что за восемнадцать, уже семнадцать минут до встречи нас уже давно окружили. Тогда… Мозги скрипнули от натуги, но все-таки нащупали решение.

— Поручик, кажется, первое испытание ваших ракет мы проведем прямо здесь и сейчас, — я скинул с плеча сумку с разноцветными фальшфейерами и, сделав всего шаг наружу, один за другим запустил их все в небо.

Первый — красный, второй — белый… Выходим на российский флаг, хотя нет, там другой порядок. Впрочем, если последний будет синий, все равно получится что-то осмысленное — цвета Голландии. Ан нет, последняя ракета вылетела, раскрасив небо в зеленые оттенки.

— Как венгерский флаг, — опознал эту последовательность Котлинский.

— И зачем вы это, Иван Андреевич? — надулся Божич. — Германец ведь после такого может и не прийти.

— Да, Иван Андреевич, что же это вы делаете? — незнакомый голос заставил нас всех разом обернуться.

Глава 19

Хмурюсь. Вот умей я стрелять, как Котлинский, уже пальнул бы на голос. Потому что нефиг. Но не умею, а сам разведчик по эту сторону линии фронта оказался уж слишком мирным. Ну же! Неужели так сложно вспомнить, как он перестрелял тот германский отряд на второй мой день в этом времени почти в одиночку? Не стреляет… Я вздохнул и, понимая, что ничего уже не будет просто, внимательнее разглядел нашего гостя.

Высокий мужчина с коротким, похожим на кнопку или даже пятачок носом. Волосы рыжие, но так коротко подстриженные, что, если бы не веснушки, можно было бы принять их за обычные темные. Человека с подобной внешностью было очень сложно представить опасным, и, кажется, кое-кто привык этим пользоваться. Я приметил не до конца задвинутый лист железа, который Божич с Вилкас, конечно же, не увидели, даже не обыскав до конца это место, а враги через эту дыру и зашли нам за спину.

— Иван Андреевич, — Рыжий продолжал неспешно двигаться в нашу сторону, почему-то уделяя больше всех внимания именно мне. — Не молчите, расскажите, откуда именно вы перевозили тот груз, с которым вас сбили рядом с Ковенскими болотами?

Груз? Сумка! Меня накрыло осознание, что вещи из будущего могли всплыть в этом времени. У врага всплыть!

— Эмилия, а что именно вы обещали передать этому человеку? — я проигнорировал Рыжего и задал вопрос Вилкас.

— Ручной гальванический элемент размером с палец.

Батарейка. Следующее открытие оказалось даже неприятнее прошлого: во-первых, я не ошибся, а во-вторых, мы тут все собираемся рисковать жизнью из-за батарейки. Где-то люди гибнут за металл, а тут… Еще хлеще!

— Вы же не собираетесь меня игнорировать? — Рыжий остановился в паре метров от нас и демонстративно положил руку на чехол с ножом у него на поясе.

Даже не пистолет! Но все равно очень прозрачный намек, что подходящие за ним и с других направлений люди довольно бандитской наружности сдерживаться не будут. Кстати, его нож — такое чувство, что я его где-то видел. Или думал о нем.

— Иван Андреевич, простите. Кажется, я немного начудил, — Божич повернулся, чтобы извиниться…

А еще чтобы спрятать подготовку к прыжку. Я даже сказать ничего не успел, как серб рванул вперед. Мелькнула мысль, что если у него получится, то, взяв Рыжего в заложники, мы еще сможем уйти, но… Тот не менее ловко сделал полшага в сторону и оглушил Божича точным встречным ударом.

— Повторю свой вопрос. Иван Андреевич, расскажите, откуда вы перевозили ту сумку? Если продолжите молчать, то я буду вынужден…

На этот раз уже Котлинский попробовал нас спасти. И в отличие от Божича все-таки смог себя показать. Причем как — он прикрылся мной! Понял, что в мою сторону постараются не стрелять, прыгнул вперед, чтобы моя спина дала ему лишнюю секунду, выхватил пистолет, и… Не учел, что у Рыжего окажется стрелок с винтовкой на крыше. Выстрел ударил по ушам, и разведчик рухнул на землю с развороченным правым плечом. Болевой шок, потеря сознания, минус два. Внутренний голос безучастно вел учет.

— У вас так скоро друзей не останется, — Рыжий наслаждался ситуацией. — Госпожа Эмилия, вы-то не будете делать глупости? Хватит и той, что вы решили пригласить друзей, чтобы меня захватить. Вас извиняет только то, что среди них оказался столь ценный специалист.

— Я… Я не буду ничего делать, — Вилкас рухнула на колени и, разрыдавшись, прикрыла лицо руками.

— Летчик Крылов, может, и вы перестанете молчать? — Рыжий сменил тон, и даже от наигранной мягкости не осталось и следа.

— Я… — кажется, действительно пришло время поговорить. Правда, к счастью или к сожалению, но сказать мне особо нечего. — Я не могу ответить на вопрос, кто меня отправил, но, возможно, вас интересует что-то еще?

— Вроде и не врете, — Рыжий смотрел мне точно в лицо и по каким-то своим методикам пытался определить правду. — Что ж, давайте переформулируем. Где были собраны рации, что вы перевозили?

— Китай, точное место не скажу.

— Не может быть! Китай не способен на такие технологии.

— Там дешевая рабочая сила, а технологии можно привезти с собой, было бы желание.

— Дешевая рабочая сила имеет смысл только при массовом производстве. Десять тысяч, даже сотня тысяч радиостанций для армии того не стоит… Или вы собрались ими весь мир завалить?

Я пожал плечами. Ситуация становилась все хуже, и дело было даже не в пистолетах и подстреленных товарищах. Вылезшие приветы из будущего могли наломать столько дров, что все эти жертвы на их фоне покажутся сущей мелочью. Германский агент проговорился, упомянув радиостанции, а значит, теперь стоило иметь в виду, что у него есть не только относительно безобидные батарейки.

— Ладно, следующий вопрос. Зачем вы использовали для маркировки наш язык?

Я замер. Наш? Не помню, чтобы где-то был текст на немецком.

— Не слышал о таком, — я ответил совершенно искренне, и германец мне поверил.

— Кому в Англии вы хотели передать эту сумку? Нам пришлось потратить очень много денег и усилий, чтобы перехватить ее у чертова Николаи…

А румыны-то тут при чем? Я окончательно запутался, но тут одновременно случилось сразу несколько вещей. Раздался пронзительный свист, а потом на окруживших нас бандитов налетели жандармы Котика. Один работал на психологическом уровне, оглушая всех с помощью специального полицейского свистка, другие безо всяких сантиментов глушили растерявшуюся группу прикрытия прикладами винтовок.

— Держи их!

— Стоять!

— Именем Его Императорского Величества вы арестованы!

Свалка закончилась за считанные секунды, вот только это было лишь начало. Эмилия, которая все это время сидела на коленях, резко подняла совершенно сухое лицо, а следом взлетела рука с пистолетом. Первый выстрел с момента появления жандармов прозвучал словно