был Дядюшка Ву, я не боец, мне схватка удовольствия не доставляет, мне бы разобраться с мешающим человеком побыстрее и идти дальше.

Так, ладно, сейчас мне нужен был план, хоть какой-нибудь… Я старательно гнала от себя мысли о том, что любые планы бессмысленны, что я не знаю, где нахожусь и сколько человек охраняют это место. И даже если бы знала, я не Рэмбо, то есть, не Генерал Шао или не Лао Лин, чтобы в одиночку разобраться с толпой врагов и вырваться из плена. Что я могу с ограниченно работающей энергетикой? Единственное, что приходило в голову, это взять главного извращенца, хозяина этого места, в заложники и заставить его вывести меня отсюда. А вдруг мне даже сильно повезёт и мы сумеем договориться? Я его вылечу от чего-нибудь, например, а он он меня отпустит? Мечты, мечты…

Долгое время ничего не происходило, наверное, меня оставили тут как следует помариноваться в неизвестности, пропитаться страхом или отравиться бесплодными надеждами, что всё закончится хорошо. Но мне время ожидания играло на руку, я с каждой минутой чувствовала себя лучше, возможно, если бы меня оставили здесь на сутки, я бы восстановила полный контроль над своей энергией, но, увы, такого преимущества мне не дали. Спустя примерно пару часов после того, как я очнулась, дверь дрогнула и начала открываться. Я завершила упражнение Цигун, которое проделывала, чтобы быстрее восстановиться, и встала ровно, сложив руки на груди, природой данное недовольное стервозное лицо дополнило картину. Уж чего я точно не хотела, так это выглядеть хоть сколько-нибудь привлекательно!

Дверь распахнулась, и в проёме появился роскошно одетый манерный господин с хрупким подростковым телосложением. Если бы не капризное и развратное выражение лица и похотливый предвкушающий блеск в глазах, он бы выглядел юным и, наверное, даже милым. А так казалось, что что-то мерзкое и отвратное натянуло на себя шкуру вчерашнего ребёнка и решило поразвлечься. Голосок у него тоже был юношеский и звонкий. Оглядев меня с ног до головы, сей господин уроливо скривил лицо и практически завизжал:

— Вы кого мне притащили? Это что за уродина?

Ну почему сразу уродина? Просто на любителя! На любителя азиатских топ-моделей! Кто виноват, что в этом мире нет ни тех, ни других, ни моделей, ни любителей?

— Где Жемчужина Павильона Небесных Дев? Откуда здесь это тощее чудище? — продолжал верещать господинчик. — Это вообще девушка или какой-нибудь извращенец?

Извращенец? На себя посмотри, чучело!

Кто-то из его свиты за дверью, бухнувшись на колени, принялся клясться и божиться, что они забрали девушку, которая была в купальне, другой голос поскуливал, что произошла какая-то ошибка и они не виноваты. Юный, хотя хрен знает, сколько ему лет на самом деле, заклинатель щедро раздавал им тумаки и затрещины.

— Ненавижу! Идиоты! Ничего как следует сделать не можете! Ходячий корм для свиней!

Немного спустив пар, но не потеряв гневный настрой, он повернулся ко мне:

— Ты кто такая вообще и что делала в чужой купальне? Сомнительно, что такая страхолюдина стала бы Небесной Девой!

— Я — Мастер-Целитель, уважаемый господин, — сдержанно ответила я. — Я каждую неделю проверяю здоровье Госпожи Сан и сегодня…

Господин скривился и, не дослушав, прервал меня:

— Всё понятно! Можешь не продолжать! Голос у тебя такой же отвратительный, как и внешность!

— Если вам нужна не я, уважаемый господин, тогда вы можете меня отпустить.

Не, ну а вдруг?

Вечный юнец расхохотался:

— Отпустить? Я, что, похож на идиота? — но потом в его насмешливых глазах сверкнула искра издевательского интереса, и он добавил с похотливыми интонациями: — Хотя, если ты хорошо попросишь…

Сразу вспомнились школьные издевательства, где нет правильного ответа, тебя в любом случае бьют, либо за то, что ты много о себе возомнил и не просишь пощады у королей или королев школы, либо за то, что тряпка и просишь. А если нет никакой разницы, зачем платить больше? Впрочем, это может стать отличной возможностью, чтобы исполнить мой план и взять главного извращенца в заложники.

— Я сделаю всё, что в моих силах, — я изобразила на лице серьёзную решимость и шагнула к нему, прикидывая, как бы половчее схватить, но он отскочил от меня как заяц.

— Не подходи ко мне, страхолюдина! Не прикасайся! Такие, как ты, даже в одной комнате со мной находиться недостойны!

Чёрт! Я остановилась и изобразила на лице ступор и растерянность.

— Но господин сам сказал…

— Ты ещё смеешь выставлять мне претензии! — возмущённый визг перешёл на ультразвук, и