края юбки к своим связанным рукам, пытаясь прожечь веревку.

– А-а-а! – Но огонь не щадил и ее саму.

Коридор наполнился смрадом горелой плоти, а ее вопль, пронзительный, отчаянный, эхом разнесся по всей тюрьме. Вид того, как госпожа Со сжигает себя, лишь бы вырваться на свободу, был столь ужасающим, что стражники не смели подойти ближе.

– Да вы же сгорите заживо! – закричал Синвон, встав перед ней.

С пылающим подолом она напоминала посланца преисподней.

– Ха… Ли Синвон… Разве не этого ты хотел?! – прохрипела она, глаза ее закатились, лицо исказилось безумием. – Думаешь, сможешь упрятать меня в темницу?!

Госпожа Со закричала, и в тот же миг обугленные веревки у нее на запястьях лопнули. Она бросилась в угол коридора, где была навалена солома, – похоже, пытаясь сбить огонь на юбке, но лишь раздула его еще сильнее.

Но солома… оказалась не сухой – ее заранее пропитали маслом для растопки. И теперь солома вспыхнула, а пламя на подоле платья госпожи Со взвилось еще выше.

– Нет! Нет, нет, нет!

Сколько ни каталась госпожа Со по соломе, огонь только разгорался.

– Нужно потушить, пока пламя не перекинулось дальше! – Синвон махнул стражникам. Те бросились вперед, но…

– Не подходите! – взвизгнула госпожа Со, сверкая глазами.

– Мы вам поможем, – крикнули ей. – Мы потушим огонь! Подойдите!

– Убирайтесь!

Она замахала руками, как одержимая, и, заметив у стены бочонок с маслом, перевернула его прямо на пол, создавая стену огня между собой и стражей.

– Да вы с ума сошли… – выдохнул Синвон.

Теперь госпожа Со была окружена бушующим пламенем. Сквозь языки огня не было видно даже ее ног – казалось, они уже расплываются в жару.

– Пусть даже я погибну – но моя дочь должна выжить!

С этими словами она схватила пылающую солому, подняла ее вверх – и занялась крыша. Вскоре вся сторона от пола до потолка превратилась в огненное море.

Дочь должна выжить? Что она имела в виду? Неужели… Хёнхи сейчас наверху? И госпожа Со устроила пожар, чтобы отрезать путь преследователям? Синвон резко развернулся и побежал к лестнице.

– Нет!

Госпожа Со схватила еще один бочонок с маслом и метнула его в Синвона. Масло вылилось прямо на него, обожгло ноги.

– А-а!.. – Он зашипел от боли и, прихрамывая, все же помчался наверх. Главное – Соран. Сначала нужно убедиться, что с Соран все в порядке. – Схватить ее! – бросил он через плечо.

Стража кинулась вперед, но госпожа Со принялась бесноваться пуще прежнего… Поднимаясь по лестнице, Синвон обернулся и увидел, как госпожа Со выливает масло себе на голову. Она предпочла сгореть заживо, чем попасть в руки стражи.

На миг ему показалось, будто воплощенное зло взорвалось яростной вспышкой.

Таков был конец госпожи Со – на глазах у всех. Пламя, поглотившее ее, взвилось еще выше. В одном углу воины метались с мокрой тканью и метлами, пытаясь сдержать пожар. В другом – распахивали камеры и выводили заключенных одного за другим.

Но было поздно. Это был ад, вырвавшийся на волю, и остановить его было уже невозможно.

Соран едва успела снять чогори, как дверь вдруг щелкнула и открылась.

– Ой, Синвон, я еще не… – Она торопливо прикрыла обнаженное плечо и обернулась.

Но в дверях стояла не Синвон. А Хёнхи.

– Ты… как ты сюда попала?!

Лицо Хёнхи было холодно как лед. Ее лучший шелковый наряд, надетый ради сегодняшнего отбора, был местами изодран. В суматохе, вызванной госпожой Со, приставленный к Хёнхи страж оставил свой пост.

– Из-за тебя все кончено! – прошипела Хёнхи, словно змея. Она приблизилась к Соран и с ненавистью сомкнула пальцы на ее горле. – Это я… я должна была стать королевой!

Ослепленная яростью, Хёнхи изо всех сил сжала шею Соран, желая выдавить жизнь из той, что стала королевой вместо нее.

– Отпусти! Я же тебе сестра! – прохрипела Соран.

– С каких пор?

Хёнхи была вне себя от ярости. Королевой должна была стать она – об этом уже объявили всему народу!

– А ты… отняла у меня корону! – Все обернулись против Хёнхи по вине этой женщины.

– Отпусти… – прохрипела Соран, пытаясь оторвать от себя чужие руки, но сладить с обезумевшей Хёнхи было невозможно: она вцепилась намертво. Они ударились о стену, потом рухнули на пол, но даже тогда Хёнхи не ослабила хватку. Ее пальцы сжались, как десяток ядовитых змей.

– Умри! Умри! – шипела Хёнхи, желая убить ту, кто разрушила ее планы, украла у нее трон и отняла имя. Настоящую Е Хёнсон, из-за которой ее всегда считали самозванкой.

Соран задыхалась. Мир перед глазами начал расплываться. А снизу, с первого этажа, уже тянулся дым.

Что это? Пожар?

– Пусти… пусти!

Соран уже не могла издать ни звука. Пальцы Хёнхи все сильнее сжимали ее горло. Лицо Соран сперва налилось багрянцем, потом совсем побледнело. Казалось, в легких не осталось ни капли воздуха. Неужели все закончится так? Так глупо, так бессмысленно?

И тут:

– Соран!

Кто-то яростно забарабанил в дверь тесной комнатки. Это был Синвон. Но дверь была заперта изнутри – ему не войти. К тому времени, как он сломает замок, Соран уже может быть мертва.

Снаружи грохотали удары – он бился плечом в дверь, пока та не затрещала; между тем огонь с первого этажа перекинулся наверх. Едкий дым заполнил комнату – дышать стало совсем нечем. «Вот и конец…» – подумала Соран и зажмурилась.

Послышался треск ломающегося дерева. Синвон наконец выбил дверь и ворвался внутрь. Позади него, в коридоре, полыхал огонь. Синвон бросился к Хёнхи и оторвал ее от Соран.

– А-а! – Хёнхи визжала и извивалась, продолжая тянуть к Соран пальцы, и Синвон с силой отшвырнул ее в дальний угол.

– Соран, ты жива?!

Буквально вернувшись с того света, Соран, кашляя, жадно хватала воздух. На шее багровели следы от пальцев.

Синвон обернулся – и замер. Огонь охватил почти все здание. Пламя ползло по стенам, потолок трещал, пол плавился.

Хёнхи поднялась и, спотыкаясь, поплелась к ним. Она понимала, что не справится с Синвоном, но была готова сделать все, лишь бы добить Соран.

Внезапно пол перед Хёнхи провалился, и теперь между ними образовалась пустота – настолько широкая, что Хёнхи больше не могла подобраться ближе.

– Думаешь, выберешься отсюда живой?! – завизжала она, сорвавшись на истерику. – Не смей быть счастливой! Думаешь, украла у меня все – и будешь жить в роскоши рядом с королем?! Я стану призраком и доберусь до тебя даже из могилы!

Крики гремели, отражаясь от стен. Лицо Хёнхи исказилось так, что ее и впрямь можно было принять за порождение ада.

– Ты правда думаешь, что сможешь