвал взгляд от стены.

– Любопытно. И под водой нет двери? – спросил он Утеса.

Тот покачал головой.

– Я не нашел. Если она и есть, то хорошо спрятана. – Он взглянул на лодку. – А если она там, может, и не стоит ее искать. По крайней мере, сначала надо понять, с чем мы имеем дело.

Делин тоже посмотрел на лодку.

– Пора возвращаться.

Ветер стих, и они без проблем добрались до лодки, хотя Луну пришлось сделать два рейса – с Делином и Звоном. Тот вяло возмутился:

– Я мог бы справиться и сам.

Сейчас было не время проверять навыки полета, которыми Звон так и не овладел как следует.

– Меня смущает твое «бы», – сказал Лун.

Как только они вернулись в земное обличье, Рорра повела лодку к острову. Прикрыв глаза от бликов, Лун разглядел на берегу Нефриту с воинами и Ежевику – они с кем-то беседовали, вероятно, Каллумкалом и Каламом. Если точнее, Нефрита разговаривала, а Ежевика плескалась в воде с Корнем, в то время как Эрика и Песня бродили по песку, явно желая к ним присоединиться. Остальные кишцы вернулись в лагерь.

Идиллическая картина. Как надеялся Лун, это означало, что Келлимдар и другие ученые согласились терпеть раксура.

Рорра поставила лодку у берега, Расал и Сарандел сбросили якоря. Звон вызвался перенести Делина, поэтому Лун сменил облик и прыгнул в воду.

Весь мокрый, он подошел к Нефрите, Звон с Делином уже были на месте. Утес брел по берегу сзади. Рорра шла с Елеей и Толком, а жандеры направились к лагерю.

Нефрита оценила его взглядом, слегка приподняв шипы.

– Никого не съели, – доложил Лун на раксурском.

Она фыркнула и перешла на альтанский:

– Говорят, к вечеру тучи обычно рассеиваются. Каллумкал предлагает нам шатер. – А затем добавила на раксурском: – Кишцам неуютно рядом с нами, но открытой неприязни они не выказывают.

Утес что-то промычал себе под нос и пошел к деревьям.

– Ему не нужна помощь? – забеспокоился Калам. – Я знаю, в другом облике он огромный, но…

– Все будет хорошо, – сказал Лун. – Просто не обращайте на него внимания.

Каллумкал повернулся к Делину.

– Удалось рассмотреть изображения?

– Да, – кивнул тот. – Мы решили, что это остатки причала. Утес нашел под водой ступени и другие части сооружения.

Каллумкал удивленно уставился вслед Утесу.

– Под водой… Как город, который нашли раксура?

Делин посмотрел на него сверху вниз.

– Вероятно. А может, море было мельче или вовсе отсутствовало, и то, что мы приняли за причал, на самом деле служит для наземного транспорта. – Он нахмурился, глядя на скалу. – Пока слишком мало фактов, чтобы делать выводы.

Лун снова посмотрел на скалу, чью вершину все еще скрывали облака. Помимо слов кишцев, не было даже доказательств, что город вообще существует.

Глава 13

Как и предполагалось, ближе к полудню ветер переменился, а облака превратились в клочья. Лун и остальные спустились на берег, чтобы осмотреться получше.

Оставшуюся часть утра они разворачивали лагерь. Шатер, который предоставили кишцы, находился на краю основного лагеря и выглядел так, словно только что установлен. Толк и Ежевика немедля сняли его, прорыли траншеи для лучшего осушения и снова установили немного иначе. Попытки воинов поучаствовать в этом процессе оценены не были. Пытаясь помогать Ежевике удерживать шест, Звон увернулся от ее шлепка и отступил к Луну.

– Ну и ладно, делай все сама! – сердито выкрикнул он. – Больше никогда не буду тебе помогать!

– Обещаешь? – отозвалась Ежевика.

Лун просто стоял, скрестив руки на груди. Для кишцев, наблюдающих издали, их разговор звучал как рычание и шипение. Если бы это зависело от Луна, он был бы гораздо более осмотрителен с незнакомыми земными обитателями. Но тут решать не ему.

Утес облетел остров, но не обнаружил запаха сквернов. Если они и поблизости, то отступили на какой-то другой остров, где у них гнездо, и в воздух не поднимались. Калам сообщил, что кишцы, ожидавшие здесь Каллумкала, потратили много времени в поисках хоть каких-то следов строителей фундаментов и на этом острове, и на остальных вокруг. Они обнаружили несколько фрагментов каменных платформ и поддерживающих колонн, и все.

Теперь, когда рассеялись облака, Лун увидел вершину скалы – плоское плато с острым пиком на западной оконечности, возносившимся вверх в изящном изгибе, напоминающем рог. Вдоль вершины тянулась полоса конических башен – часть города. Все еще укрытые клочковатыми облаками, башни были плохо различимы даже для глаз раксура, но заостренные верхушки крыш виднелись отчетливо. Они располагались не по всей вершине, а лишь в одной части, прямо над плоским плато.

– Стоят не посередине, – заметил Звон. – Это как-то странно.

– И портит впечатление, – согласилась Ежевика. Склонив голову набок, она глядела на скалу. – Тот пик тоже выглядит неестественно.

Теперь, когда ему указали на этот наклон, Лун тоже его заметил. Сама скала имела приблизительно квадратную форму, как и морские горы, и была обращена к острову. Но разрушенные причалы у подножия и башни на вершине размещались почти вровень друг с другом, ближе к западному, чем к восточному краю, явно не по центру, и наклонены в сторону пика. Луну случалось видеть и естественные скалы, почти такие же странные, как этот пик, но он не мог не признать, что элегантный изгиб над плато не выглядел природным образованием.

Нефрита обернулась к ним.

– Я поднимусь туда с Луном и Утесом. А воины пусть пока держатся позади.

Звон и Елея раздосадованно переглянулись. Поток выглядел оскорбленным, а остальные расстроенными. Ежевика вздохнула и пнула кучку песка. Лун знал, что все они оценили угол наклона шипов Нефриты и решили не возражать.

– Берем Толка? – спросил он Нефриту.

Лун не знал, хорошая это идея или не очень. Что бы ни обнаружилось наверху, мнение наставника пригодилось бы. Но полет опасен и без Толка.

Толк подпрыгнул от нетерпения.

– Меня может нести Утес. А если ему придется карабкаться, я буду сам за него держаться.

Нефрита нахмурилась. У Луна появилось ощущение, что она представила, как Толк разжимает руки и падает с немыслимой высоты навстречу смерти. При сильном ветре они могут даже не услышать крика о помощи.