не поняла, что к чему, но улыбнулась с язвительным прищуром, раньше так всегда делала, когда с кем-то спорила. Екатерина не ожидала, такого поворота разговора. На секунду смутилась, но вдруг решительно, решила открыть мне глаза на то, с кем я «дружу»:

— Твоя подружка совершенно, несерьёзная натура, она тебе не рассказала про ужин?

Я не сразу поняла, почему это мы говорим о Виолетте так, словно её здесь нет. Совершенно некультурно и вульгарно, прямо сейчас понимаю, что с Катей в принципе что-то не так, мутная дамочка.

— Какой ужин? И почему я должна следить за тем, кто с кем ужинает?

— Она ужинала с НИМ! — прошипела, прям секрет открыла.

— Это про тот случайный ужин с моим бывшим женихом? Странно, что ты об этом говоришь, не стесняясь мужчин. Подумаешь, свободная девушка, поужинала со свободным мужчиной. Она жениха тайком у меня не увела. В отличие от тебя.

Я тоже умею вгонять болезненные шпильки в самолюбие.

— Не меня ей нужна боятся, и тем более не тебя, — Катя подошла ближе, оставив смущённого, молчаливого Дубова в стороне. Виктор вообще не понимает, это уже нападение или всё ещё под контролем, и мы девочки сами разберёмся, но на всякий случай тоже сделал шаг назад, позволив нам «сцепиться».

— Это кого? Мы никому дорогу не переходили, наоборот. Наша жизнь теперь размеренная и вдали от пошлых скандалов светского общества.

— Да! Но Варвара так не думает. Она приезжала ко мне на помолвку, и всё про всех знает, теперь Модест её цель. А Виолетта перешла ей дорогу, потому что она ему нравится, он ей стихи посветил, — Катя, наконец, отстала от меня и повернулась к ошарашенной Виолетте. Уж таких подробностей никто не мог знать про стихи, и случайный поцелуй. Катя как старушка подняла палец и погрозила бывшей подруге. — Ей-богу, одумайся Летти, одумайся. Она страшная женщина, ты нищенка, все об этом знают, если уж от Анны…

Я тоже подняла, но не палец, а руку, затыкая рот сопернице, и покачала головой, запрещая ей продолжать.

— Катя, ты поступила ужасно, как и твой жених. За спиной подруги крутите шашни. И теперь пытаешься оправдываться, наговаривая на Летти же, это как минимум — некрасиво. Как максимум — подло. Позволь нам пройти, как видишь, у Летти всё теперь хорошо, она живёт у меня, и у неё есть достойное содержание. А своей новой подруге передай, что мы с Модестом уже давно перекатили всякое общение, ибо оно не по статусу. Мы своё место знаем. И мужчин выбираем верных и надёжных! А не таких, как…

И киваю в сторону Дубова. Тот покраснел и не сводит взгляда с Виолетты, она сейчас очень хорошенькая, ей так идёт моё нежное голубое платье, и в сравнении с грубоватой Катей, Летти – просто смущённый ангелок.

Сообразительный Виктор понял, что переговорному процессу конец, приобнял Летти и повёл к лестнице, а я за ними.

Уже на втором этаже Виолетта, наконец, отдышалась и выговорилась.

— Это традиция, после помолвки молодые обходят лавки и составляют списки подарков, не думала, что встретимся, как по заказу. Но я не расстроена, просто обидно выглядеть дурой, за спиной которой, самые близкие друзья закрутили роман, оформили помолвку, и не я стала подружкой, и даже не ты. А подлая Варвара.

Пришлось взять подругу по несчастью за руки и внимательно посмотреть в глаза, чтобы дошло, наконец, до её девичьего разума:

— Послушай, мир так и устроен, подобное притягивается к подобному. Ты деятельная натура, творческая, любишь рисовать, и сама решилась устроить свою жизнь, нарушая правила. Добро пожаловать в мой клуб неудобных женщин, — слегка приобняла её и теперь надеюсь, что до неё дошло.

— Лучше так, чем с предателями жить.

Летти проворчала чуть обиженно, мы смотрим с высоты второго этажа, на то, как Катя о чём-то тихо, но эмоционально жестикулируя, разговаривает с Дубовым. Что-то доказывает ему, а он махнул рукой и вдруг решительным шагом отправился на выход.

— Вот так поворот, не такая уж у них любовь. Уж не переспали ли они? Может быть, она в положении? Потому он и вынужден на ней жениться. Вот это совершенно ужасно. Ты с ним, надеюсь, не спала…

Мы шепчемся, пока Виктор отвлёкся на витрину с мужской одеждой, делая вид, что там интереснее, чем слушать наши сплетни.

— Аннушка, ты что! Ты же мне сама говорила строго настрого, что как только мужчины получают то, что хотят, сразу теряют интерес. Что себя надо ценить и спать только после замужества, чтобы наверняка. Тебе ж няня этим делом весь мозг проклевала. Но, видишь, они переспали, то получается, если дать кому-то типа Дубова, то и замуж выйти можно?

— Ну, ты меня удивила. Нет, спать с кем попало можно, если у тебя денег тонна, и ты уже никого не любишь, и ничего не хочешь. Во всех остальных случаях, моя няня права. А если бы этот Дубов и с тобой, и с Катей? Гарем устроить? И потом вот так разборки устраивать?

Виолетта задорно рассмеялась, обняла меня, быстро чмокнула в щёку и громко сказала, подзывая нашего охранника:

— Виктор, я отчаянно нуждаюсь в кавалере, пока Аннушка занимается делами, вы должны развеять мою репутацию несчастной брошенки. Сейчас в магазине кроме этих предателей много общих знакомых, произведём фурор. Идёмте, идёмте скорее в магазин художественных материалов, купим мне краски, кисти и бумагу. Пора нарисовать кресла для моей лучшей подруги.

Долго притворяться счастливыми им не пришлось. Уже слышу новый комплимент от Виктора и заливистый смех Летти, она вдруг стала победительницей в непростой ситуации.

Разобравшись с амурными делами и отправив Виолетту в художественный салон, сама вышла к «сердцу» Торгового комплекса, за широкой дверью расположился отдел менеджмента. Надеюсь, что попасть туда «с улицы» без рекомендательных писем возможно.

Зря я на это надеялась.

Не смогла пройти даже первый барьер, клерк, основательный как камень, не воспринял меня всерьёз и просто отшил, сказав, что у них на данный момент нет свободных площадей, а управляющий занят насущными делами. Приходите перед зимним сезоном, может быть, что-то и получится.

Я оставила карточки Савелия и отца, на обороте написала: «Мебель», но не уверена, что этот путь сработает. Меня отфутболили, и думаю, что прежде всего по гендерному принципу. С мужчиной бы разговор состоялся в чуть более приятной манере, с расспросами и с рекомендациями.

Самые стремительные переговоры, даже