— Я тебе сочувствую…

— Например, в этот день она набросилась на меня во второй раз, когда мне удалось убежать из дома. — Питер переводит грустный взгляд на Корнелию, зверски избивающую его в подростковом возрасте. — Стоило мне вернуться, она уже успела выжрать еще бутылку. Увидела меня, схватила с кухни нож и носилась за мной по всему дому. Спрятаться было негде, ибо дверей в доме не было. Мне пришлось опять выбегать на улицу и ночевать там до самого утра. И все это время никому не было до меня дела. Точнее, ко мне пристали еще какие-то наркоманы, от которых мне кое-как удалось убежать. И чуть не загрызла собака одного из них. Очень злая. Думал, что мне придет конец, но я смог отбиться и улизнуть.

— Мне правда очень жаль, приятель, — выражает искреннее сочувствие близнец Питера, погладив парня по плечу.

— Давай уйдем отсюда. Я больше не хочу на это смотреть.

— А дальше будет только хуже. До тех пор, пока мы подойдем к самому главному – к тому, что может разъяснить девяносто девять процентов всех твоих проблем.

— Не надо, прошу тебя… — с жалостью во взгляде умоляет Питер. — Я не хочу это вспоминать… Не хочу…

— Прости, парень, но тебе придется через это пройти.

Близнец Питера снова берет Питера под руку, разворачивается обратно и выходит через ту же дверь, через которую они сюда пришли. После чего они снова долго ходят по широкой, казалось бы, бесконечной дорожке, все больше погружаясь в темноту, что все больше напрягает самого Роуза и заставляет испуганно осматриваться вокруг. Он проходит мимо открытых дверей, в которых может видеть различные эпизоды из своей жизни: психозы Корнелии, безразличие взрослых к его проблемах, на которые он жаловался, пугающая жестокость сверстников, ни капли его не жалевшие. Все подавленные и забытые воспоминания возвращаются и вновь бередят парню душу, заставляя его глаза увлажниться слезами отчаяния и бессилия.

— О, думаю, это то, что нам нужно! — восклицает близнец Питера. — Нам сюда!

Потянув Питера за собой, его близнец подходит к закрытой двери, открывает ее и вместе с парнем проходит через нее, оказавшись после этого в каком-то дремучем лесу. Роуз моментально догадывается, что ему сейчас покажет, и отчаянно пытается вырвать руку из хватки своего близнеца, который решительно ведет его в нужное место, игнорируя слезы и учащенное дыхание взволнованного блондина.

— Нет, пожалуйста, не надо… — дрожащим голосом шепчет Питер. — Прошу, не надо… Не заставляй меня это вспоминать! Не надо! НЕТ! НЕ НАДО!

— Тебе придется, приятель, — с пугающим спокойствием отвечает близнец Питера. — Придется.

Едва Питер успевает раскрыть рот и возразить, его близнец еще решительнее и быстрее тащит парня за собой. Пройдя некоторое расстояние, они добираются до большой группы подростков лет по четырнадцать-пятнадцать, заливающиеся громким издевательским смехом, пока они все окружают сидящего на земле ровесника с пшеничными волосами и янтарными глазами в местами рваной старой одежде. Он взволнованно смотрит на всех ребят по очереди, пока у него из носа вытекает кровь, а руки крепко привязаны к стволу дерева. Яростно пытается вырваться из ловушки, но не может ничего поделать, рыдая и крича от адской боли во всем теле после всех ударов, что ему нанесли ребята, поражающие своей жестокостью.

«Отпустите, ребята, я вас очень прощу! — отчаянно взмаливается Питер. — Не бейте меня… Я обещаю, что никому ничего не скажу. Только оставьте меня в покое…»

«Ой-ой, смотрите, народ, наша девочка плачет… — ехидно усмехается один из подростков. — Заливается слезами…»

«Точняк! — восклицает другой подросток и крепко сжимает Питеру челюсть. — Вон вся морда мокрая, а на глазках слезки…»

«За что вы так со мной? — недоумевает Питер. — Что я вам сделал? Почему все обращается со мной как с дерьмом? ПОЧЕМУ? В ЧЕМ МОЯ ВИНА?»

«Потому что ты урод, — холодно заявляет какая-то девочка со стервозным лицом. — Потому что ты ничтожество. Дерьмо, которое никогда ничего не добьется в своей жизни.»

«А страдать и мучиться – это твоя судьба, — добавляет еще одна девочка, больно тыкнув пальцем в щеку Питера. — Уж поверь, мы лузеров видим издалека. И у тебя на лице написано, что успешным ты не станешь.»

«Я не сделал вам ничего плохого! — восклицает Питер.»

«О нет, ты сделал! — возражает еще один парень. — Родился на этот свет. Отравил всем жизнь своим рождением.»

«Ага, бесполезный мешок с костями, — ехидно смеется другой парень. — Дохлая дылда, которая предпринимает жалкие попытки выкобениваться и блеснуть своим умом. Играет в так называемую нетакусю.»

«ПОЖАЛУЙСТА, ХВАТИТ! — со слезами вскрикивает Питер. — ОСТАВЬТЕ МЕНЯ В ПОКОЕ!»

«Слышь, хавало свое закрой, уродец! — рявкает один из парней и кулаком врезает Питеру по лицу. — А ИНАЧЕ ТЕБЕ КОНЕЦ!»

«ПОМОГИТЕ! КТО-НИБУДЬ! НА ПОМОЩЬ!»

«Ори сколько влезет – все равно никто не придет. Потому что всем на тебя по хуй. Ни твоей мамаше, которая находится в вечном запое, ни взрослых, которым на хер не нужен какой-то бесполезный жалкий мудак.»

«Я ЭТОГО НЕ ЗАСЛУЖИЛ! НЕ ЗАСЛУЖИЛ!»

«Слышьте, парни, заткните уже этому недоразвитому рот! — грубо требует одна из девочек с сигаретой в руках. — Отдубасьте его еще как следует.»

«Ага, а то он, походу, ни хера не понял, — ехидно смеется другая девочка.»

«У меня есть идея получше, — загадочно улыбается один из парней. — Это он сто пудов запомнит на всю свою жизнь.»

Поднявшись на ноги, парень быстро и решительно расстегивает ширинку, заставив Питера-подростка широко распахнуть глаза и замотать головой и вынудив взрослого Питера издать негромкий ох и резко замереть на месте.

— Нет… — дрожащим голосом с учащенным дыханием шепчет Питер. — Нет, пожалуйста…

«Э-э-э, ты чего? — неуверенно спрашивает подросток-Питер. — Ты что задумал? Эй! Ты что задумал?»

«Не бойся, Роуз, я просто хочу тебе кое-что показать, — ехидно улыбается парень. — Показать свою гордость. То, о чем мечтают все телки вокруг меня!»

«Ты совсем спятил? Обкурился что ли? На хера ты штаны спустил?»

«Эй, Роуз, посмотри сюда! Не отворачивайся!