Я вернулся к заполнению договора.

— Так его на себя хрен поставишь, чисто по купле-продаже гонять! — пояснил перекуп. — Он же у нас на тюнинге и движок другой.

Вон оно что… Я продолжил делать вид, что не особо заинтересовался.

— Дорого, — заключил я.

Но перекуп уже включился. Начал нахваливать тачку, которая лично для меня всё ещё значила многое. — В остальном там чисто косметика по мелочи — короб немножко в рыжики пошёл, тут-там подкрасить… Но это ж не кусок пластика китайского. Это аппарат настоящий. Да, по грязюке ездил, но мы как для себя его делали… тут у него оборудования на пятьсот штук только! Бабок влуплено немало. Лебёдка, резина, — начал он перечислять.

Я слушал.

Машину, конечно, за тридцать лет ушатали серьёзно. Сколы, царапины, следы грязевых гонок — всё налицо. И всё же к этой машине лежала душа. Я чувствовал, что стоит приложить руку — и она снова задышит.

Осталось понять, как получить своего зверя обратно…

От автора:

Обновленный Лев Толстой револьвером и добрым словом меняет мир к лучшему. Почему? Потому что может. https://author.today/work/454557

Глава 27

— Это вы за 450 со снаряжением отдаёте? — уточнил я.

— Ну да, кому он нахрен нужен без этого? — хмыкнул перекуп, видимо поверивший, что у меня нет интереса к автомобилю с точки зрения покупки.

— А без? — я с невозмутимым видом продолжал заполнять куплю-продажу, не поднимая головы.

— Ну-у… мы и так кое-чего планировали снять, но «голого» за 350 отдадим, если покупатель найдется.

Я переварил информацию и задал следующий вопрос.

— По двигателю что? Давно капиталили?

Один из перекупов почесал затылок, другой заговорил сразу, более уверенно:

— Десять тысяч назад всё поменяно. По сути, двигатель только обкатку прошёл.

— Документы есть? — уточнил я.

— Доков нет, — признался тот же. — Всё в гараже делали. Но слово даю — всё нормально.

Я задумался. Понятно, что за 350 я тютелька в тютельку, но потяну покупку своего старого друга. Но даже если так, настораживало, что цена у перекупов, за которую они готовы отдать автомобиль, всё равно ниже рынка, причём значительно. Наверняка здесь есть подвох, о котором они умалчивают.

Я отложил бланк, подошёл к водительской двери, заглянул внутрь. Салон, несмотря на годы, выглядел прилично: сиденья тёртые, но без разрывов, приборка не вся облезла, руль тянул на честные километры.

— Так ты че взять что ли думаешь?

— Рассматриваю как вариант… — наконец подтвердил я свой интерес, когда цену удалось значительно сбить. — Я знаю, что аппарат столько денег стоит, поверил бы, если бы объявление увидел.

— Та-а-ак, — протянул «старший» перекуп, сразу смекнув, куда я клоню. — А что смущает?

— Смущает то, пацаны, что вы джип двигаете по цене на середине рынка, — улыбнулся я, поворачиваясь к нему лицом. — Какие косяки у машины ещё есть и почему вы её не продаёте, а избавляетесь?

Перекупы помолчали, переглянулись, будто решая, есть ли смысл юлить дальше. Потом старший вздохнул, массируя нос тыльной стороной ладони, заговорил:

— Ладно, брат, чтоб без обид. У машины есть косяки. Сцепление менять надо будет — уже буксует. Там подварено одно место криво, видно сразу, если снизу смотреть. ПТС — дубликат, причём не первый, и кто до нас владел — хрен его знает.

Я слушал спокойно, без удивления. Всё это было ожидаемо. Таких машин без косяков не бывает, особенно когда ей тридцать лет. Но внутри меня уже всё решилось: этот «Чероки» я бы забрал даже в хламовом состоянии. Слишком много приятных воспоминаний с ним связано, слишком близок он был к моей прошлой жизни.

Я положил ладонь на капот, почувствовал холод металла.

— Ну и да… — подключился второй перекуп. — Поставить тачку на учёт не получится, только по купле-продаже ездить…

— Почему?

Перекуп развёл руками и объяснил, что после того, как машину «шаманили», ГАИ её отказывается ставить на учёт.

— Не, но если у тебя знакомые гайцы есть, то вопрос можно порешать, — поторопился добавить старший. — Я думаю, в полтинник уложишься.

— Но это, если тебе принципиально, чтобы тачка была на тебя оформлена, — пережал он, намекая на то, что сам бы он этого делать не стал.

Я задумался. В принципе, ничего такого, из-за чего я бы отказался от покупки джипа, я не услышал.

— Ещё сюрпризы?

Старший перекуп медленно покачал головой.

— Всё выложил, честное слово даю.

— Хорошо, что слово даёшь. Потому что если окажется не так — я за слова спрошу.

И подмигнул так, чтобы они поняли: сказанное мной — не фигура речи.

— Давай, забираю джип, — предложил я. — Ключ в ключ.

— Так 350 же…

Я обошёл джип, посмотрел на то, как установлена лебёдка, остальное оборудование. И пришёл к выводу, что ничего сложного в демонтаже этого нет.

— Триста, и я сам всё оборудование с него сниму. Я так думаю, вы за это тоже деньги заплатите? Ну и колёса тоже можете забирать. Если у вас другой комплект есть, то я лучше его заберу.

— Ну-у…

Перекупы крепко задумались. Было видно, что они рассчитывали забрать в числе оборудования и колёса.

Нет, я мог отдать разницу в полтинник уже сейчас, но на эти деньги у меня были другие планы. Рублей сейчас и так впритык, и если ими неправильно распорядиться, придётся ждать следующей зарплаты учителя. А это вариант так себе.

— Решайте, мужики, тачка у вас и правда проблемная, но за 300 заберу, — заключил я.

Перекупы уже в который раз переглянулись. Скорее всего, они прекрасно понимали, что единственный вариант продать этот автомобиль — сдать его на металлолом. Но за металлолом они получат куда меньше, чем готов предложить я.

— Так а с оборудованием как быть… его же снимать надо.

Договорились на том, что у меня есть неделя, чтобы снять оборудование, а пока я оставил перекупам 20 рублей и честное слово. Те помялись, но всё-таки согласились.

Старший, наконец, кивнул, и мы пожали руки. У них остался Матиз, у меня — зверь, пусть и подуставший, но мой по духу.

По части Матиза мы оформили всё, как следует. Два договора купли-продажи, каждой стороне — свой экземпляр. Подписи поставили.

Взамен я получил на руки комплект ключей от