крайней мере пять минут. Ты могла бы рассказать нам все грязные подробности, — настаивала Хейзел.

— Ты стояла к нему спиной или лицом к нему? — спросила Дженнифер.

Я неохотно подчинилась и объяснила им всю сцену, не забыв заменить имя Гейджа на «Адонис», чтобы защитить невинных.

— Ну вот. Теперь довольны? — спросила я, когда всё закончилось. Остальные посетители кафе разразились аплодисментами, испугав Бренду, которая наконец-то освободила мои колени. Дженнифер отвесила поклон, в то время как Хейзел сделала пальчики пистолетиком и «стреляла» во всех.

— Прекрати это, — прошипела я на неё, когда она заняла своё место.

— Прости. Ты же знаешь, я становлюсь неловкой, когда волнуюсь. Так когда, говоришь, ты собираешься заняться сексом с этим Адонисом? — спросила она.

— Тебе всё ещё не хватает вдохновения?

— Это даст мне несколько глав. Но сейчас я думаю о тебе и о реальной жизни. На тебя это не похоже — так переживать из-за парня.

— Я просто не понимаю этого. Он такой серьёзный и уважительный. Уф. Я имею в виду, разве мне не должен больше нравиться Леви? Он хотя бы выглядит эмоционально недоступным. Как ты думаешь, мне стоит пройти сканирование мозга? Например, что, если это первый признак значительного изменения личности?

Она фыркнула и поправила очки на носу.

— Я серьёзно, Хейз. Мне не нравятся славные парни.

— Зо, Гейдж не славный парень. Он хороший парень. Это большая сексуальная разница.

— Ой, да что ты вообще знаешь? Ты так увлечена оргазмами и планированием свадьбы, что думаешь, будто все должны быть влюблены, — пожаловалась я.

Хейзел взяла ручку и забарабанила ею по столу.

— Я говорю это с любовью. Тебе не кажется, что пришло время перерасти всё это убеждение «мои родители развелись, поэтому я считаю, что все отношения обречены»?

— Я говорю это с любовью. Перестань пытаться придумать мне арку развития персонажа. У меня есть право на свои чувства, и мне не нужно меняться. Я совершенно счастлива там, где я есть.

— Но счастлива ли?

Я сердито уставилась на неё.

Она подняла руки, сдаваясь.

— Всё, что я хочу сказать — возможно, тебе стоит задуматься, действительно ли ты не хочешь отношений или просто думаешь, что у тебя их не может быть.

— Не буду я об этом задумываться, — ответила я и начала запихивать оставшуюся выпечку в свою сумку. — А теперь, если ты меня извинишь, я пойду отыщу Опал и буду осыпать её сладостями до тех пор, пока она не согласится позволить мне представлять её интересы.

— Повеселись. Я только пойду выпытаю у Гейджа его версию случившегося.

Я прекратила упаковывать свою выпечку.

— Даже. Не. Смей.

— А как ещё я смогу правильно передать голос героя? — невинно спросила она.

— Если ты начнёшь приставать к нему из-за нашего почти-момента, он поймёт, что я тебе рассказала, а значит, он поймёт, что я всё ещё думаю об этом.

— О нет. Какой ужас, — бесстрастно протянула Хейзел.

— Не приближайся к Гейджу, — предупредила я её. — Или я скажу твоему издателю, что ты передумала и хочешь отправиться в книжный тур на двадцать городов.

Хейзел усмехнулась.

— Ты чудовище, и я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, дерьмовафля.

* * *

— Ты такая глупая, Зои. Когда же ты наконец повзрослеешь и станешь ответственной? — бормотала я себе под нос, роясь в сумке в поисках телефона, который, я знала, был где-то там. Потому что в противном случае мне придётся вернуться в кафе и спросить, не оставила ли я его там… как и ключи от машины. Поделом мне за то, что взяла с собой такую большую сумку, подумала я, проходя через автоматические задние двери главного здания «Гавани».

На брюках у меня была кошачья шерсть, в сумочке — раскрошившийся брауни, и я не могла вспомнить, заперла ли я машину, что, на самом деле, не имело значения, поскольку защёлка на крыше снова сломалась.

— Чей это голос? — спросил грубый голос.

— Что? — я оторвалась от своих бесплодных поисков.

Вопрос исходил от Опал.

— «Ты такая глупая, Зои. Когда ты наконец повзрослеешь?» — процитировала она в ответ.

— Ну, раз уж это сорвалось с моих губ, то я скажу, что мой. Ага! — я торжествующе вытащила свой телефон из-под теперь уже раздавленного маффина.

Опал долго и сердито смотрела на меня, потом закатила глаза.

— Пойдём со мной.

— Вообще-то, я как раз хотела тебя увидеть, — объяснила я, когда она сунула мне в руки пакет с покупками.

— Как мне повезло, — проворчала она, направляясь по дорожке, которая соединяла главное здание «Гавани» с апартаментами. В саду начали распускаться полевые цветы, и все скамейки были заняты жителями, наслаждавшимися теплом весеннего солнца.

Я пробежала вперёд и нажала кнопку открытия стеклянных входных дверей многоквартирного дома Кейко Фукуда.

— Если ты дашь мне пять минут, день и правда может оказаться везучим. Я хотела поговорить с тобой насчёт того, чтобы позволить мне представлять тебя... в качестве агента.

Опал ничего не сказала, ковыляя мимо меня со своими ходунками.

Я предположила, что она хочет, чтобы я последовала за ней, так как я несла её покупки, поэтому я пошла за ней внутрь, к лифтам. Двери открылись, и Опал вошла в кабину.

— Пошли, пока моё мороженое не растаяло, Кудряшка, — сказала она.

Мы поднялись на третий этаж, и Опал повернула направо. Все двери были по сезону украшены венками из зелёных листьев, веточками искусственных весенних цветов и приветственными ковриками с весёлыми надписями. Опал остановилась в конце коридора перед единственной дверью без украшений.

— У тебя аллергия на праздничный декор? — спросила я её, когда она впустила нас в свою квартиру.

— А что, чёрт возьми, тут праздновать? На дворе весна. Тоже мне, большой праздник. Время идёт своим чередом, пока ты не умрёшь. А потом оно продолжит свой путь без тебя.

— Я вижу, ты одна из тех оптимистов, которые раздражают всех своим жизнелюбием, — заметила я.

— Выкуси.

Всё шло хорошо.

Квартира Опал была небольшой, но уютной. Ну, она была бы уютной, если бы шторы не были плотно задёрнуты, защищая от весеннего солнца. У стены на консольном столике с выдвижными ящиками стоял телевизор, а напротив него — одно глубокое кресло. Обеденный стол был завален стопками книг, которые не помещались на переполненных полках, занимавших пространство по обе стороны от окон. Научная фантастика, любовные романы, триллеры и документальная литература — все они боролись за своё место здесь.

— Ого. Так ты, несомненно, любитель чтения. Неудивительно, что ты так хорошо пишешь.

— Перестань целовать мне задницу, — сказала Опал, оставив ходунки у двери и прихрамывая, подошла к