Тем временем Даниэль поднимается на ноги, стряхивает всю грязь с джинсов и немного очищает свои белоснежные кроссовки, которые после долгой прогулки по лесистой местности потеряли свой первоначальный вид. Терренс тоже решает не засиживаться, поднявшись в сторону и откинув в сторону обрезки веревок, которая им уже больше не понадобится. После чего они оба протягивают Питеру руку, чтобы помочь ему подняться. Тот поначалу колеблется и смотрит на них мокрыми, полными испуга глазами, а затем все-таки хватается за них и с помощью парней поднимается на ноги, слегка пошатнувшись из-за небольшой слабости и головокружения и положив ладонь на все еще ноющий по неизвестной причине живот.

«Не сдавайся, Питер, не вздумай! — настаивает Теодор, расхаживая вприпрыжку перед Питером. — От этих мудаков ты можешь не ждать ничего хорошего. Ты должен от них избавиться. Отомсти им за все свои страдания. Даже если они виноваты не во всех. А потом пойдем мстить другим. Тем, кто даже не представляет, что их ждет уже в ближайшее время.»

— Давайте поскорее сделаем дело, а потом поедем домой отдыхать, — устало предлагает Даниэль, почесывая затылок. — А то на улице так потемнело, как будто скоро начнется дождь.

— Свяжись с Хелен и напиши ей сообщение о том, что мы сейчас привезем Роуза, — шепотом просит Терренс, подойдя поближе к Даниэлю.

— И куда мы сейчас поедем? Где они встретятся?

— Об этом я как-то не подумал… Черт…

— Может, по дороге где-то есть небольшой парк? Мы могли бы назначить встречу там.

— Было бы здорово. Лишь бы Маршалл не пришлось слишком долго ехать. А во второй раз попытка запугать блондина уже не прокатит.

— Не парься, приятель, сейчас со всем разберемся.

«Не вздумай никуда с ними ехать, — предупреждает Теодор. — Это ловушка, они хотят тебя прикончить. Может, даже и изнасиловать. А может, все вместе. Так что мой совет, Теодор: защищайся. Нападай. Уничтожь этих гнид. Ничего хорошего они тебе не сделают и не посоветуют. Можешь даже не надеяться.»

— Ты прав… — хитро улыбается Питер. — Они не заслуживают жить. И я их прикончу. Им не провести Теодора Лонгботтома.

«Вот это настрой! Вот молодец! Так держать!»

Бросив презренный взгляд на Даниэля и Терренса, разговаривающих в сторонке, Питер гордо приподнимает голову и медленно, но уверенно начинает к ним подходить. И его негромкий зловещий смех заставляет парней резко обернуться и замереть как статуи, видя, что некоторые вещи все-таки пошли не по плану.

— Ха, я смотрю, вы мне поверили, — низким грубым голосом говорит Питер и одергивает жилетку. — Поверили, что я реально обосрался от страха.

— О нет, походу, еще не все! — восклицает Терренс. — Теодор Лонгботтом вернулся в октагон после того, как вышел выкурить сигаретку или выпить стаканчик бухла.

— Че, лошары, думайте, я поверил вам? Поверил, что вы реально засунете свои причиндалы во все мои дырки?

— Черт, все-таки надо было спускать штаны и совать хер ему в глотку, — хмуро бросает Даниэль. — Зря остановились!

— Запомните, ублюдки, я умнее всех вас в тысячу раз. Меня так просто не проведешь. Я знаю все ваши мысли. Знаю ваши действия на несколько ходов вперед. И уверен в том, в какой момент мне следует нападать.

— Надо было не только совать хер в глотку, но еще и руки не развязывать, — отмечает Терренс. — И ноги связать. И забрать его с собой вместе с этим гребаным стволом дерева.

— Вдоволь вы надо мной потешались. Теперь пришло мое время намотать ваши яйца вокруг ваших шей и подвесить на каком-нибудь дереве. Я ВАС УБЬЮ, УРОДЫ ВЫ КОНЧЕННЫЕ!

Раздраженно рыча, Питер набрасывается на Терренса и Даниэля с кулаками и начинает руками и ногами наносить им еще более жесткие и сильные удары по всему телу. Впрочем, те не теряются и, вновь забыв обо всякой жалости и начав воспринимать парня как Теодора, начинают отвечать блондину тем же с целью защитить себя и найти способ все-таки довести дело до конца.

— Да, Теодор, ахереть насколько у тебя запущенное раздвоение личности! — ехидно усмехается Даниэль, увернувшись от удара Питера ногой по лицу. — Не думал, что все настолько плохо…

— Плюс еще воображаемый дружок сидит на шее и шепчет на ухо всякие гадости, — добавляет Терренс, успев отскочить назад, дабы не получить ногой от Питера в живот.

— В этот раз я уж точно не буду долго с вами возиться, — заявляет Питер. — Еще два-три часа бегать за вами по всему лесу я уж точно не стану. Буду действовать гораздо жестче.

Хоть Питер и безуспешно пытается нанести удар кулаком по челюсти Даниэля и носу Терренса, он в какой-то момент все равно находит способ подобраться к ним вплотную, схватить обоих за волосы и резко ударить их лбами друг об друга. После чего оба камнем падают на землю и, потирая больное место, вынуждены спешно отползать назад, когда Роуз решительно начинает на них надвигаться, с грозным видом резко ударив кулаком об ладонь.

— Ну что, суки, вот и настал ваш бесславный конец, — со зловещей улыбкой говорит Питер. — Вы мне, блять, ответите за все свои делишки. ЗА ВСЮ БОЛЬ, КОТОРУЮ МНЕ ПРИШЛОСЬ ИЗ-ЗА ВАС ВЫТЕРПЕТЬ!

Громко и злорадно смеясь, Питер разжимает и сжимает пальцы обеих рук и хочет резко подлететь к Терренсу и Даниэлю, чтобы нанести им настолько сильный удар, насколько у него будет хватать сил. Но тут у него за спиной появляется Эдвард, который специально выжидает подходящего момента и подлетает к нему, чтобы ударить по голове чем-то тяжелым, что находит в багажнике своей машины. Правда этот удар заставляет блондина лишь немного поморщиться и потереть больное место. После чего Роуз набрасывается с кулаками уже на МакКлайфа-младшего, решительно отразивший абсолютно все его атаки и нанесший несколько блестящих ударов по уязвимым местам.

— Не смей их трогать, Теодор Лонгботтом, — требует Эдвард. — А иначе я заставлю тебя пожалеть.

— Я тебя прикончу, гнида… — сквозь зубы цедит Питер после того, как Эдвард резко заламывает ему руку и выворачивает ее. — ПРИКОНЧУ, БЛЯТЬ!

Когда ему удается выбраться из ловушки, Питер снова пытается ударить Эдварда хоть раз, но снова не может ничего сделать против молниеносной реакции шустрого парня,