— Это из народного фольклора вуду. Ожившие мертвецы, которыми можно управлять.

— Ой, какой ты умный, просто страсть. Я вот почитал твоё досье. Блестящий учёный, кандидат физико-математических наук, астроном, написал какие-то супер-пупер статьи. Чего ты ушёл-то из университета? Щас бы большие бабки загребал.

Я промолчал, наверняка, подполковник прекрасно знал о моей ссоре с Грачёвым, ректором МГУ.

— Ну чего молчишь? Да знаю я, какой ты принципиальный.

— А что будет с Бессоновым и Смирновым? — я решил соскочить с неприятной мне темы.

— Я их отправил пока в психиатрическую клинику, на обследование.

— Правильно, надо снять с них кодирование. Иначе это возможно заразно. Вначале Генка, потом Смирнов, а потом все станет марионетками.

Селиванов налил себе ещё полный бокал из бутылки виски и выпил, словно это была обычная вода. Даже не крякнул, не занюхал рукавом, без закуски. Бросил на меня взгляд, в котором я заметил растерянность, так что мне стало жалко подполковника.

— Впервые со мной такое. Что мой сотрудник стал, как ты там их назвал? Зомми?

— Зомби

— Ладно, иди. И бутылку возьми.

Я вернулся в свой номер с недопитой бутылкой пива. Поставил на столик. Из спальни уже слышался храп Брутцера. А мне совершенно было не сна. Я ушёл в душ, долго стоял, поливая себя то холодной, то горячей водой. Пытаясь прийти в себя. Не мог выбросить из головы мысль, что же собирается мне сказать Эльза Дилмар?

Я забылся в тяжёлой дрёме, в обрывках сна, то нёсся куда-то сломя голову на мотоцикле, то почему-то на вороном жеребце по прерии. То видел перекошенное лицо Смирнова с ножом, то почему-то Ксению в бесстыдном полупрозрачном одеянии. Проснулся с жуткой головной болью, пришлось выпить ещё таблетку из флакончика, который подарила Ольга Новикова.

Голова ещё шумела, когда я поднимался в ресторан. Решил пройтись по роскошной лестнице, скрытой красной ковровой дорожкой, которую прижимали латунные спицы, а не ехать на лифте.

Эльза сидела у панорамного окна. Увидев меня, замахала радостно мне рукой, приветливо улыбнулась. И я присоединился к ней за столиком, где уже стояла тарелка невероятно вкусно пахнущим мясом с картофельным пюре, квашенной капустой. Из кофейника я налил ароматного черного кофе, и сразу выпил.

— Плохо выглядите, Олег, — сказала она с ясным сожалением.

— Спал плохо. Я на новом месте всегда плохо сплю.

— Можно выпить снотворное, хотите я вам дам?

— Спасибо, Эльза, вы очень добры. Но я постараюсь обойтись без лекарств. Эдуард сказал, что вы хотели что-то мне сказать?

— Да. Вначале хотела поздравить с невероятным успехом вашей постановки. Мы даже не ожидали, что будет так хорошо. Вы изменили финал и это было необычно.

Почему пришлось изменять конец спектакля, естественно, я рассказывать не стал.

— Ну что вы такой напряженный, — она положила свою узкую руку с тонким ободком обручального кольца на моё предплечье. — Мы просто хотели предложить вам продлить ваши гастроли.

Я, наконец, выдохнул, и едва не расхохотался. Всю ночь меня мучили кошмары и точила голову мысль, что Эльза хочет сделать меня информатором Штази, а тут…

— Надо с нашим начальством согласовать.

— Все уже согласовано. Нужно только ваше согласие. И ещё одно предложение — наше руководство желает устроить ваш персональный концерт, только с вашими песнями.

— Мне нужно узнать у ребят…— попытался я справиться с волнением.

«Персональный концерт» — это чересчур. Представить не мог, что мне такое предложат.

— Думаю, ваши ребята будут в восторге. Они смогут увидеть столько интересного здесь. Ну что?

— После спектакля я сильно устаю, вряд ли потяну целый концерт. Пара песен.

— Ничего-ничего. Это будет вместо спектакля. И ваши ребята отдохнут. Мы устроим им экскурсии, а вы ведь хотели побывать в Дрездене?

— Да, я хотел попасть в дрезденскую галерею.

Я и раньше ездил в Дрезден и бывал в этой галерее. Но мне хотелось ещё раз прикоснуться взглядом с великими шедеврами старых мастеров, в первую очередь Рафаэля. Увидеть воочию «Сикстинскую мадонну», оценить ту энергию, которая исходит от этого полотна.

— Это все легко осуществимо. Но в Берлине тоже много музеев. Мы устроим всем вам посещение. Дадим гида.

Я услышал за своей спиной шум шагов, обернулся и увидел трех наших прелестных нимф: Ксению, Аню и Жанну.

— Олег Николаевич, — робко начала Жанна, что смотрелось комично. — Мы хотели попросить вас разрешить нам пойти в этот магазин. Который рядом с нашим отелем.

Я задумался, что будет плохого в том, что девочки пойдут в «Центрум»? Насколько я помнил по своему посещению Берлина — это самый обычный универмаг, не дотягивающий до размаха ГУМа или ЦУМа.

— Я не знаю, девочки. Надо, чтобы вас кто-то сопровождал, — начал я осторожно.

— Я пойду с вами, Олег Николаевич, — подала голос Эльза. — Со мной с ними ничего не случится. И вы, Олег Николаевич, посмотрите наш универмаг.

Глаза Эльзы загорелись, ей, видимо, хотелось, в первую очередь удивить меня. Но сделать это ей будет затруднительно. Я вообще мало интересовался шмотками, ненавидел ходить по магазинам. Но отказать девочкам не мог. До начала нашего спектакля оставалось много времени. Мы репетировали вчера, так что особых проблем с постановкой я не видел.

После завтрака я вернулся к себе в номер, увидел там Брутцера, который опередил меня.

— Эдуард, мы тут с девочками пойдём в этот универмаг. А ты езжай в театр, проверь там все.

— Нет, ты подумай, он, значит, с нашими красотками намылился за покупками, а мне приказывает ехать работать. Я с вами пойду. Надо только нашего чекиста предупредить. Он должен Короткова к нам приставить. Или подожди. Эльза твоя пойдёт?

— Да, — сквозь зубы, зло выпалил я, слово «твоя» вызывало во мне раздражение.

— А ну тогда сейчас пойду Селиванову стукну, и к вам присоединюсь.

— Ладно, — усмехнулся я. — Мы тебя на площади будем ждать.

— Я мигом. Одна нога здесь, другая — там.

Этот магазин, скрытый почти до основания белыми панелями из вытянутых ячеек, находился буквально в нескольких шагах от нашего отеля. Рядом был фонтан, который пока не работал, и знаменитые часы, которые показывают мировое время в разных городах. Девочки так сразу заинтересовались, обошли со всех сторон. И опять вернулись к нам с Эльзой. Брутцер появился быстро, пожал руку Эльзе, что