обнаружил аппарат искусственного вентилирования лёгких. И блок питания в нём оказался на месте.

Я уже собирался начать откручивать его, когда заметил краем глаза движение в проломе стены справа. Резко повернув голову, увидел женщину в драном, покрытом пятнами балахоне. Спутанные светлые волосы, обнажённые по плечи руки, худые ноги. Она стояла в соседнем помещении, и нас разделяло метров двенадцать.

Я застыл с отвёрткой в руке. Что-то в этой женщине казалось странным. Она смотрела на меня, не двигаясь, секунд десять. Затем плавно подняла руку и помахала ею, словно подзывая к себе.

Ну, нет. На это я не куплюсь. Во всяком случае, точно не здесь, где любой может оказаться врагом.

— Эй, Фёдор! — позвал я громко.

— Чего⁈ — приглушённо донеслось в ответ. — Нашёл блок⁈

— Можно тебя на минутку?

Раздались приближающиеся шаги, и Пятно ввалился в комнату.

— Что такое? — он глянул на аппарат ИВЛ. — Помощь нужна?

Я показал на женщину, которая продолжала махать рукой.

— У меня тут кое-что странное.

Фёдор подошёл и встал рядом. Теперь женщина была видна и ему.

— А-а… — протянул он и хмыкнул. — Понятно. Давно она так?

— Примерно полминуты.

Мой спутник вскинул винтовку. Его пушка была снабжена оптическим прицелом, к которому он и припал.

— Что ты собрался делать? — насторожился я. — Она безоружна.

— Это как сказать… — протянул Пятно. — Возьми мой бинокль.

Отстегнув ремешок, я поднёс оптику к глазам и подкрутил колёсики настройки. Теперь было хорошо видно, что женщина совсем плоха. Я бы даже принял её за мёртвую. Кажется, и трупные пятна имелись.

— Смотри на ноги, — сказал Фёдор. — Внимательно.

Опустив взгляд, я рассмотрел белые нити, оплетавшие голые ноги женщины и уходившие под лохмотья.

— Это удильщик, — проговорил Пятно. — Тварь, которая находит трупы посвежее и использует в качестве приманки. В основном, женщин и детей. Умная сволочь! Её мерзкие щупальца прорастают сквозь тело и управляют им, имитируя движения. Смотри!

И он нажал на спусковой крючок.

Пуля вошла женщина в грудь, заставив её дёрнуться. Однако больше никакого эффекта выстрел не произвёл. Женщина осталась стоять, по-прежнему махая рукой.

— Теперь понял?

— Это как рыба со светящимся на конце отростком?

— Ага.

— И где сама тварь?

— Прячется, ясное дело. Ждёт, чтобы мы подошли. Давай-ка с ней разберёмся.

С этими словами Фёдор опустил винтовку и достал из подсумка гранату. Вытащив чеку, швырнул её в проём.

Мы одновременно раздались в стороны, чтобы укрыться за стенами. Раздался оглушительный взрыв, в комнату влетело несколько осколков.

Фёдор скользнул в проём и почти сразу открыл огонь.

Последовав за ним, я увидел покрытое рваными ранами чудище, похожее на огромную вошь! Из его головы тянулись извивающиеся отростки. Тело женщины отшвырнуло взрывом в другой конец помещения, оторвав от них.

Пятно палил в отродье, медленно наступая. Сунув бинокль в карман, я присоединился к нему.

Чудище бросилось к двери, но наши очереди отбросили его в сторону, отрывая суставчатые конечности и вспарывая белый хитиновый панцирь. Тварь попыталась подняться. Из неё вываливались полупрозрачные внутренности и сочилась желтоватая слизь. Монстр поскользнулся, сделал ещё одну попытку встать, но лишь перевернулся на бок. Обрубки его покрытых жёсткими ворсинками конечностей судорожно подёргались и застыли.

Система молчала. Видимо, повреждения слишком сильно изменили внешний вид монстра, чтобы она могла его опознать. А может, дело было в том, что тварь сдохла и больше не являлась враждебной формой жизни.

Пятно прекратил стрельбу. Я последовал его примеру, достал магазин, проверил остаток патронов и перезарядил.

— Прикроешь? — спросил Фёдор. — Эта хрень может ещё быть жива.

— Конечно, — ответил я, беря чудище на прицел.

Осторожность никогда лишней не бывает. Пусть система сочла существо мёртвым, я куда больше доверяю собственным глазам.

Пятно медленно подошёл к монстру, пнул ногой и сразу отступил.

— Кажется, готов! — объявил он. — Но ты всё-таки не расслабляйся.

В этот момент над отродьем показалось фиолетовое сияние, которое превратилось в упавший на пол кристалл.

Пятно подобрал его, поднял на уровень глаз и поцокал языком.

— Второй ранг, — сказал он. — Без эволюции. Так себе трофей, но лучше, чем ничего. Это нам обоим в зачёт пойдёт.

Поскольку было ясно, что тварь мертва, я опустил автомат и протянул Фёдору его бинокль.

— Мне ещё блок питания достать нужно.

— Давай. Заканчивай с ним, и пора валить. Если этот урод нас учуял, то и другие могут скоро объявиться.

Глава 20

Перед тем, как уйти из комнаты с блоком питания, я срезал прозрачную силиконовую трубку от аппарата ИВЛ. Когда увидел её, появилась у меня одна идейка, которую я собирался по возвращении проверить.

— Зачем тебе эта штука? — спросил Пятно, увидев, как я сматываю её, чтобы убрать в сумку.

— Пригодится.

В подробности вдаваться не стал: едва ли они были бы интересны моему спутнику.

— Куда мы теперь?

— Так за гироскопом. Придётся ехать на авиационный завод. Там и самолёты, и беспилотники собирали когда-то. Конечно, сейчас от него одни руины, так что придётся покопаться, чтобы что-нибудь найти.

— Погоди, — я остановился. — А почему здесь не поискать?

— Откуда в больнице гироскопы? — удивился Пятно.

Мои знакомые были тяжело ранены, и им пришлось проходить реабилитацию. Можно сказать, учиться заново ходить. Так вот, некоторые медицинские системы были снабжены гироскопами. Это я точно знал.

— В таком большом здании должен быть реабилитационный центр, — сказал я. — Особенно если город строился как крепость. Ясно же было, что раненые будут.

— И что? — нахмурился Фёдор. — Гироскоп-то тут при чём?

Я вкратце объяснил.

— Вот чёрт… — протянул мой спутник. — Об этом я не подумал. Даже в голову не приходило. Правда, я и про существование таких штук не знал. Но ты прав. Конечно, мы тут уже подзадержались, но если альтернатива тащиться на авиационный завод — а там точно кто-нибудь да бродит, потому что место известное — то лучше уж здесь сразу всё раздобыть. Лишь бы ты не ошибся, и мы не зря тут провозились.

— Не попробуем — не узнаем, — философски заметил я.

— Это да, — кивнул Пятно. — Вся наша жизнь — сплошной эксперимент.

Расценив это как согласие, я направился к висевшему на стене плану эвакуации.