убить? – подозрительно спросил протиснувшийся вслед за Зарембой Баррака – непонятно только, меня спросил или Агату. Промолчали обе.

– Милая Эрика, какой ужас! Вы в порядке? – Тристан метнулся к невесте и припал перед ней на колено, бесцеремонно отпихнув даже папашу.

– Царапины… – торопливо выдергивая ладони из его хватки забормотала та. – Леди Летиция сбила меня с ног…

– Ты опять? – Тристан распрямился пружиной и угрожающе навис надо мной. Криштоф торопливо поднялся навстречу, отгораживая меня от брата. – Сперва эта мерзкая выходка с платьем, а теперь ты еще кидаешься на бедную Эрику! – продолжал орать братец, выглядывая из-за плеча наследника де Орво.

– Э-мм… Лорд Тристан… – протянула Эрика. – Леди Летиция меня спасла… На нее статуя упала!

– Целая? – подала голос Марита.

– Да! – не удержалась я. – Ударилась об меня и развалилась на кусочки!

– Раз шутите, все не так плохо, – прошептал мне в ухо вернувшийся на диван Криштоф.

«А когда совсем хорошо станет, вообще буду хохотать как сумасшедшая?». Хотя это я так, вредничаю… На самом деле приятно, когда о тебе беспокоятся.

Взгляд Тристана заметался между мной и Эрикой:

– Не называйте меня лордом, для вас я просто Тристан, милая Эрика… – забормотал он и вдруг воодушевился. – Теперь вы видите? В нашей семье вы полностью защищены! Любой из нас готов отдать жизнь за ваше благополучие!

На Тристана посмотрели… Все… Явно прикидывая, далеко ли разлетелись осколки от статуи и не стукнул ли один из них братца по голове.

– Нам немедленно нужен целитель! – вскричал Тристан.

И все дружно закивали, разве что я не стала – все-таки шея как-то неприятно похрустывала.

– Если вы, господа, отойдете от двери, то целитель у вас будет, – донесся из коридора голос Гюрзы.

– Что ты себе позволяешь, армейская…! – оттуда же донесся злобный козлетон старшего де Орво.

– Что ты ссссказал, старик? – из голоса Ка Хонга исчезли все дурашливые интонации, теперь он напоминал шипение песчаной змеи бын ру кар[5].

– Простите, леди, мне надо… – Криштоф сорвался с места так стремительно, что меня вихрем обдало. Но стакан мне в руки сунуть успел, и проносясь мимо Гюрзы, еще и кивнул приветственно. – Сударыня…

И тут же из коридора донеслось:

– Батюшка, со всем почтением…

– Не затыкай мне рот, мальчишка, много воли взял! – возня и хлесткий звук пощечины.

В комнату вслед за Гюрзой ввалился встрепанный Ка Хонг и слегка смущенно пробормотал:

– Хотел спросить у этого старого гу ри хо маруга[6], кто ответит за оскорбление вместо него… но теперь не спрошу, – он виновато покосился на Гюрзу. – Жалко сынка его, нормальный же мужик, а с таким папашей у него проблем и без нас полные седельные сумки.

Вот всем-то Криштоф де Орво нравится!

– Мне плевать! – отрезала Гюрза.

Поправка – всем, кроме полковой целительницы.

– Леди, прошу со мной! – твердой рукой она подняла меня с дивана.

– Вас позвали осмотреть мою дочь! – взвизгнула госпожа Тутс.

– Мама! – вскричала Эрика…

– Лорд Тристан, вы говорили, что защитите мою дочь! – отмахнулась ее маменька.

Тристан дернулся, открыл было рот… закрыл. И посмотрел на меня с глубоким укором. Бедный мой братик, как же тебе нелегко! Еще чуть-чуть, и я тебя пожалею… Нет. Не пожалею.

– Вы с лордом Тристаном разбирайтесь… а я займусь пострадавшей, – хмыкнула Гюрза – и меня ловко направили вон из переполненной людьми гостиной.

Хлопнувшая за спиной дверь отрезала шум голосов, Гюрза втолкнула меня в ближайшую комнату, и я невольно улыбнулась – мамина гостиная! Сюда я прибегала в детстве со всеми царапинами и разбитыми коленками – и знала, что мне точно помогут.

Дверь хлопнула снова и внутрь, красная и пышущая жаром – то ли быстрого бега, то ли от плиты – ворвалась Фло:

– Девочка моя, да как же это! Да что же это! Где? Где болит? – кухарка попыталась меня ощупать.

– Сссссударыня! Вы уверены, что сумеете помочь вашей… девочке… лучшшшше целителя?

Она уверена, что Гюрза – фамилия, а не прозвище? Потому что от этого шипения даже Фло замерла, будто у ее ног извивалась настоящая разъяренная змея.

– Лучше сумку мою принесите! – фыркнула целительница, явно довольная быстрой и безоговорочной победой.

– Я принесла, – в комнату скользнула Тита с объемной сумкой целительницы в руках. – Пойдемте, тетушка Фло, не будем мешать! – она потянула кухарку за руку.

– А ежели помочь чего… – пробормотала та.

– Позовут. А мы пока снаружи покараулим, чтоб не вломился кто – осматривать же будут, неловко может выйти, – журчала Тита, аккуратно выдворяя Фло вон. И даже на меня не поглядела, чтоб понять, оценила ли я ее расторопность.

Молодец, соображает…

– Наконец-то! Хуже нет беспокойной родни! – проворчала Гюрза, с профессиональной ловкостью принимаясь расстегивать на мне платье. – А вовремя вы про войну рассказали… – обронила она.

Я вопросительно приподняла брови, и она тут же откликнулась – увидела выражение моего лица в зеркале напротив:

– То, как вы этих двух дамочек из-под статуи выпнули… Не знала бы, что воевали, боги знают, что подумала бы.

– Что я шпионка Султаната? – я лениво усмехнулась своему отражению в зеркале.

Над плечом появилась голова целительницы, Гюрза бегло улыбнулась:

– Да уж точно не леди! И не горничная… Хотя и так-то удивительно – с войны десять лет прошло, а у вас реакция – дай боги любому из нас! – и снова скрылась у меня за спиной.

– Это вы на колокольчик леди не бегали! – хмыкнула я. – Вот уж что замечательно поддерживает и форму, и реакцию.

– Еще не хватало, чтоб я на колокольчик бегала, как собачонка! – возмущенно выпалила Гюрза… и тут же осеклась. – Простите… я, кажется, ляпнула гадость…

– Есть немного, – меланхолично откликнулась я.

Целительница сдернула расстегнутый лиф у меня с плеч, платье сползло на талию… и Гюрза длинно, протяжно присвистнула.

– Что… так плохо? – я невольно повела плечами… меж лопатками дернуло болью.

– Да не так уж… – странным голосом откликнулась Гюрза. – В этот раз… – и аккуратно коснулась старых шрамов.

Я вздохнула – тихий юг! Тут даже шпионов из сопредельного Султаната вежливо возвращают обратно на родину в обмен на также вежливо отловленных наших. Вот и целители тоже… нежные и впечатлительные.

– Это кто ж такой криворукий лечил? – Гюрза возмущенно провела пальцем по валику шрама.

– Никто, – передернула плечами я. – Просто перевязали.

Девочка с целительского отделения сгорела в драконьем пламени на второй день боев. Наскоро обмотанная куском моей собственной нижней юбки спина горела и пульсировала, и мечтала я тогда не о лечении, а… о горсти снега. Просто приложить. Но снега не было – заклятья огня прожигали на три метра вглубь, превращая землю в сухую спекшуюся корку.