— Эй, ты чего замолчал? — с легкой улыбкой нарушает воцарившуюся паузу Даниэль, хлопнув Питера по плечу. — Скажи хоть что-нибудь!

— Так, ты только дышать не забывай, окей! — тараторит Терренс. — Вон выпей что-нибудь из любого стакана, если надо промочить горло.

— Этого не может быть… — низким, слегка дрожащим голосом неуверенно произносит Питер. — Не может быть!

— Да, это звучит как бред, но это правда, — уверенно отвечает Эдвард. — Это чудо! Самое настоящее чудо, которого никто из нас даже и не думал ждать!

«Да что ты? — удивленно произносит Теодор и начинает расхаживать вокруг столика со скрещенными на груди руками, на пару мгновений завладев вниманием Питера. — А по-моему, здесь пахнет каким-то надуваловом! И никакое это не чудо, как ты, щенок, говоришь.»

— Но как такое возможно? — недоумевает Питер. — Даже если это и так, то как такое могло произойти?

— Мы же сказали, что Хелен спас один из сообщников Маркуса, который не появился в его доме после ее якобы гибели, — напоминает Терренс. — Он тайком пробрался в уже охваченный пожаром дом и забрал оттуда Маршалл, когда она была без сознания. Потом отвез ее в больницу, где твоя подружка восстанавливалась всю неделю.

— А потом Элайджа Хартли привез ее к себе в квартиру и прятал там еще несколько дней, — добавляет Даниэль. — Точнее, это была квартира его брата, который согласился ему помочь и предоставил свою хату. Все-таки если бы Хартли отсиживался вместе с Маршалл в своей квартире, то полиция моментально их нашла бы. А так никто ничего не подозревал.

— Ну а пару дней назад я был в городе и собирался поехать в строительный магазин за покупками, — продолжает Эдвард. — Собрался переходить дорогу на перекрестке. Начал ждать зеленого света, наблюдая за всем вокруг. И тут вижу, что в толпе стоит девчонка, похожая на Хелен. Сначала мне показалось, что это глюк, а у меня поехала крыша. Однако я все равно решил пойти за девчонкой и окликнул ее. Ну и понял, что с башкой у меня все нормально.

— Тогда эти двое отправились в кафе, заказали себе поесть и обсудили все, что произошло с Хелен. Она все ему подробно объяснила: и про свое спасение, и про то, как на того Элайджу внезапно нашло озарение, и про его желание самому сдаться полиции.

— А когда мы с Ракель гуляли в городе и собрались ехать домой, как нам на телефоны пришло голосовое от Эдварда, в котором он попросил нас всех срочно где-то собраться, — признается Терренс. — Ну мы и собрались. И когда мой братец приехал к нам с Хелен, то мы, конечно, все просто ахерели.

— Ага, наши с парнями челюсти валяются на полу, а девчонки рыдают и в обмороке валяются. Мы разговаривали с Хелен, обнимали ее и видели ее, но не верили, что это реально она. Думали, что все вместе сошли с ума от стресса и усталости. Что нам все это только кажется. Но нет, все-таки не сошли.

— Вот такая история, чувак! — с широкой улыбкой восклицает Эдвард. — Так что Маркус крупно облажался. Его планам не суждено было сбыться. Ты живой, Хелен жива, с нами все хорошо, а он вместе со своими корешами в изоляторе и ждет окончательно приговора. Впрочем, нет сомнений, что он получил пожизненное или и вовсе будет казнен.

— К тому же, сегодня стало известно, что Элайджа Хартли, который и спас Хелен, пришел в полицейский участок и сдался добровольно, — признается Терренс. — А еще он рассказал много всего интересного про Маркуса, которому можно приплести еще парочку обвинений. Мы, конечно, потом еще свяжемся с мистером Джонсоном и узнаем обо всем подробно, но точно известно, что этот тип знает немало секретов, которые могут погубить твоего отца окончательно.

— Короче говоря, жизнь налаживается! — радостно произносит Даниэль. — Все возвращается на круги своя! А МакКлайфам и их девчонкам не придется отменять свадьбу и переносить ее. Все остается в силах. И скоро мы классно повеселимся с мужиками на мальчишнике.

В разговоре воцаряется небольшая пауза, во время которой Питер продолжает с недоверием смотреть на всех троих, не спеша радоваться этим новостям вместе с ними с мыслью, что эти люди его обманывают и хотят посильнее задеть.

«М-м-м, какая интересная и захватывающая история, — качает головой Теодор, расхаживая рядом со столиком. — История чудесного спасения девчонки, которая сгорела зажив в пожаре и подорвалась.»

— Ты что, не рад? — недоумевает Терренс. — Почему у тебя такая кислая мина?

— Эй, твоя девушка жива и здорова! — напоминает Эдвард. — Ты ее не потерял. Она была спасена и уже вернулась домой.

— Да ладно, ребята, он просто в шоке, — оправдывает Даниэль. — Как будто мы не ахерели, когда увидели перед собой Маршалл. У нас также язык немел и руки дрожали.

«Хорошая попытка, мужики, но она не засчитана, — уверенно говорит Теодор. — Потому что надо было придумать что-то получше. Что-то пореалистичнее. А это все сплошное надувалово. Ничего более.»

— Это точно! — восклицает Эдвард. — Я вон вообще чуть себя сумасшедшим не начал считать! Думал, у меня кукуха маленько поехала.

— А чего удивляться, если нам показали якобы ее гибель от начала до конца? — разводит руками Терренс. — Вот мы и поверили, что ей уже ничего не поможет.

— Нет, парни, нам, конечно, задницу нехило надрали и мозги довольно поклевали, но мы все-таки сумели выстоять, — с гордо поднятой головой говорит Даниэль. — Выстоять в борьбе с самым опасным преступником прошлого века.

— Вполне можем называть себя героями!

— Да мы вообще красавчики! — бодро добавляет Эдвард.

Пока Даниэль, Эдвард и Терренс заливаются смехом, Питер же со скрещенными на груди наблюдает за ними исподлобья, чувствуя, как в нем с новой начинает нарастать чувство злости после того, как оно успело немного затихнуть. Ноздри раздуваются, а мышцы напрягаются, видя, какими радостными выглядят его друзья, которые, как он думает, просто обязаны носить траур по Хелен, в чье чудесное выживание даже и не собирается верить.

«Даже не вздумай верить этим уродам, — настаивает Теодор. — Они хотят посильнее тебя ранить. Пользуются твоими чувствами и не упускают такого прекрасного шанса поиздеваться над тобой.